Чтение онлайн

Но какие бы залежи породы, руды или драгоценных камней не таились в недрах земли, все запасы давно исчерпались, и теперь карьер пустовал — только ропот камней нарушал тишину. Нынче сюда приходили только гномы. Они вгрызались в отвесные стены небольшими кирками, выискивая, не блеснет ли где какой камушек, чтобы порадовать находкой детишек.

Мы добрались до карьера за пятнадцать минут до назначенного срока.

Я подъехала с юга, выбрав полузаброшенную дорогу, по которой, помнится, часто бегала в детстве. На этой дороге мы с Брией когда-то прыгали в классики.

— Ты бывала здесь раньше? — спросил Кейн. Первые слова, которые он произнес с тех пор, как мы вышли из дома. — Мало кто знает эту дорогу.

— В детстве иногда приходила сюда поиграть.

Детектив как-то странно на меня посмотрел, но ничего не спросил. Я не стала упоминать, что ходила в карьер еще и затем, чтобы послушать говорившие со мною камни. Настроить себя на множество издаваемых ими звуков. Развить свою магию. Найти частицу покоя среди царившего в мире хаоса.

— А ты? — поинтересовалась я.

— Бывал, когда находили труп, — пожал он плечами. — Несколько лет назад здесь нередко такое случалось. Мы и сейчас время от времени сюда наведываемся. Как-то весной мы с Клиффом…

Я так и не узнала, что они с Клиффом делали весной. Кейн замолчал и уставился в окно. Он глубоко задумался. Обо мне, о нас, о том, что я так и не сказала, почему убила его напарника. И о том, что, может быть, — ведь не исключено же такое — Клифф Инглес получил по заслугам.

Через пару минут я свернула под сень кленов примерно в миле от карьера, остановилась и вышла из машины. Донован Кейн тоже вышел и взглянул на меня поверх автомобиля.

— Зачем ты остановилась? — спросил он. — Мы еще не доехали до карьера.

— Затем, что ты со мной не пойдешь.

— Почему?

— Алексис Джеймс — элементаль Воздуха, — ответила я. — Ты против нее не выстоишь.

— А ты выстоишь?

Я кивнула:

— Нравится тебе это или нет, но я не боюсь испачкать руки, в отличие от тебя, детектив. К тому же Алексис ожидает, что я приду на встречу одна. Наличие свиты ее не обрадует, а только больше разозлит. Я хочу отвлечь все ее внимание на себя. Твоя задача — зайти с тыла и любыми путями вывести оттуда Финна и Рослин. Алексис наверняка прихватила с собой Стивенсона, а может, и тех двух громил из клуба. Если мы выберемся оттуда живыми, ты должен их устранить. Сделаешь?

Детектив согласно кивнул.

— Отлично. Давай с этим покончим.

Донован Кейн взглянул на меня напоследок, и глаза наши встретились. Золотые и серые. Я знала, о чем он думал. О том же, о чем и я. Всего пару часов назад наши тела сливались. А теперь нам обоим, возможно, грозит смерть. Ирония. Еще одна вредная стерва.

И вновь в груди пробудилась нежность, но я осмотрительно не позволила ей добраться до глаз и лица. Если Кейн что-нибудь заподозрит, если станет сейчас ласков со мной, я не смогу сосредоточиться. Не приду к намеченной цели. Такую роскошь я не могла себе позволить. Ни сейчас, ни вообще.

Кейн кивнул мне, как бы говоря: «Удачи». Или «Прощай». Признаться, я несколько опешила от таких реверансов со стороны детектива, учитывая недавние разборки у меня дома. Но детектив умерил пыл еще по дороге к карьеру. Он понимал, что для спасения Финна и Рослин придется какое-то время работать со мной. А потом… потом он сможет мне отплатить.

Донован Кейн двинулся в обход карьера и растворился в тени. Выждав, пока он не скроется из вида, я расправила плечи и начала спускаться по насыпи к огромной шахте.

Шагая вперед, я проверила свой арсенал ножей. По одному в каждом рукаве. Два в ботинках. Один за поясницей. Холодный металл дарил привычное утешение. Алексис Джеймс может меня убить, но я так просто не сдамся.

Примерно через полмили я увидела вход в карьер. Город давно махнул рукой на бродяг и пронырливую ребятню, и проржавевшая табличка гласила: «Вход на свой страх и риск». Доступ в карьер загораживали обветшалые высокие железные ворота, но я прошла через кем-то выломанную брешь и оказалась внутри.

Карьер походил на глубокую широкую чашу — километра полтора от края до края. Каменные стены уходили вверх на десятки метров. Частички кварца мерцали в сером сумраке, напоминая вспышки фотокамер во время спортивных состязаний. На какое-то мгновенье я словно очутилась на арене древнеримского Колизея, чувствуя себя гладиатором, вынужденным драться с тиграми, львами, людьми лишь за то, чтобы встретить новый рассвет. Собственно, так оно и было на самом деле, ведь с тринадцати лет я только и делала, что сражалась за выживание, стараясь не думать о тех скверных поступках, которые мне довелось совершить в ходе этой битвы.

Только сейчас я поняла, насколько сильно устала.

Мне не требовалось прикасаться к камням, чтобы уловить их вибрации. Вокруг было столько нетронутой породы, что в голове раздавался монотонный утробный звук барабанного боя, время от времени перемежаемый внезапными аккордами волнения и тревоги. Камни знали: что-то случилось, что-то нарушило их покой, их мерное разрушение ветрами и временем, и это вовсе не привычные олени, белки или какой-нибудь подвыпивший шкет, упавший с высокого уступа и разбившийся насмерть.

Каменные изгибы озаряло свечение. Помнится, я уже видела такой молочный свет, когда Алексис метала громы и молнии возле дома Донована Кейна. Она пустила магию в ход и крепко за нее держалась. Единственный способ разорвать эту связь — убить элементаль. И я надеялась, что сумею справиться с задачей. В память о Флетчере.

Я обогнула выступ и увидела Алексис Джеймс.

Элементаль Воздуха стояла на открытой площадке примерно в двухстах метрах в глубине карьера, где каменные стены достигали максимальной высоты. Молочно-белое свечение, исходившее из ладоней этой гадины, окружало ее ангельским светом, которого она не заслуживала.

Элегантное коктейльное платье Алексис исчезло. Или, по крайней мере, было скрыто. Теперь она облачилась в черный плащ, в котором щеголяла возле дома Донована Кейна тем вечером, когда собиралась пытать и убить детектива. Возможно, именно в этом плаще она убивала и Флетчера. Возможно, черная ткань пропиталась кровью моего наставника. В этом свободном одеянии Алексис словно пыталась подражать какой-нибудь волшебнице из книг о Гарри Поттере, хотя сказочный образ плохо вязался с обвивавшими шею элементали жемчугами и большим агатовым зубом по центру мерцающей перламутром нитки. В этом ожерелье Алексис красовалась на фото с рыбалки, которое прятал Гордон Джайлс.