Чтение онлайн

Так что я отрицательно покачала головой, опустив это.

— Я не знаю то, что ты знаешь, — сказал он, — или что ты видела, или что ты думаешь, что сделала.

Но я советую тебе найти того, кому ты доверяешь, и разлить эти бобы.

— Ясно? (Прим. Capiche- изначально сленг итальянских гангстеров в голливудских фильмах)

Молча, я кивнула.

— Тогда давай перейдем к работе.

Мы начали.

Он не позволил бы мне препираться, учитывая то, что он считал моим усилием по подпаритету два дня назад.

Это было наказание в его глазах, но моральная победа для меня, разрешая мне приложить мои усилия к движению и скорости вместо того, чтобы сдерживать хищный инстинкт, который угрожал сокрушить меня.

И кроме того — так как мы не препирались, и таким образом не рисковали повреждать лезвия, он позволял мне практиковаться с моей катаной.

Мы отработали через первые семь Катов почти час.

В то время как движения каждого Ката длились только несколько секунд, Катчер заставил меня повторить шаги — много раз и снова — пока он не был удовлетворенным моим выступлением.

Пока шаги не стали наизусть, пока мои движения не были механически точными, пока я не могла двигаться так быстро, что через них жесты были размыты по скорости

Так быстро, что Ката потерял некоторые из своих традиций, но они восполнили это в танце.

К сожалению, как отметил Катчер, если мне нужно использовать меч в борьбе, он, вероятно, будет против вампиров, который двигался бы так же быстро, как и я.

После того как он научил меня основным движениям, второй набор Ката, это использование только одной руки на мече, он отпустил меня.

— Я вижу некоторое улучшение — сказал он, когда мы обосновались на синем коврике, разложив катана-очиститель, перед нами.

— Спасибо — сказала я ему, двигая часть рисовой бумаги вдоль заостренного края меча.

Интересный вопрос, почему я не вижу такие же усилия, когда ты в спарринге?

Я посмотрел на него, увидела, что его взгляд был все еще на мече.

Он явно не понял, что я работаю в двойном размере, чтобы помочь ему.

И я уже решила не рассказывать ему, так что я не ответила на вопрос.

Мы помолчали минуту, каждый из нас вытирал своё лезвие, я отказывалась отвечать.

— Нет ответа? — спросил он наконец.

Я покачала головой.

— Ты упряма, как она, клянусь Богом.

Без комментариев, хотя я согласилась, я вдвинула мой меч в ножны.

Глава 15

Я МОГЛА БЫ ТАНЦЕВАТЬ ВСЮ НОЧЬ

Вернувшись в Дом, я приняла душ и одела нижнее белье, затем одела свою кобуру на бедра и туфельные ремешки на пятки.

Я выбрала на сегодняшний вечер прическу, при которой волосы были закручены в узел позади шеи.

Все основы были выполнены и я осторожно скользнула в платье.

Мало времени или много, но подгонка была изящной.

Платье было восхитительным.

Белая кожа, темные волосы, блестящие губы, черное платье.

Я была похожа на экзотическую принцессу.

Вампирскую принцессу.

Только боль от моей борьбы с Меллори немного уменьшила сказку.

Готовая, я захватила свой клатч и ножны, и пошла вниз, где ждал меня дьявол Мэллори.

Он стоял в фойе, руки в карманах, на тощее тело одет смокинг.

Черный, твердые плечи, с совершенной бабочкой на его шеи.

Его волосы ниспадали, золотом обрамляя лицо, выделяя безжалостно прекрасные скулы, изумрудные глаза.

Он был слишком красив, несравненно красив, лицо бога — или что-то в целом более злое.

— Что случилось? — спросил он не глядя.

Я достигла второго этажа и покачала головой.

— Я не хочу об этом говорить.

На это он поднял взгляд, его губыбыли так близко, когда он коснулся водопада шелка.

— Прекрасное платье.

Его голос был мягок, но так или иначе в нем было намного больше сильного мужского.

Я кивнула, проигнорировав этот оттенок.

— Мы готовы?

Этан наклонил голову в сторону.

— Ты готова?

— Просто пойдем.

Этан сделал паузу, затем кивнул и двинулся к лестнице.

Он позволял мне быть тихой большую часть поездки в Оак-Парк, которая была значительно быстрее, чем поездка в имение Брекенриджа.

Но хотя он не говорил, он продолжал поворачиваться, чтобы посмотреть на меня, бросая взволнованные, тайные взгляды на мое лицо, и еще несколько похотливых на другие мои анатомические части моего тела.

Я заметила их, но проигнорировала.

В тишине автомобиля мои мысли продолжали возвращаться к моей беседе с Мэлори.

Неужели я стала забывать то, кем я была, свою жизнь до Дома Кадогана? Я знала Мэллори в течение трех лет.

Конечно, у нас были одна или две размолвки за это время.

Мы были соседками по комнате, в конце концов.

Но никогда не было чего-то вроде этого.

Никакой аргумент не подвергал сомнению наш выбор, где мы поставили под сомнение наши роли в жизнях друг друга.

Все было иначе.

И это было, я боялась, предвестником неудачных вещей.

Медленное растворенин дружбы уже ослаблено физическим разделением, новыми связями, сверхъестественных бедствиями.

— Что случилось?

Поскольку вопрос Этана прозвучал тихо, я действительно подумала, что ответила на него.

— Мэллори и я поссорились.

Из-за тебя, добавила я молча, затем сказала вслух:

— Достаточно сказать, что она не счастлива с человеком, вампиром, которым я становлюсь.

— Я вижу.

Он казался испытывающим такое неудобство, какое можно ожидать от мальчика, пусть даже четырехсотлетнего мальчика.

Я не отриагировала кивком, опасаясь, что движение опрокинет слезы, измажет тушью и потечет оставляя след по лицу.

Я действительно, действительно не была в настроении для этого.

Не идти в Ок-Парк, играть в переодевалки, чтобы быть в там же, где и мой отец, притворяться будучи той девушкой.

— Я нуждаюсь в мотивационной речи, — сказала я ему.