Улан. Наследие предков
Шрифт:
Посмотрев на князя со свитой, капитан остался доволен – восемь человек первоклассных бойцов… Да, Готлиб тоже – бывший гренадер, в своё время насильно "мобилизованный" Ганновером – и это при том, что был гражданином другого государства! [20] Да и его орлы тоже кое-что умеют – контрабанда, она такая профессия…
В командование кораблём Грифич лезть не стал – яхта заметно отличается от "настоящего" корабля и пусть за прошедшие годы он изрядно подучился корабельному делу и смог бы сдать экзамен на штурмана, до настоящего "морского волка" он сильно не дотягивал.
20
Уже писал, но повторю ещё раз – нормальное явление в те времена. Да что говорить, если такой "мобилизации" в своё время не избежал сам Ломоносов, учившийся в Германии…
На палубе тем временем суетились моряки – поставили на носу ещё парочку каких-то допотопных орудий на носу и зарядили их картечью и сооружали импровизированные щит и помост.
– Ваша Светлость, – окликнул Рюгена боцман, – такой помост подойдёт?
Критическим взглядом окинув сооружение, принц утвердительно кивнул.
– Ну что, господа, – обратился он к свите, – кажется, нам сегодня предстоит интересное приключение.
Ответные ухмылки отморозков в ответ стали бальзамом для его души…
Скрутили индивидуальные щиты из гамаков и всякого мягкого барахла [21] , вытащили и зарядили весь имеющийся огнестрел. Хм… Прилично получается – по пять-семь стволов на человека и это при том, что "карманных" пистолетиков просто нет, калибры более чем серьёзные.
Начинается сближение с вражеским судном и моряки убирают часть парусов, демонстрируя покорность. Враги расслабились и часть из них высыпала на палубу, откровенно глазея.
– Нормально, Ваша, Светлость, – тихонько сказал боцман, – усиленной команды нет, здесь в любом случае не больше полусотни.
21
Даже сейчас мешок с шерстью или большая, туго набитая перьевая подушка, защитят от пули.
Спустить ещё часть парусов… Враги окончательно расслабились – и тут рулевой в нужный момент резко поворачивает корабль. Моментального тарана не получилось – это не кино, но за десяток секунд на парусном судне мало что можно успеть…
Удар! Рюгена бросает вперёд и от падения спасает только то, что он крепко ухватился за трос.
– Мостик! – Орёт он разъярённым драконом на моряков и те бросаются к лежащему на палубе абордажному мостику. Едва тот успел опуститься на палубу вражеского корабля, как Грифич пантерой взлетел по нему, держа перед собой щит левой рукой, а правой – заряженный картечью короткий мушкет.
Перед ним путь чист – удар отбросил пиратов от борта, но вот у капитанского мостика их целый десяток.
– Бах! – Гремит выстрел и поверхность заволакивается дымом. Владимир отбрасывает мушкет в сторону и выхватывает из-за пояса многоствольный пистоль чудовищного калибра, продолжая двигаться.
– Ббах! – Выстрелы следуют один за одним и движение на мостике замирает.
На палубу уже взлетели люди Вольгаста и зачищают судно. Звуки выстрелов следуют почти без остановки – они стремятся уничтожить врагов прежде, чем те опомнятся и смогут оказать сопротивление.
– Люк! – Орёт князь и прыгает вниз с клинками в руках – нужно уничтожить артиллеристов. Увидев направленное на себя дуло пистолета и палец, нажимающий на курок, принц сгибается и прыгает вперёд, подсекая ноги стрелка.
Выстрелить "ганфайтер" так и не успел и сейчас сучил ногами, хрипя перерезанным горлом.
– Я – Рюген! – Орёт князь во весь голос, – сдавайтесь!
Какой-то непослушный или тормознутый бородатый мужчина тянет их ножен саблю. Взмах левой рукой и тесак вонзается в грудь слишком смелому пирату.
– Сдавайтесь! – Дублирует прыгнувший следом Тимоня на немецком, шведском и датском. Семеро здоровых, вооружённых мужчин, становятся на колени и снимают с себя оружие…
Капитан много слышал о знаменитом "Грифоне" – многие называли его лучшим воином Европы, хотя опытные вояки относились к таким заявлениям с некоторым скепсисом. Однако сейчас… Абордажный мостик едва успел опуститься на палубу шлюпа, как принц оказался на его борту и загремели выстрелы. Ещё пара секунд – и по мостику пролетел денщик и офицеры свиты. Да какой, на хрен, свиты! Свита – это что-то надушенное, в париках… Это же – голодные волки, увидевшие раненого оленя, во всяком случае, на абордаж они ринулись с явственным рычанием.
Не сплоховал и сам капитан со своей командой – люди все бывалые, опытные, успевшие повидать… всякого. Но дел им на палубе практически не было – так, добить покалеченных да связать пленных. Когда он вбежал на вражеский корабль, осознанного сопротивления уже не было.
– Чёрт, – боцман медленно засунул в ножны морской палаш и озвучил общее мнение, – да я штаны расстёгиваю медленней, чем эти волки берут корабль на абордаж!
Вскоре в трюм спустились моряки с брига и пленных оставили на их попечении, Грифич же поднялся на палубу, где заканчивалась зачистка.
– А хорош русский метод! – Обратился к нему довольно жмурившийся капитан, – у моих ребят даже раненных нет, только Свен вот ногу сломал, да Михель искупался.
– Все живы, мой князь, – коротко доложил Владимиру подошедший офицер свиты, – пираты не ожидали сопротивления и не успели подготовиться.
– Да всё они ожидали, – хмыкнул Вольгаст, оценивая картину на палубе, – просто они не ожидали наткнуться на нас.
Глава шестая
Происшествие с пиратами закончилось без малейшей трагической нотки и каких-либо осложнений. Люггер после абордажа подойти так и не решился – один из моряков от избытка дурного рвения поднял флаг князя. Ну а дальше было конвоирование захваченного судна назад на Рюген – где он стал в строй в качестве самого грозного (аж восемь пушек среднего калибра!) военного корабля герцога, быстрый суд и виселицы большинству выживших. Несколько человек пополнили ряды немногочисленных каторжан [22] , а парочку так даже отпустили – выяснилось, что на судне они находились не по своей воле, случай не такой уж редкий.
22
Здесь – в значении "Осуждённый, занимающийся тяжёлой работой".
Установить личность заказчика не получилось – то ли знающих людей порубили/постреляли при абордаже, то ли они находились на люггере, то ли ещё что, но никаких внятных следов попросту не было – и это при том, что каждого из выживших Рюген допросил самостоятельно, "включая" при этом экстрасенсорику. Судно приписано к одному из портов Швеции, но в остальном – глухо. Обычный мутноватый интернациональный экипаж, подряжающийся практически за любые сделки – по Балтике таких полно.
Долго не задерживались и после короткого расследования и ещё более короткого суда, отплыли в Петербург. Как выяснилось, известие о нападении пиратов уже достигло столицы…
– Цел!? – С такими словами встретила его жена прямо с порога.
– Цел, всё нормально, – ответил несколько растерявшийся князь, а Наталья молча обняла его и расплакалась от облегчения. Новость дошла в изрядно покорёженном виде и после прочтения нескольких заметок он понял, почему супруга так волновалась – лучшие традиции "Желтой" прессы, мать её…
Оставлять нападение безнаказанным он не мог и потому быстро подключил свою агентуру. Пусть до настоящей спецслужбы "Сеть" не дотягивала, но только в России под его прямым и косвенным патронажем находилось свыше семисот подданных, да плюс бывшие сослуживцы, да "облагодетельствованные" преподаватели, "спасённые" в своё время от Сибири, плюс европейские знакомства и давние контакты с Тайной Канцелярией…