Улей. Трилогия
Шрифт:
Девчонка отступает и со звериным воплем кидается снова, на лице бешеная гримаса, в глазах ненависть. Кая действует на инстинктах. Бьет ногой в живот, используя стандартный боевой прием. Соперница падает на спину, но быстро, прыжком, поднимается. Наступает, готовясь к броску. Боковым зрением Кая замечает вторую освобожденную узницу, которая подбирается к ней сбоку, раскручивая длинную цепь.
Черт, как же быстро они оклемались.
Почему она не предусмотрела подобный вариант?
«Я же вам помогла», – хочется завопить во всё горло, но на словесные разборки тупо нет времени.
Пчелки медленно приближаются, кривя губы в кровожадных усмешках, обещающих смертельную расправу. Одна – с острым окровавленным ножом, вторая – с зловеще лязгающей цепью. На обезумевших злобных лицах ни намека на благодарность. Вот и делай после этого добрые дела. А Мин еще пулю в собственную голову предлагал…
– Бросай пистолет, сука, – рявкает брюнетка. Ее подружка злобно хихикает. – Обещаем, мы не будем тебя долго мучить. Сдохнешь быстро.
Резко вскинув руку, Каталея не целясь стреляет. Сначала в ту, что с ножом, потом в другую.
Два выстрела, грохот, едкий запах дыма…
Внутри никаких эмоций, безмолвие и хладнокровная уверенность в том, что не промахнулась.
Первая девчонка оседает на пол, из раны в груди хлещет черная кровь, взгляд стеклянный, пустой, удивленный. На вторую Кая даже не смотрит, но знает, что попала. Отец хорошо ее обучил, спасибо ему, это только что спасло ей жизнь. Жаль, что она никогда не сможет поблагодарить его лично.
– Стоп, – триумфально объявляет Мин. Его голос дрожит от восторга и возбуждения.
Кровавое зрелище пришлось господину по вкусу. Всё закончилось? Она справилась?
Выронив пистолет, Кая на негнущихся ногах идет к столу, перешагивает через обнаженный труп и движется дальше, по пути надевая верх платья. Кожу на порезанном плече печет, но это ерунда. Царапина. Главное, она жива.
Всё закончилось. Закончилось, как мантру, твердит Кая про себя, чтобы ни о чем другом не думать, не анализировать, не слышать омерзительного голоса своего хозяина, толкающего пафосную речь из всех динамиков. Кажется, он даже хлопает в ладоши, радуется, как ребенок, дорвавшийся до любимого мультфильма после недельного наказания. Аплодисменты – это успех, цинично размышляет Кая. К черту его. Пусть горят в аду он и женщина, которая произвела на свет это чудовище.
Она справилась. Справилась… Стол оказывается далеко позади, а она всё продолжает идти, невидящим взглядом уставившись перед собой. Ее никто не останавливает. Вокруг зловещая тишина. Резко гаснет свет, погружая игровую во тьму. Ноги подкашиваются, и сильные руки подхватывают ее, не дав упасть, прижимают к твердой груди и куда-то несут. Прямо на слепящий свет. Кая шипит, прячет лицо на мужском плече, вдыхает знакомый запах.
– Бут, я знаю, кто такой господин Мин, – сипло шепчет она.
– Ты знала об этом с самого начала, – мягко отвечает батлер. – И не вздумай ни в чем себя винить.
– Не буду, – обвив руками крепкую шею, Кая наконец позволяет себе разрыдаться.
Глава 12
– Уже уходишь? – Разочарованно вздохнув, Дея проводит коготками по моей спине, намеренно задевая свои же отметины. Опять всего разрисовала. Садистка ненасытная. Встав с кровати, я поднимаю с пола брюки с боксерами и начинаю быстро одеваться. – Так быстро… Ты меня совсем не любишь… – добавляет «садистка» капризным голосом.
– Считаешь, это было быстро? – Обернувшись, скептически вскидываю бровь, глядя в раскрасневшееся после секса лицо. Бесстыже расставив ноги и выпятив красивую грудь, Медея выгибается кошкой и игриво улыбается.
– Долго, но мало. Побудь еще немного. – Склонив голову к плечу, темноволосая ведьма призывно манит меня тонким пальцем. – Ну же, Бут. Ты же хочешь, я знаю.
– Тебе есть кем меня заменить. – Усмехнувшись, я закатываю глаза и наклоняюсь за рубашкой.
– Фу, какой ты противный, – наигранно дуется Медея.
– Кронос прилетит в течение часа. Приведи себя в порядок, – сухо советую я, застегивая ремень.
– Боже, Бут, да ему плевать, как я выгляжу, – раздражается Дея, сменив позу и подползая к краю кровати.
– Ему не плевать. Просто ты всегда выглядишь сногсшибательно. – Я сажусь рядом и, запустив пальцы в копну густых волос, грубо сжимаю их на затылке. Она только больше заводится и разве что не урчит от удовольствия. – Но мне правда пора уходить. Нужно подготовить игровую для Науми. Крон привезет с собой друзей, попросил устроить вечеринку в стиле Блейда.
– Какая пошлость, – поморщившись, Дея забирается мне на колени, оседлав, как любимого жеребца. – У моего мужа стало совсем плохо с воображением. Еще немного, и мы скатимся до Дракулы. Может, у него ностальгия по студенческим временам? Кризис среднего возраста? – Взлохматив мои волосы, Дея присасывается губами к моим и, не дождавшись ответа, обиженно бьет ладошками в грудь. – Я нажалуюсь Кроносу.
– На что? – расхохотавшись, спрашиваю я.
– Ты пренебрегаешь моими желаниями.
– Исключительно ради наших с ним общих дел. Он меня помилует, – с улыбкой заверяю я, снимая Медею с себя и осторожно усаживая на постель.
– А вот и нет. Попрошу поставить тебя в сегодняшнее шоу в качестве участника, а не наблюдателя, – растянувшись на смятых простынях, угрожает мстительная стерва.
– Он уже это сделал, – невозмутимо парирую я.
– Серьезно? За что? – Приподнявшись на локтях, она удивленно хмурится.
– Я сам попросил.
– Мне казалось, ты давно вырос из этих игр… Стой, я поняла. Боишься, что наши друзья, заигравшись, войдут в раж и покалечат твою любимицу? – догадывается Дея. Ну надо же, какая проницательная. Странно, что Науми вообще еще жива.
– От тебя ничего не скроешь, – ухмыляюсь я.
– А я боюсь, что покалечат тебя, Бут, – на полном серьезе заявляет пчелиная королева, и ее слова меня ничуть не удивляют, как и неподдельное беспокойство в золотистых выразительных глазах. Я знаю, что она привязана ко мне сильнее, чем к остальным своим любовникам. И возможно, даже больше, чем к собственному мужу. Если Крон это почувствует, могут возникнуть серьезные проблемы, но Медея слишком эгоистична и избалована, чтобы думать о последствиях своей беспечности.