Чтение онлайн

Мелодия перенесла Кейт в беззаботные времена ее юности. Прижав к груди дочурку, она закружилась по комнате, напевая себе под нос. Мара хихикала и крутилась у нее на руках, и впервые за много дней Кейт рассмеялась. Она поцеловала малышку в пухлую щечку, потерлась носом о ее нежную шейку и пощекотала девчушку, которая в ответ радостно рассмеялась.

Им было так весело, что Кейт не сразу услышала телефонный звонок. Услышав, она кинулась к приемнику, приглушила звук и взяла трубку.

— Миссис Джон Райан? — слышно было плохо. Звонили явно издалека. «Только в случае крайней необходимости».

Кейт замерла, крепче прижала к себе Мару, извивавшуюся у нее в руках.

— Да, это я.

— Говорит Ленни Голлихер. Я — друг вашего мужа. Я сейчас вместе с ним в Багдаде. Неприятно сообщать вам печальные новости, миссис Райан, но вчера была бомбардировка…

Метрдотель проводил Эдну к ее постоянному столику. Талли шла рядом, стараясь не глазеть на известных бизнесменов и знаменитостей, которые собрались здесь сегодня на ланч. Ресторан «Двадцать один» явно был тем местом, которое стоило посмотреть на Манхэттене. Эдна останавливалась почти у каждого столика, чтобы поздороваться с кем-нибудь. Она представляла всем Талли со словами: «Это девушка, за которой я советую вам понаблюдать».

К тому моменту, когда они дошли до столика, Талли парила в небесах от счастья. Ей не терпелось позвонить Кейт и рассказать, что она видела Джона Кеннеди-младшего.

Она отлично знала цену тому, что сейчас происходит. Эдна подарила ей возможность стать узнаваемой для сильных и знаменитых.

— Почему я? — спросила она, когда официант отошел, приняв заказ.

Эдна закурила и откинулась на спинку стула. Она кивнула кому-то за дальним столом. Талли показалось, что Эдна не расслышала ее вопрос, и она собиралась повторить его, когда Эдна вдруг ответила:

— Ты напоминаешь мне меня. Я вижу, тебя это удивляет.

— Это мне льстит.

— Я родом из маленького городка в Оклахоме. Когда я приехала в Нью-Йорк — с дипломом по журналистике и опытом работы секретаршей, — мне открылась вся неприглядная правда о выбранной профессии. Практически каждый был кем-то или имел отношение к кому-то. А тому, кто был никем, приходилось чертовски много работать. Не думаю, что спала в те годы больше пяти часов подряд, приезжала домой, к родителям на праздники, или занималась сексом с кем-то, кто для меня что-то значил.

Официант принес им еду, расставил ее на столе с подобострастным выражением лица и испарился. Не вынимая сигарету изо рта, Эдна начала резать свой стейк.

— Когда я увидела тебя, сразу подумала: «Этой девочке я помогу». Даже не знаю, по какой причине. Кроме того, что ты напомнила мне меня, ничего не приходит в голову.

— Это был мой счастливый день.

Эдна кивнула и занялась едой.

— Миз Губер, — это снова был метрдотель, на сей раз с телефонной трубкой в руке, — для вас срочный звонок.

— На проводе, — сказала Эдна, взяв трубку.

А затем молча слушала говорившего.

— Как их имена? Как? Бомбы? — Она начала быстро делать записи. — Убиты репортеры из Сиэтла, продюсер ранен.

Талли ничего уже не слышала после слова «продюсер». Голос Эдны теперь звучал откуда-то издалека. Талли наклонилась вперед:

— Кто это?

Эдна прижала телефон к груди.

— Двое парней из филиала в Сиэтле пострадали в бомбардировке. Репортер убит. Продюсер, Джон Райан, в критическом состоянии. — Эдна вернулась к телефонному разговору: — Как звали репортера?

Талли втянула в себя воздух, ей было трудно дышать. Талли закрыла глаза. Тьма тут же заполнилась воспоминаниями — вот они сидят с Джонни на палубе его плавучего дома и говорят о ее будущем, вот танцуют в том странном ночном клубе в злачном районе Сиэтла, вот он со слезами на глазах смотрит на свою новорожденную дочь.

— О боже! — сказала она, вскакивая на ноги. — Мне надо идти.

Эдна с удивлением посмотрела на Талли:

— Что случилось?

Талли едва могла говорить, слова не шли с ее языка.

— Джон Райан — муж моей лучшей подруги.

— Вот как? — Эдна посмотрела на нее и сказала в трубку: — Маури, поставь Талли на этот материал, у нее есть источник информации. Я перезвоню потом.

Эдна повесила трубку.

— Сядь на место.

Талли повиновалась. Ноги едва держали ее.

— Я должна быть с Кейти, — твердила она. — Просто быть рядом с ней.

— Это сенсационный материал, Талли, ты это понимаешь? — убеждала ее Эдна.

Талли нетерпеливо отмахнулась:

— Меня это сейчас не волнует. Речь идет о моей лучшей подруге.

— Не волнует? — резко переспросила Эдна. — Это не может тебя не волновать. Каждый хочет получить такое задание, а получила его ты. Ты понимаешь, что это означает?

Талли нахмурилась, стараясь не поддаться овладевшей ею тревоге, она чувствовала, что сейчас ей надо сделать решающий выбор: дружба или карьера.

— Я не знаю.

— Значит, ты не та, за кого я тебя принимала. Что мешает тебе сделать эксклюзивный репортаж и одновременно утешить свою подругу?

Талли на секунду задумалась.

— Ну, если вы так ставите вопрос…

— А как еще его можно поставить? Ты можешь взять интервью, которое не получит никто другой. Такой репортаж поднимет тебя на новый уровень. Может, после него для тебя найдется местечко в мире новостей.

Талли не могла противостоять такому искушению. Получить это самое «местечко в мире новостей» означало войти в команду утренней программы, где освещаются самые важные новости дня. Назначение в эту группу означало бы высокий коэффициент узнаваемости — ее будет ежедневно видеть вся страна. Некоторым даже удавалось перепрыгнуть из новостной программы сразу в ведущие собственного шоу.

— И я смогу защитить Кейт.

— Вот именно. — Эдна снова взяла телефон и набрала номер. — Харт добудет нам эксклюзивный репортаж, Маури. Это все равно что уже сделано. Я за нее ручаюсь.

Всю обратную дорогу в офис Талли убеждала себя, что поступает правильно. Подойдя к своему столу, она бросила куртку на спинку стула и набрала номер Кейт. В ответ длинные гудки. Наконец включился автоответчик.

«Вы позвонили в дом Райанов. Ни Джонни, ни Кейт не могут сейчас подойти к телефону, но если вы оставите сообщение, мы перезвоним вам, как только сможем».