Чтение онлайн

Он часто представлял себя героем приключенческих романов, брошенным в лесу и борющимся с самой Природой за свое право жить. Вот и сейчас он мысленно прикидывал расстояние от автобуса до дома. За какое время он сможет его преодолеть? От дома Виктора до их фермы – именно так, их фермы, а не их лачуги – старый отцовский Паккард ехал около часа. Но стоило взять в учет тот факт, что машина двигалась не прямо из точки А в пункт Б, а по дороге, что вилась, словно горный серпантин. К тому же, дорога была сильно разбита и быстро ехать по ней было нельзя. Стало быть, пешком через лес это расстояние можно покрыть за то же время, если не в два раза быстрее. Так размышлял он.

Здесь ситуация та же. Они едут около часа, но все еще находились на территории, разрабатываемой лесозаготовительной компанией. Значит дорога проложена не прямо, а по кривой. Отсюда до нашей фермы, думал он, я бы добрался часа за три, может четыре. А если вспомнить рассказы о гигантских медведях или смертельно опасных змеях, которые иногда свисают с деревьев, притворяясь лианами, то еще быстрее.

В это время года солнце вставало справа от их дома, а садилось слева от кладбища на холме. Зная это, потеряться в лесу было сложно. Главное идти на рассвете за светилом, а в ходе дня делать поправку на его движение по небосводу. Правда, как это делать, он пока не знал.

Автобус был заполнен на треть. В город по делам различной срочности в этот раз ехали десять человек. Две пожилые пары, неспособные передвигаться поодиночке, двое мужчин в костюмах и с кейсами, и корпулентная женщина с двумя сыновьями. Одному около пятнадцати, второй чуть старше. У обоих выбриты виски, а челка зачесана назад. Все крутые парни в городе стриглись именно так. На вид эти двое действительно были крутыми. На больших переменах такие мальчишки собирались на школьных задворках и курили крепкие сигареты, забросив ногу на ногу и рассматривая журналы для взрослых.

В автобусе им было явно скучно. Они были бы рады выкинуть что-нибудь эдакое. Например, играть в "кто громче". Это когда нужно поочередно выкрикивать грязные словечки. Громче, чем выкрикнул предыдущий игрок. Но с матерью ничего такого позволить они не могли. Оставалось сидеть на скрипучем красном кресле и пялиться в окно.

Пейзаж был монотонным. Смотреть было не на что. Один холм сменял другой, а от мелькающих вдоль дороги столбов с линиями электропередачи рябило в глазах. Поэтому пассажиры постарше развлекали себя чтением скучных газет да старомодных романов. Или разгадывали кроссворды.

На обоих сыновьях были блестящие черные куртки, сужающиеся к талии и мешковато висящие на плечах. Воротники были задраны вверх, как крылья летучей мыши. Волосы щедро смазаны помадкой и блестели на солнце, будто их облили бензином. Волосы Летуна непослушно торчали в разные стороны как у всех деревенских мальчишек. С утра мать конечно же намочила и зачесала их на правый бок, но еще у дома Виктора они растрепались. Челка спадала на лоб, описывая стремительную дугу.

Виктор заметил взгляд мальчика.

– Что, нравятся куртки? – спросил он заржавевшим от мокроты голосом. Виктор задал вопрос неслышно для остальных пассажиров автобуса, но достаточно громко для того, чтобы его попутчик, витающий в облаках, вернулся на грешную землю.

– Да, о-очень, – протянул он, улыбаясь во весь рот и обнажая внушительную щель между зубов. Не щель вовсе, а самый настоящий каньон. Парню совершенно точно понадобится хороший дантист и брекеты.

– Ну, может быть когда-нибудь родители купят тебе такую же? Например, на Рождество?

– Это вряд ли, – мальчик опустил голову. Он знал, что на это чудо точно не стоит надеется. – Мама не хочет, чтобы я хоть в чем-то был похож на городских пижонов.

– Городских пижонов? – удивился он.

– Так она говорит, – подтвердил мальчик. Его мать вообще мало чего хотела. Не в том смысле, что на сына ей было наплевать. Наоборот, мальчишке приходилось терпеть адские муки под названием чрезмерная опека. Отец, разумеется, был против такого воспитания. По его мнению, мужчина должен воспитываться если не на улице, то совершенно определенно на школьном дворе, где можно заработать пару синяков, понять, с кем заводить дружбу, а с кем не стоит, да и в целом, набраться какого-то опыта.

Виктор нахмурился и посмотрел Бенджи в глаза.

– Она у тебя строгая, да?

– Вообще-то нет, – сказал он и ничуть не соврал. – Просто много волнуется.

Отец много работал. Слишком много. Часто допоздна. Приходя домой со школы, Бенджи попадал в мир строгих правил Сьюзен Майерс. Слава господу богу, думал он, что есть отец. Если бы по каким-либо причинам мальчику пришлось жить лишь с матерью – это совершенно точно плохо бы кончилось. По крайней мере, для одного из них.

– Ты много заставлял ее нервничать? – спросил стрик и огляделся. Никто не обращал на него никакого внимания. Это страшно его обрадовало. Ведь это значило, что вид старика с одиннадцатилетним мальчиком на заднем сиденье автобуса ни у кого не вызывает противоречивых чувств. Может быть, они думают, что он мой внук, подумал Виктор. Было бы просто замечательно, если бы они так думали.

Конец ознакомительного фрагмента.