Чтение онлайн

В бывшем детском саду Юрий Михайлович разместил свой офис, а заодно и персональный дом отдыха. Были тут и сауна, и комнаты для уединенного отдыха, и даже теннисный корт, благо, размеры участка позволяли. Здесь Юрий Михайлович принимал уважаемых людей. И, надо отметить, что место для приемов оказывало порой существенное влияние на вынесение очередного судьбоносного решения в пользу Юрия Михайловича.

Но все хорошее имеет и оборотную сторону. Принимал Юрий Михайлович важных гостей в своем райском уголке, принимал, да и допринимался. Одному из них прием так понравился, что он, скотина такая, решил наложить лапу на домик, на садик и на прочую недвижимость Воронцовки.

Неделю назад Юрий Михайлович был серьезно взволнован, если не сказать испуган, звонком с предложением немедленно продать дом на Воронцовском бульваре. От страха он наговорил звонившему гадостей. Потом пришел в себя и поставил в известность господина Вишневского, с ведома которого владел этим домом и которому регулярно выплачивал дань. Господин Вишневский возмутился фактом наезда на Босякова. В этом он усмотрел неуважение к себе лично. Он обещал во всем разобраться. Больше никто на собственность Юрия Михайловича не покушался, и он решил, что инцидент полностью исчерпан. Несмотря на высокое положение, временами он проявлял почти детскую наивность.

На мгновение Юрий Михайлович ощутил внутри себя некое тяжелое чувство. Поскольку совесть его никогда не тяготила, оставался мочевой пузырь. Возвращаться в дом не хотелось, и он отодвинулся к раскидистым кустам сирени. Но не успел он распахнуть навстречу прохладному ночному ветерку свои брюки, как сильный удар по загривку ввел его в состояние ступора. Следующий удар, в живот, заставил согнуться и, не останавливаясь, опуститься на колени.

Две пары крепких сильных рук подхватили его, третья нахлобучила на голову вонючий мешок. Когда Юрия Михайловича переваливали через забор, он очнулся. Его подтащили к открытому багажнику «Волги» и стали заталкивать между запаской и канистрой, но тут он обрел дар речи и заорал:

– Вы, козлы, не знаете, с кем связались! Я самому Вишневскому скажу! Он из вас…

Сильная рука сдернула с его головы мешок, больно прихватив пучок редких волос. Перед глазами Юрия Михайловича возникло хорошо знакомое лицо Ростика, племянника Вишневского. Именно Ростик систематически приезжал к Босякову за очередным взносом.

– Ты кого, сучонок, козлами назвал? Кому ты что скажешь, урод?

Ростик попытался пнуть лежавшего в багажнике Босякова, но, задирая ногу для удара, услышал как затрещали его джинсы. Он выругался и снова нахлобучил ему мешок на голову.

– И не вздумай орать, – предупредил он. – С ментовкой у нас тоже все схвачено.

На всякий случай Демьян обмотал мешок с головой Юрия Михайловича скотчем.

– Не задохнется? – спросил один из братков.

Демьян пожал плечами:

– Задохнется – и хрен с ним. С кем не бывает?

Бандиты расселись по местам. Демьян запустил двигатель.

– И что теперь с ним делать? – спросил он.

– В лес вывезем, будем потрошить, – ответил Ростик.

– Обратно его привезем или там же и закопаем?

– Закопаем, конечно, но в другой раз. Сейчас придется назад вернуть. С ним еще работать и работать, так что действуем аккуратно. Ребят отпусти, теперь мы и вдвоем справимся. Кстати, Демьян, ты не забыл, что главное у нас – программа «Огнем и мячом»? Сегодня надо как минимум три стоянки запалить. Успеешь обернуться?

Демьян широко ухмыльнулся:

– Нет проблем, пацаны к работе уже привыкли. И без меня справятся.

Ростику ответ бригадира не понравился.

– Дёма, ты же знаешь закон природы: если хочешь сделать хорошо, то сделай сам. Или, по крайней мере, проконтролируй. Ладно, вместе съездим. Один хрен, если вы провалите дело, с меня голову снимут. Заводи. По дороге заскочим и проверим. Где сегодня работаем?

– Пацаны, на выход. Доберетесь сами, – скомандовал Демьян.

Двое братков в черных кожаных куртках остались стоять на тротуаре. «Волга» обдала их целой тучей сажи и копоти и тронулась с места.

Генерал Задумов отсутствовал на работе до вечера, но за полчаса до конца рабочего дня вдруг объявился и затребовал весь личный состав группы на вечернее совещание.

– Первые результаты налицо, – торжественно сообщил он собравшимся. – Наш коллектив встречает конец первого рабочего дня не с пустыми руками. Сотрудниками сводной оперативно-следственной группы задержано… – Генерал уставился в разложенные на столе бумажки и принялся их перебирать. Видимо, нужных цифр он так и не нашел, поэтому раздраженно взглянул на Капца и продолжил: – Данные о задержанных уточняются. И это еще не конец, главная работа впереди. Начинаем новый этап операции «Бредень».

– Это от слова «бред», только в женском роде, – прокомментировал Крячко. – И когда начнем? Завтра с утра?

Задумов гордо подбоченился:

– Нет, сегодня. Прямо сейчас. Рабочий день у нас не нормированный. Считайте, что мы работаем в режиме усиления. От забора и до рассвета. Наша основная версия – маньяки-поджигатели, хулиганы и всякая бунтующая сволочь. Всех задержанных доставлять в штаб, то есть сюда ко мне.

Гуров не смог скрыть презрительной усмешки:

– Наверно, я давно не открывал кодекса. Впервые слышу про такую меру пресечения, как доставление в штаб. Мне это напоминает действия революционных троек и суд Линча.

Генерал рассердился:

– Перестаньте умничать! Тоже мне, гений! Если есть конкретная версия, изложите. А мы, темные, послушаем.

Капец рассыпался ехидным смехом, остальные напряглись. Им давно хотелось услышать наконец хоть что-нибудь дельное.

Гуров не стал ломаться и просить себя два раза.

– Я считаю, что между поджогами машин, перестрелкой у Оленьего Бора и исчезновением журналиста Дорохова имеется связь.

– Да неужели? – всплеснул руками Задумов. – И какая?

– Это я вам скажу, когда поговорю с водителем Ставрогина, с Литовченко. К сожалению, он исчез. И, если бы вы не ставили перед нами задачу ловить дураков и хулиганов, я бы его уже разыскал и допросил.

Задумов пожевал губами:

– М-м-м… Не вижу связи. Очень туманно. Создается впечатление, что вы просто не хотите работать. Ну ладно, у кого-нибудь имеются другие версии?

Сотрудники группы молчали. Никто не хотел получить неполное служебное соответствие за свою же инициативу. И снова молчание нарушил Гуров:

– У меня имеются. Например, страховщики. Среди сгоревших машин встречаются очень дорогие…

– Ваша мысль понятна, – перебил его генерал. – Может быть, кто-то еще хочет выдвинуть новую версию?

И снова не нашлось желающих. Разумеется, за исключением Гурова.

– Возможно, кто-то хочет загнать автовладельцев с улиц в новые многоэтажные гаражи. При существующих ценах желающих нет, поэтому…

И снова Задумов не дал полковнику развить свою мысль.

– Дефективы будем читать после работы. Мы не фантастики, мы практологи. А то, что вы нам тут сочиняете, очень интересно, но несерьезно. Это ходы ложные, и мы их отрабатывать не станем. Если больше никто выступить не хочет, поднимайтесь – и за работу. В патрули.