Чтение онлайн

— И вот здесь живёт глава мафии? — подчистив тарелку, Лена вернулась мыслями к цели вылазки.

— Да, вот в этом доме напротив.

Девушка на секунду зависла, после чего медленно-медленно повернулась к окну.

— И ты так спокойно об этом говоришь? — спросила она почти шёпотом. — И главное, откуда ты знаешь?

— Я его чувствую. Он здесь, в этом доме. Точнее, под ним.

— Может, он там гостит? — Лена пожала плечами.

— В подвале? Ну, если так, то его дела совсем плохи. Разве что там у него вина хранятся, или сыры.

— И что будем делать?

— Сегодня замечательный день, мы никуда не торопимся, поэтому просто посидим, поедим…

— Понаблюдаем…

— Именно! — я улыбнулся.

Немного погодя хозяйка принесла свежеприготовленную лазанью, и мы воздали должное этому изумительному блюду.

Тем временем, по моим внутренним ощущениям, Посредник ненадолго поднялся в дом, и снова спустился под землю. У него там что, рабочий кабинет?

Нет, будь там рабочий кабинет, он был бы на связи.

— Вань, а пока мы тут сидим, нас из того дома никто не заприметит?

— Обижаешь! Мы под отводом глаз с тех пор, как вышли с территории порта.

— А она? — Лена мотнула головой в сторону стойки, где какой-то молодой человек как раз что-то обсуждал с хозяйкой кафе.

— Кроме неё, она нас видит, иначе как бы мы поели?

Молодой человек ушёл, а женщина принесла нам десерт. Выглядела она подавленно.

— Синьора, что-то случилось? — спросил я её на итальянском.

— О, не берите в голову. Синьор Пироначи, наш покровитель, вон его дом, через дорогу, приболел, уже несколько дней не встаёт с постели. Говорят, он очень плох. Не представляю, что будет с городом, если Господь приберёт его!

Я выразил подобающее сочувствие и высказал надежду на скорое выздоровление покровителя. А потом перевёл Лене.

— Думаешь, это тот самый?

— Думаю, что когда совпадений очень много — это уже не совпадения.

“Моё почтение, Мастер. Подскажите, как зовут нашего посредника?”

“Джузеппе Пироначи”.

“Кажется, у синьора Пироначи проблемы со здоровьем — его пытаются похоронить, не дожидаясь кончины. Принял, работаю”.

— Вань, ты тут?

— Да, Джузеппе Пироначи и есть наш посредник. Как думаешь, много людей болеть уходят в подвал?

— Не, это бред, — Лена замотала головой, раскидав волосы. — И что будем делать?

— Сходим в разведку. То есть я схожу.

Лена приподняла левую бровь, прищурила правый глаз, а потом сделала вид, что красит губы. Пальцем. Средним. Который мне и продемонстрировала.

— Видел? Фигу с дрыгой тебе! Вместе пойдём! Уже ты без меня ходил, нас по отдельности чуть не взорвали! А вместе — норм, сами всех раком поставили.

Я сперва, честно сказать, оторопел. А потом заржал, как конь.

— Боевой хомячок, ахахаха! Ой, не могу! Ладно, полетели! Только никакой самодеятельности, всё что говорю, выполняешь чётко и без размышлений.

— Само собой! Ты всё время забываешь, что я девочка умная.

— А кто пошёл через парк и наткнулся на наркоманов?

— Ой, всё! Зато я с тобой!

Мы рассчитались с хозяйкой, пообещав до отъезда обедать только у неё, и вышли на улицу, откуда через несколько секунд взмыли в небо.

— Интересно, у них тут камеры есть?

Мы кружили над виллой Пироначи, высматривая удобное место для посадки. Отвод глаз прекрасная вещь, пока не доходит до видеокамер, за которыми в режиме реального времени следит оператор. Вряд ли перемещающееся в пределах охраняемого периметра световое пятно оставит такого оператора равнодушным. В этом плане внутренний дворик, патио, действительно был отличным вариантом. Вот только он был крытым.

— Вон, смотри, — Лена показала рукой, — кто-то балкон на втором этаже оставил открытым. Нам хватит места для посадки?

— Да. Спускайся с шеи вниз, в руки, я возьму тебя за талию. При посадке приготовься пару шагов пробежаться.

— Ох, нашёл тоже воздушную гимнастку… — проказница сделала вид, что кряхтит от натуги, но сама щучкой скользнула вниз.

Захожу по широкой дуге на балкон, держа Лену перед собой, и максимально раскрыв крылья. Дополнительно гашу скорость силовыми полями, используя их на манер парашюта. Касание, Лена делает шаг… обращаюсь… ещё один шаг… и вот мы уже стоим на балконе, как в танго, добле френте, я немного сзади и чуть сбоку, держу её руками за талию.

Мы даже ничего не зацепили.

— В комнате никого, пошли.

Заходим. Большая двуспальная кровать с балдахином, но обстановка достаточно сдержанная. Никаких зеркал, но есть кресло. Одно. И журнальный столик, на нём коробка с сигарами, початая бутылка самбуки. Мужская комната. Вполне вероятно, самого хозяина.

Подхожу к входной двери. Прислушиваюсь. В коридоре ходит один человек. Туда-сюда.

— Лен, хлопни балконной дверью, сильно, только стекло не разбей.

Лена хлопает дверью, и через пару секунд в комнату заглядывает парень лет двадцати трёх. Что-то бормочет, и идёт закрывать балкон.

Кладу ему руку на затылок.

Спи!

Парень оседает, подхватываю его и устраиваю поудобнее в кресле.

— Вань, он, наверное, очень хотел выпить хозяйского бухла, как думаешь?

— Ага, помоги ему, а то сам обольётся.

Лена деловито вливает самбуку парню в рот, тот рефлекторно делает глотательные движения. Остатки она выливает ему на шею и грудь. Бутылку зажимает в руке. Идеально!

— Вкусно пахнет, я бы сама не отказалась!

Выглядываю в коридор. Никого.

— Пошли!

Выходим в коридор и закрываем за собой дверь. Камер не вижу, надеюсь, скрытых нет.

Спускаемся вниз. Куча дверей и узкие коридорчики по бокам от главной лестницы. Лестница заканчивается бронированной дверью. За ней слышны голоса, там множество людей. Но туда нам и не надо. Маячок Посредника ведёт вниз. Где-то должна быть дверь в подвал…

Лена обходит холл, и останавливается возле одной из дверей.

— Вань, смотри, здесь на двери кровь.

Действительно. Кровь. Провожу пальцем. Свежая.