Ультрасовременный ребенок
Шрифт:
Когда еще маленькому Генриху отец подарил на Рождество книгу Георга Ерера «Всемирная история для детей», в которой мальчика поразила иллюстрация к мифу о Трое, а отец пытался убедить его, что никакой Трои нет, ребенок не поверил ему.
«Отец, ты ошибся, Ерер видел Трою, иначе он не смог бы ее нарисовать», – вспоминал один из самых важных эпизодов в своей жизни уже не мальчик, а человек-легенда, осуществивший свою детскую мечту, откопав мифическую Трою и найдя там «клад Приама» и «сокровища Агамемнона», подлинность которых потом была оспорена археологами. Но тем не менее это был человек, «откопавший» город Приама, ставший благодаря этому одним из самых знаменитых людей мира. И хотя путь к Трое Шлимана был не из легких, а скорее тоже мифический, как и город, которым он грезил всю жизнь, Фортуна улыбнулась ему, превратив восемнадцатилетнего юношу, едва выжившего после кораблекрушения, не просто в удачливого коммерсанта, но и в одного из самых богатых людей Петербурга. Эти богатства и помогли ему осуществить свои грезы.
Уже после 45 лет, достигший больше, чем надо для жизни простому смертному, бывший нищий мальчишка, а потом уже юноша, не расстающийся с купленной за гроши гомеровской «Илиадой», он круто меняет свою жизнь, подобно реке, перекрытой плотиной, ради образования озера.
Генрих Шлиман бросает коммерцию, начинает учиться в Сорбонне, берет в жены гречанку, называет детей своих древнегреческими именами… и откапывает заветную Трою, перепутав истинную с мнимой… Истинная оказалась невзрачной, не похожей на подлинную, «подлинную» в его мечтах… Мнимая превзошла все его ожидания.
К сожалению, так же и мы ценим в детях обычно лишь мнимое, отвергая все подлинное. А ведь каждый ребенок для нас – это своеобразная Троя, Троя Шлимана, точно так же желанная и притягивающая, из надежд вся… и вся из разочарований…
Но волнуют нас только разочарования, хоть они лишь вкрапления в драгоценных камнях других качеств детей.
У нас есть постулаты, кумиры – свои «путеводители» в жизни. «Мы в ответе за тех, кого приручили» – словно колокол в наших ушах.
Мы в ответе за наших детей, более беззащитных, чем мы, более впечатлительных и конечно же очень ранимых. Из-за этой ранимости они и пытаются лишь окуклиться в коконах шелкопряда, не став бабочкой, не понимая то, что в коконе «шелк», а не в бабочке, впрочем, так же, как и их родители, ищущие в ребенке хотя бы какие-то нити «шелка», чтоб их расплести для вязания новых узоров собственного ребенка. Ну хотя бы узоров поступков знаменитого Экзюпери. Его Маленький принц – идеал благородства, вряд ли кем-то еще превзойденный, потому что писатель отразил в нем себя.
Его Маленький принц идеал благородства в самом деле, трудно найти ему равных, так же как и создателю Принца.
«Мы в ответе за тех, кого приручили».
Супермен и последний романтик, рыцарь-летчик, известный писатель, обожаемый до фанатизма миллионами земных людей, утонченный аристократ, граф Антуан де Сент-Экзюпери своей прекрасной Розой выбрал неизвестную во Франции испанскую художницу Консуэло Сунсин, влюбившись в нее с первого взгляда.
Сколько женщин завидовало и завидует этой Розе еще до сих пор, хотя нет давно Принца и Розы… Но ведь были же времена, когда он был ее и она могла каждый день наслаждаться его благородством и верностью… И не в этом ль земное блаженство…
«Мы в ответе за тех, кого приручили…» И хоть верность в любви, скорее всего, лишь улыбка Чеширского кота, преследующая тебя повсюду, хотя обладателя ее с тобой рядом нет, хотелось бы верить, что Маленький принц – исключение.
Он всегда был для всех исключением, на которое мы мечтали равняться, пытаясь быть «в ответе за тех, кого приручили», и даже тогда, когда это уже становилось почти невмоготу… Мы пытались… Ведь жил же на далекой планете пронзивший души земных людей благородный Маленький принц, подаривший нам это Прозрение. Подаривший другим… и лишивший самого себя этого, отдав все без остатка…
«Крылатый рыцарь предлагал мне все: свое сердце, свое имя, свою жизнь. Он писал, что собирается подхватить меня с земли на головокружительной скорости, что я буду его садом, что он принесет мне свет», – читаем мы в воспоминаниях Розы, Розы Маленького принца.
Он сумел подарить ей это, пока звездная болезнь не подкосила его. «Мы в ответе за тех, кого приручили…» Но… теперь уже Маленький принц все чаще и чаще покидал свою сказочную планету, забывая вернуться, чтоб хотя бы полить свою Розу.
Призывая святыми словами – быть в ответе за тех, кого приручили, временами он сам забывал свой призыв, не заботясь о сохнувшей Розе, рассыпавшей свои лепестки…
Идеал многих смертных на нашей земле волочился за дамами, флиртовал, изменял, предавал тех, кого приручил, был в запоях…
Он бросал свою Розу и вновь возвращался. А когда не вернулся к ней, не вернулся вообще в этот мир, пропав без вести, дав надежду, что может… вернуться…
Его долго искали. Не нашли. Позабыли. Только Роза надеялась на возвращение и что чувство, как феникс, восстанет из пепла, хоть она и капризная Роза.
Уже нет давно Розы и Принца на свете. Но… их чувство живо…
У Лазурного Берега в конце прошлого века рыбак вдруг обнаружил в сетях, нет, не рыбку из чистого золота, а браслет, ценный, как эта рыбка. На браслете том были выбиты имена – Антуан и Консуэло.
И в последнем полете наш Маленький принц не расстался с любимою Розой, хоть вокруг все считали – уже разлюбил.
«Мы в ответе за тех, кого приручили…» Мы в ответе за наших детей. И пускай их изъяны не будут умалять их достоинств, ведь изъяны свойственны даже Маленьким принцам, но мы все же считаем их своим идеалом.
Одним из самых известных изречений знаменитых древнегреческих семерых мудрецов было следующее:
«Кто выходит из дома, спроси: зачем?»
Современные дети все время пытаются сделать эти шаги. Почему? Почему убегают они от действительности? Их ли это вина или наша?
Ну а «кто возвращается, спроси: с чем?» – гласит окончание изречения.
С чем ребенок, как правило, возвращается в дом, с каким жизненным опытом и почему – чтоб не гаснул домашний очаг или от безысходности?
Чтоб не гаснул домашний очаг, «мы должны быть в ответе за тех, кого приручили».
Почему ж нам так трудно быть в ответе…
Мы не умеем останавливать мгновения, даже путаясь в их паутине. Мы торопим их смену. Мы в вечном цейтноте, боясь, как Шахерезада, остановиться, рассказывая свои сказки из «Тысячи и одной ночи», или же останавливаясь на самом интересном, чтоб был повод дожить до завтра. Собственно, из-за этого Завтра мы не замечаем ребенка Сегодня. У нас просто нет времени заглянуть ему в глаза и налюбоваться им нынешним.