Чтение онлайн

Как этот секретный каталог мог попасть в руки иностранцев? Теоретически Израиль мог получить его через агента или какого-то другого источника в стране НАТО, куда он попал из Соединенных Штатов. С другой стороны, израильское посольство имело огромное число друзей — не обязательно платных агентов, — в Пентагоне. Контрразведка США, анализируя дело Полларда, из факта очевидности доступа к сверхсекретному каталогу, пришла к выводу, что у Израиля есть еще по крайней мере один шпион в верхах американской разведки, причем с еще более значительными возможностями. Но разоблачить этого шпиона так и не смогли доселе.

А Поллард, используя свой «курьерский пропуск» — самый ценный «читательский билет» в районе Вашингтона, — смог получать секретные документы из нескольких архивов в столице, включая РУМО, его собственную Службу расследований ВМС и даже Национального агентства безопасности, при всей жесткости его режима. Так были получены многочисленные копии аналитических документов ЦРУ, сведения о переговорах между американскими объектами в этом регионе, подробности о поставках советского вооружения в Сирию и другие страны, составленные по донесениям американских секретных агентов и съемкам со спутников-шпионов. Это позволяло, в частности, детально отслеживать передвижение кораблей в Средиземноморье. Среди полученных материалов было также досье об усилиях Пакистана по созданию ядерного оружия — «исламской бомбы». Были тут и подробности о химических арсеналах Ирака и Сирии, двух непримиримых врагов Израиля. Получать информацию по этой тематике из указанных стран было исключительно трудно.

Ценной информацией, которая легла в основу конкретной операции, явились аэрофотоснимки штаб-квартиры ООП в Тунисе. Для той же операции пригодились материалы о системе противовоздушной обороны североафриканских государств на пути в Тунис, включая силы Каддафи. 1 октября 1985 г. израильские ВВС провели самый дальний в своей истории бомбовый рейд на комплекс ООП в Тунисе. Большая часть основной базы террористов Ясира Арафата была разрушена, и Поллард испытывал огромное удовлетворение от того, что он помог это сделать.

В Вашингтоне, на основной своей работе, Поллард трудился с предельным напряжением сил: занимался компьютерной обработкой и анализом разведывательной информации по линии ВМС и одновременно не менее усердно добывал документы для израильской разведки. Чрезвычайно напряженный режим провоцировал ошибки; немалую роль сыграла беспечность и недооценка окружения — возможно, самые опасные враги агентуры. Профессиональная подготовка его была совсем никудышней — по сути, он ее не получил. Но еще больший дилетантизм проявили его хозяева; складывалось впечатление, что служба Эйтана стремилась схватить побольше и побыстрее, и совсем не думала о будущем. Как оказалось — и о своем собственном будущем тоже. Но об этом несколько позже.

Впрочем, необъяснимого хватало и с «другой» стороны. Почему американские спецслужбы «прозевали» Полларда, хотя и отмечали «странности» в его поведении, просто поразительно. Начиная со школьных лет, в характеристиках отмечались его непомерная хвастливость и откровенная лживость; по всем признакам, он был ненадежным человеком. В 1977 году Поллард хотел поступить в ЦРУ, но его кандидатура была отклонена. Когда Служба расследований Пентагона занималась его рутинной проверкой, были проведены беседы с его отцом и однокашниками-студентами, — но негативная оценка Полларда, вынесенная ЦРУ, не оказалась в досье. Более того, тревожные признаки проявлялись и на его работе в ВМС. В 1981 году его даже лишили допуска к секретам, но он обжаловал это решение — и оно было отменено.

И все же такое просто не могло продолжаться долго. Его непосредственный начальник, капитан второго ранга Джерри Эйджи начал сомневаться в надежности Полларда после того, как дважды уличил его во лжи по каким-то пустяковым поводам. Эйджи стал наблюдать и вскоре обратил внимание, что на столе Полларда скапливалось огромное количество совершенно секретных документов, не имевших отношения к его работе. 25 октября 1985 года, в пятницу, один из его сослуживцев сообщил, что Поллард ушел с работы с большим пакетом распечаток из компьютерного центра. Удалось установить, что он только что получил материалы телеграфной переписки по Ближнему Востоку. Эйджи повторил проверку и заметил, что Поллард снова собирал (к пятнице) дополнительные совершенно секретные материалы. Контрразведка ВМС установила скрытые телевизионные камеры около рабочего места Полларда; в первый же день стало очевидно, что он «создавал личную библиотеку» разведывательных материалов. Так и получилось, что только 18 ноября 1985 года он был задержан. Контрразведка ВМС допрашивала Полларда в течение трех дней, но ему разрешалось поддерживать связь с внешним миром. Джей позвонил жене и передал условный сигнал немедленно убрать из дома все секретные документы.

Энн поступила еще более непрофессионально: попросила соседку, Кристину Эсфандери, дочь кадрового офицера ВМС, взять чемодан с документами и отвезти ей в отель «Фор сизонс». Кристина на следующее утро позвонила в контрразведку и сказала: «У меня есть кое-какая секретная информация, которая может быть вам полезна». Но неразбериха продолжалась; после первых допросов Полларда взяли и отпустили; естественно, Джонатан тут же связался с Ягуром и потребовал срочной эвакуации. Тут и оказалось, что у «Лакам» нет никакого плана бегства Полларда. Агента просто бросили. Селла и Ягур через Нью-Йорк вылетели в Израиль; Ирит Эрб и ее босс, заместитель атташе от «Лакама» Илан Равид, вылетели в Израиль из Вашингтона.

Но сведения о шпионской деятельности Полларда уже вышли из контрразведки ВМФ и были подхвачены ФБР. Бюро установило наблюдение и за супругами Поллард, и за представительствами Израиля в США: было выдвинуто предположение, что именно там они попытаются найти убежище. И действительно, 20 ноября 1985 года Поллард позвонил руководителю службы безопасности посольства, который предложил американцу приехать в посольство, если он сумеет оторваться от слежки. Разговор был перехвачен. 21 ноября 1985 года агенты ФБР ожидали Полларда на внешней парковке у посольства. Его арестовали и предали суду.

Можно определенно утверждать, что переезд Бюро в новую штаб-квартиру ознаменовал и новую эпоху в его деятельности. Стало гораздо строже соблюдение законности. С сегодняшней точки зрения, именно в тот период, обычно связываемый с работой сенатских комиссий (прежде всего комиссии Ф. Черча), общественных организаций и массированной атакой прессы, был допущен перекос в сторону «охраны свобод граждан». Так было в основном в короткий период директорства У.Д. Ракл-шейза, и долгий — Кларенса Келли, то есть почти все семидесятые годы. В то время работа джи-менов стала обставляться многочисленными ограничениями и осуществляться строго по инструкциям и предписаниям. По многим несущественным вопросам происходила переписка и согласования между штаб-квартирой и полевыми офисами, в результате чего некоторые оперативные действия становились малоэффективными. «За-организованность» Бюро наблюдалась и в последующие десятилетия — косвенно об этом можно судить, например, по ряду «полицейских» фильмов восьмидесятых-девяностых годов. Главный акцент под руководством К. Келли делался на «повышение качества расследований». В это понятие входили и многочисленные инструкции и предписания, поскольку формально в них обобщался опыт лучших специальных агентов и лучших операций. В него входило и совершенствование организационной базы — вто время была проведена компьютеризация, разработаны и внедрены программы, которые намного ускорили работу по идентификации подозреваемых, по обработке дактилограмм, опознанию угнанных автомобилей, похищенных ценностей и так далее. Успешно развивалась и лабораторно-криминалистическая база. В числе достижений также применение лазерной техники. Начали действовать специальные подразделения — например, Команды спасения заложников (HRT). Сначала они были созданы при нескольких крупнейших отделениях, а полностью вошли в строй к 1983 году. Команды HRT действуют в ситуациях с заложниками по всей стране и обучены как проведению переговоров, так и силовым действиям по спасению заложников, если переговоры терпят неудачу, и показали свою эффективность.

Больше стали уделять внимания «обычной» преступности. По данным штаб-квартиры ФБР, на долю уголовных дел стало приходиться уже более 40 процентов. Остальные 60 процентов составляли «политические, а так же военные расследования». Вот небольшая выдержка из хроники ФБР того периода:

Февраль 23, 1978. Уильям X. Вебстер принял присягу директора ФБР. Директор Вебстер продолжил акцент директора Келли на повышение «качества» расследований.

Апрель 3, 1978. Подразделение Лаборатории ФБР освоило лазерную технологию для обнаружения малозаметных отпечатков пальцев на месте преступления. Дата отмечает первое успешное использование лазеров для обнаружения скрытых отпечатков на вещественных доказательствах, собранных на месте преступления.

Июнь 7, 1978. Федеральное большое жюри в Майами предъявило обвинение 22 должностным лицам профсоюза грузчиков и транспортных рабочих за незаконное присвоение вознаграждений, растраты и другие незаконные действия, выявленные в ходе тайного расследования. В целом были осуждены более 110 человек, включая Энтони М. Скотто, многолетнего профсоюзного руководителя и видную фигуру организованной преступности.

Январь 5, 1981. Министр юстиции утвердил «Руководящие принципы» относительно действий тайных агентов ФБР, вовлеченных в расследование взяточничества должностных лиц. Это дало возможность судебного преследования на основании данных секретных операций.