Чтение онлайн

– Всё просто, Егор: нас убивают! – влез Лягушонок. – Вырезают целые семьи, роды! До племён дело ещё не дошло, но и так уже уничтожено слишком много. Люди приходят и вырезают всех без разбора: стариков, детей, женщин. А мы не можем им ничего сделать. Племена уходят вглубь края, но люди не прекращают нас преследовать и убивать. Гоблины заходят всё дальше и дальше, и скоро им некуда будет уходить, так как потом будет большая вода и горы.

– Стоп! А вот отсюда поподробнее! Большая вода – насколько большая?

– Большая вода огромна, даже если плыть два дня, её не пересечь!

Я задумался: море или океан? Ни то, ни другое я в этом мире ещё не видел. Что это даёт гоблинам? Мореходство, кораблестроение, рыболовство. Мореходство – вопрос спорный, так как нет кораблей. Кораблестроение – тоже вопрос сложный, так как нет мастеров. А вот рыболовство… Сейчас ведь гоблины фактически питаются рыбой.

Горы. С ними не совсем понятно. Если есть полезные ископаемые, хорошо, но опять же – нет специалистов. Чем я могу помочь? Да почти ничем. Ещё эти духи… Кто это и что? И вообще, рассматривать ли под этими духами что-то конкретное или нет? Может, это всё выдумки?

Мои размышления прервал Лягушонок:

– Каков твой ответ, РР’а?

– Скажите, на что вы готовы, чтоб выжить? И не просто выжить, но и победить?

– Духи сказали, чтобы мы слушались твоих советов! – ответил Лягушонок.

– Да!

– Да!

– Духи не ошибаются!

– Ты немало сделал для нашего народа! Духи благоволят к тебе!

– К чёрту духов! Представьте, что их нет и никогда не было. И сейчас вам решать, на что вы готовы для победы! Какие принципы и законы предков вы готовы растоптать, чтобы ваши потомки жили? Чтобы у вас были потомки.

– Мы не понимаем тебя, РР’а! – поднялся с камня пожилой шаман.

– Духи говорят только с вами или со всеми гоблинами?

– Если гоблин не шаман, духи не говорят с ним.

– Представьте, что вы не шаманы. Вы, скажем, рыбаки, и духи никогда с вами не говорили, и вы даже не знаете об их существовании. Представили?

– Ох и трудные же испытания ты нам предлагаешь, но мы попробуем, – ответил за всех пожилой шаман.

– Пробуйте, думайте. Я подожду.

Пока шаманы совещались, я ходил по гроту и таращился на светящиеся приятным зеленоватым цветом шарики, висевшие на сталактитах. Мне казалось, они живые, но как такое возможно? И ещё меня занимал грот. Не знаю, как это описать, но, по мне, он был очень уютным, что ли, и красивым. Как-то так. Стены шершавые и тёплые, пол ровный, с красноватыми прожилками, мерно мерцающими от зеленоватого цвета шаров, и ни одного острого камня. Дойдя до озера, с удивлением обнаружил, что оно абсолютно прозрачное и глубиной примерно метра два. В нём плавали рыбы.

– РР’а! Мы готовы ответить на твои вопросы! – подошёл ко мне Лягушонок.

– Хорошо. Скажи, а что это за место? – Меня распирало любопытство.

– Понимаешь, Е’рГор! – Ого, а Лягушонок нервничает. Почему-то всегда, когда это происходит, он не может правильно выговорить моё имя и всегда его коверкает на гоблинский лад. – Это место – наш дом!

К Лягушонку присоединился пожилой шаман, который, видимо, увидел на моём лице недоумение и решил продолжить:

– В этом месте впервые появились на свет наши предки. Здесь они росли, учились и произвели своё первое потомство. До нас дошли лишь сказания, что однажды мы увидим того, кто произвёл нас на свет.

– Вы сказали – произвёл? Не произвела? То есть вы уверены, что он – мужчина. Но ведь производят на свет только женщины.

– Ты мудр, РР’а, но ведь если ты вырастишь семя, то, значит, и ты произвёл на свет пшено, не так ли?!

– Но…

– Не торопись, РР’а, я ещё не всё сказал. Сквозь время предки донесли до нас знание, что он вернётся. И что мы были произведены на свет им. Это всё, что мы знаем. Сам он уже давно не выходил к своим детям и не давал наставления. Знаем лишь, что мы не единственные дети, а он – не единственный родитель.

Я впал в прострацию. Вот так новость! Кто произвёл их на свет? Бог? Демиург? Инопланетяне? Для чего? Зачем? Вопросы в голове стали возникать моментально. Это что же получается: их создали в этом мире, но как? И в этом ли мире? Возможно, их сюда принесли или привели, как несмышлёных детей в ясли.

Вот с такими мыслями я вернулся к сцене. Шаманы стояли плотной толпой и смотрели на меня. И только я хотел задать вопрос, как ко мне обратился Лягушонок:

– Мы обдумали твои слова, РР’а! Мы поняли, что ты хотел нам сказать, и знаем, что нельзя всегда надеяться на духов. Обдумав всё, мы пришли к выводу, что готовы на многое для того, чтобы народ гоблинов существовал дальше. И не просто существовал, но и процветал.

– Будет трудно. Очень. Многим это не понравится, но другого выхода я не вижу. В первую очередь придётся очень тяжело вашим женщинам.

– Мы примем любое твоё решение.

– Тогда, пожалуй, начнём!

И завертелось. Устанавливались новые законы, которые сначала приходилось объяснять шаманам, чтобы те донесли их остальным. Всех взрослых гоблинов отправили на постройку «линии Маннергейма». Конечно, не было бетонных блоков, дотов и колючей проволоки, но было много рек, заболоченных мест и оврагов. И это всё укреплялось или создавалось. Там, где был пологий спуск к воде, делалась насыпь, укреплённая со стороны гоблинов частоколом. В некоторых местах возводились башни, на которых впоследствии будут установлены метательные машины. Копали отводы рек, чтобы заболачивать места. Всё делалось, чтоб осложнить продвижение людей.

Было ещё одно распоряжение, касающееся женщин. В силу того, что гоблины были слабее людей и малочисленнее, каждой гоблинше, достигшей детородного возраста, вменялось родить ребёнка, чтобы хоть немного увеличить численность. Можно, конечно, смеяться над таким решением и обсуждать его, но иного выхода я не видел. Так как в первых столкновениях при организованном вторжении большинство мужчин погибнет, то пусть хотя бы оставят после себя потомство.

Но это было не самое худшее из указаний. Я решил, что гоблинам не помешает разбавить кровь. Шаманы долго возмущались, не желая идти на такой шаг. Пришлось напомнить, что они обещали исполнять все мои указания. А указание было таким: оплодотворять человеческих женщин, чтобы те рожали детей. Потом, если они не смирятся со своей участью, убить их, или, если смирятся, делать второй женой. При захвате детей действовать в зависимости от возраста: маленьких воспитывать как своих, а если дети уже достаточно взрослые – в рабы их и отправлять на работу по возведению укреплений.

Последним указанием я хотел добиться увеличения силы и роста гоблинов путём смешивания крови. Человеческие дети подрастут и станут такими же членами семей, а впоследствии наделают детей-полукровок.

Возможно, вы видите другой выход, но я его не видел. Да, жестоко. Да, немилосердно. Но это для выживания расы. На что пошло бы человечество для выживания? Думаю, на многое. А эти указания вводились только на время этой войны. Надеюсь, только ЭТОЙ войны.

Изменения коснулись и уклада жизни, помимо того, что мужчинам разрешалось брать вторую и третью жену, так ещё осиротевших детей должны были воспитывать всем родом. Не стало более охотников. Точнее, охотники как таковые остались, но теперь это слово обозначало исключительно охоту. Появились регулярные войска и воины. Появилось стандартное вооружение: копьё, метательные топорики, лук, у некоторых меч или секира, щит. Были введены рода войск. Кавалерии не было, но были копейщики, лучники и мечники. Причём копейщики всегда были с луками, но без щитов. Когда я хотел отобрать у них луки, мне доказали ошибочность этого решения. В речном крае копьё или длинный шест – необходимый атрибут. При стрельбе из лука копьё втыкалось в землю, и гоблин в считаные секунды выпускал стрелы, после чего мог уже пользоваться копьём. Чтобы закинуть лук за спину и убрать колчан, уходило времени и того меньше. Но мне всё же удалось гоблинов заставить носить щиты. Правда, они были небольшие, в диаметре сантиметров всего пятьдесят – шестьдесят. В общем, по мне, так странные копейщики, это если не брать в расчёт то, что у каждого был ещё и метательный топорик, а то и два. Мечники же щиты носили, но наотрез отказались бросать луки. В итоге и мечники, и копейщики были с луками и с топориками!

Немного поразмыслив, я решил ввести в обиход маленькие арбалеты для дам. Война идёт на уничтожение расы гоблинов, и любой выстрел не будет лишним. Мужчины сначала роптали, но потом поутихли, а некоторые их взяли и себе.

Были введены в армии устав и правила. Главное гласило: «Смерти достоин тот, кто мог, но не оказал помощь своему боевому товарищу»; второе: «Если в бою побежит один трус, то будет казнён весь его десяток, если побежит десяток, казнят сотню».

Ужесточены и законы. Не только за серьёзные преступления, а за любое маломальское прегрешение виновные наказывались смертью. К таким преступлениям, как убийство, приравнивались: блуд мужчины, неверность жены, кража, грабёж, скупка краденого, троекратное невозвращение долга, насилие слабого. Менее весомые прегрешения карались ссылкой за линию.