Чтение онлайн

— Так зачем ты делаешь вливание? Я не приказывал давать ему Мульчент!

Кугель выпрямился.

— Сэр, я делаю это, подчиняясь велению своего здравого смысла и опыта.

Капитан Баунт, утратив дар речи, уставился на него, всплеснул руками, развернулся и отправился обратно в постель.

Заходящее солнце опустилось за край низких облаков, и наступили ранние сумерки. Воздух был тих; поверхность океана, гладкая, точно плотный атлас, отражала вечернее небо, так что казалось, будто «Таланте» плывет сквозь бездну, охваченную сверхъестественным лиловатый сиянием. Только лиловая зыбь да небольшие волны, расходящиеся в разные стороны от острого носа корабля, обозначали границу между водой и воздухом.

За час до заката на горизонте возникла Лаусикаа — неясная тень, едва виднеющаяся в фиолетовой мгле.

Как только на море опустилась темнота, город Помподурос засиял множеством огней, отражающихся в водах залива и облегчавших капитану Баунту приближение к берегу.

Городская пристань вырисовывалась заслонявшим отражения мрачным пятном, темнее, чем сама темнота. В незнакомых водах, к тому же в темноте, капитан Баунт благоразумно предпочел бросить якорь в бухте, а не пытаться причалить к пристани.

Капитан Баунт позвал с юта:

— Дрофо! Поднять приманки!

— Приманки наверх! — отозвался Дрофо, а затем совершенно другим голосом обратился к Кугелю:

— Кугель! Убрать приманки у всех червей!

Кугель сорвал приманки у двух червей по левому борту, метнулся через палубу, спрыгнул на мостки вдоль правого борта и забрал приманки у червя по правому борту. «Таланте» дрейфовал по темной воде, отзываясь на ленивые движения плавников червей.

Капитан Баунт снова закричал:

— Дрофо, остановите своих червей!

— Остановить червей! — пришел отзыв Дрофо, после чего послышалось:

— Кугель, останови всех червей! Живо!

Кугель успокоил червя с правого борта, но упал в воду и замешкался с левым бортом, вызвав недовольство капитана Баунта.

— Дрофо, поторопитесь! Вы что, заупокойную служите? Боцман, подготовить якорь!

— Остановка идет! — пропел Дрофо. — Пошевеливайся, Кугель!

— Якорь готов, сэр!

— Отдать якорь! — приказал капитан Баунт.

— Якорь в воде, сэр. Дно в шести саженях!

«Таланте» безмятежно стоял на якоре. Кугель немного ослабил ремни, привязывавшие червей, наложил мазь и выдал каждому животному мерку корма.

После ужина капитан Баунт собрал команду и пассажиров на средней палубе. Встав на ступеньку межпалубной лестницы, он сказал несколько слов относительно острова Лаусикаа и города Помподуроса.

— Те из вас, кто уже успел побывать здесь, кстати, сомневаюсь, чтобы таких среди нас было много, поймут, почему я хочу сделать предупреждение. В двух словах: вы обнаружите, что некоторые обычаи этих людей отличаются от наших. Что бы ни произошло, мы должны принять их к сведению и подчиняться им, поскольку народ Лаусикаа определенно не станет менять свои привычки на наши.

Капитан Баунт с улыбкой кивнул присутствующим здесь же госпоже Сольдинк и трем ее дочерям.

— Мои замечания практически полностью относятся к джентльменам, и если я затрону темы, которые могут показаться вам бестактными, оправданием мне послужит лишь крайняя необходимость; поэтому я прошу вас быть снисходительными.

Сольдинк добродушно воскликнул:

— Да хватит уже каяться, Баунт! Говорите! Мы все здесь разумные люди, включая и госпожу Сольдинк!

Капитан Баунт подождал, пока не утихли раскаты смеха.

— Ну хорошо! Посмотрите на причал: вы заметите под фонарем троих. Все они мужчины. Их лица скрыты под капюшонами и покрывалами. Такие предосторожности имеют вескую причину — это крайняя несдержанность местных женщин. У них такой горячий нрав, что мужчины не осмеливаются показывать свои лица из страха вызвать у них неконтролируемые импульсы. Эти вуайеристки доходят даже до того, что тайком подглядывают в окна клуба, где мужчины собираются, чтобы выпить пива, иногда с чуть-чуть приоткрытыми лицами.

При этих словах госпожа Сольдинк и ее дочери нервно рассмеялись.

— Удивительно! — сказала госпожа Сольдинк. — И женщины всех социальных классов ведут себя подобным образом?

— Абсолютно всех!

Мидре спросила недоверчиво:

— И что, мужчины даже предложение женщинам делают с закрытым лицом?

Капитан Баунт немного подумал.

— Насколько я знаю, такая идея никогда никому даже в голову не приходила.

— И как в такой нездоровой атмосфере воспитывать детей? — покачала головой госпожа Сольдинк.

— По всей видимости, дети серьезно не страдают, — ответил капитан Баунт. — До десяти лет мальчиков еще можно увидеть с открытыми лицами, но даже в эти нежные годы они защищены от опасных юных женщин. В возрасте десяти лет они, пользуясь местной идиомой, «накрываются вуалью».

— Как скучно, должно быть, девушкам! — вздохнула Салассер.

— И неудобно! — с жаром поддержала сестру Табазинт. — Представь, что я заметила мужчину, который показался мне молодым и красивым, начала обхаживать и наконец добилась своего. И тогда, стянув с него капюшон, обнаружила под ним торчащие желтые зубы, огромный нос и узкий покатый лоб. И что дальше? Просто встать и уйти? Я бы чувствовала себя полной дурой.

Мидре предложила:

— Ну, ты могла бы сказать этому джентльмену, что всего лишь хотела узнать, как вернуться на корабль.

— Как бы то ни было, — продолжил капитан Баунт, — женщины с Лаусикаа нашли способы, как восстановить равновесие, и вот каким образом.

Мужчины неравнодушны к спралингу, который представляет собой маленьких нежных бидектилов. Ранним утром они плавают по поверхности моря. Поэтому женщины встают в предрассветные часы, заходят в море, ловят там как можно больше спралинга, а потом возвращаются в свои хижины.

Женщины, у которых был хороший улов, разжигают очаги и вывешивают таблички с надписями, примерно в таком духе: «Здесь сегодня отличный спралинг» или «Вкусный спралинг на заказ».

Потом встают мужчины и выходят прогуляться по городу. Когда наконец они нагуливают аппетит, то останавливаются у хижины, где вывеска предлагает закуски по их вкусу. Часто, если спралинг свежий, а общество приятное, они могут остаться и на обед.

Госпожа Сольдинк фыркнула и что-то проворчала своим дочерям, которые лишь пожали плечами и покачали головами.