Чтение онлайн

— Да и тебе не помешало бы кое-что изменить. Вряд ли нынче в моде шляпа в форме суповой плошки и красные ботинки.

— Может, ты и прав, — согласился маг.

Оба решили воспользоваться внешностью Отважных Лаурентинов и оказались в сверкающем снаряжении, отделанном металлическими шипами, с великолепными шлемами. Затем маг и Слуга приблизились к деревушке, имевшей довольно плачевный вид.

Риалто вооружился словарем и громко крикнул:

— Жители деревни! Два Лаурентинских гранда посетили вас. Выходите и окажите нам достойный прием.

Один за другим жители выходили из хижин, зевая и потягиваясь: приземистый народец с длинными руками и коричневой кожей. Селяне явно не придавали значения таким мелочам, как гостеприимство. Зато все они выглядели довольно упитанными. Увидев Риалто и Ошерла, некоторые мужчины издали радостные возгласы и, вооружившись длинными сетями, стали окружать их с явным намерением поймать.

Риалто крикнул:

— Назад! Мы маги! Только подойдите ближе, и на вас обрушится заклинание огромной разрушительной силы. Не стоит рисковать!

Мужчины не обратили внимания на предупреждение и высоко подняли сети. Риалто сделал знак Ошерлу. Сети упали и опутали собой самих ловцов, превратившись постепенно в туго натянутые шарики. Ошерл щелкнул по ним указательным пальцем, и ловцы улетели далеко на север, постепенно скрывшись из виду.

Риалто обвел взглядом жителей деревни и обратился к женщине с плоским лицом:

— Кто является вождем вашей общины?

Женщина указала пальцем на одного из стоявших:

— Дулка — вон он стоит. Он мясник и перевозчик. Нам не нужен вождь — вожди обычно забирают себе слишком большую долю еды.

Толстопузый старик с серыми бакенбардами сделал несколько шагов навстречу магу и заговорил льстивым носовым голосом:

— Разве обязательно быть такими ужасными? Ну да, мы антропофаги. Да, мы несколько своеобразно используем незнакомцев. Но разве это повод для злости? Мир таков, каков он есть, и каждый из нас должен стремиться приносить пользу ближним, хотя бы и став для них обедом или ужином.

— Наши интересы лежат в другой сфере. Если я увижу еще хоть одну сеть, ты первым отправишься на небо, — ответил Риалто.

— О, само собой! Ведь теперь мы знаем о ваших преимуществах. Что вам угодно? Может быть, вы голодны?

— Мы удивлены состоянием Луид Шага, который сейчас должен пробудиться ото сна для начала Золотой Эры. Вместо города мы обнаружили лишь руины, песок и вашу деревню поблизости. Что произошло со Священным городом?

Дулка довольно быстро пришел в себя и с радостной улыбкой посмотрел на Риалто. Затем, словно повинуясь давней привычке, он сложил ладони вместе, и принялся описывать вращательные движения большими пальцами. Проворство, с которым толстяку удавалось это занятие, показалось Риалто любопытным, даже удивительным. Отвечая на вопрос мага, Дулка заговорил монотонным носовым голосом:

— Тайна, окружающая руины города, скорее выдумка, нежели реальность, — пока мясник говорил, пальцы его продолжали двигаться. — Столетия проходили одно за другим, а боги все стояли на страже, днем и ночью. В конце концов они стали жертвами дождей и ветра, превратившись в пыль, и могущество их иссякло, — пальцы мясника стали двигаться в обратном направлении. — Земля лежала опустошенной, и руины города никто не посещал. «Избранные» спали долгим сном в алебастровых коконах. Юноши и девушки, лучшие из лучших, спали на шелковых кроватях, не тревожась ни о чем!

Пальцы Дулки начали выписывать странные фигуры. Риалто внезапно почувствовал приятную усталость, но приписал ее своему тяжелому дню.

— Мой дорогой друг! Я вижу, вы устали. Это я совсем заболтал вас всякой ерундой.

Откуда-то вынесли три плетеных из ивовых прутьев кресла, спинки которых украшали изображения искаженных человеческих лиц.

— Присаживайтесь. Отдохните, — вкрадчивым голосом бормотал мясник.

Дулка сам тяжело рухнул в одно из кресел, заскрипевшее под его солидным весом. Риалто присел, чтобы дать отдых уставшим ногам. Почувствовав неладное, он повернулся к Ошерлу и заговорил с ним на языке Двадцать Первого Эона:

— Что этот старый прохиндей делает со мной — я едва могу пошевелиться?

Ошерл, не раздумывая, ответил:

— Он призвал четырех Слуг низшего порядка — мы называем их мэдлингами. Сейчас они плетут сеть усталости вокруг тебя и неплохо справляются. Дулка уже отдал указания относительно пира.

Риалто с негодованием спросил:

— А почему ты не потрудился помешать им? Где обещанная лояльность?

Ошерл попытался скрыть свою неловкость за приступом кашля.

Маг строго приказал ему:

— Заставь мэдлингов вытянуть нос Дулки на два фута вперед и поместить на кончике большущую язву, а заодно по болезненному карбункулу на каждую ягодицу.

— Как прикажешь.

К великому удовлетворению Риалто, Ошерл отлично выполнил свою работу.

— А теперь — и даже не пытайся возражать — прикажи мэдлингам никогда больше не причинять мне вреда, — сказал маг.

— Ты абсолютно прав — надо застраховаться от штучек этого мясника, — ответил Ошерл.

— А потом ты освободишь мэдлингов и позволишь им идти на все четыре стороны, наказав не служить Дулке.

— Какое благородство! Могу ли я отнести подобные инструкции на свой счет? — с долей иронии спросил Слуга.

— Ошерл, не зли меня. Надо еще кое-что узнать у Дулки.

Риалто повернулся к возбужденному мяснику и заговорил с ним на языке деревни:

— Ты получил урок честности. Поскольку ты еще жив, то можешь убедиться в моем безграничном милосердии. А теперь — продолжим беседу?

Дулка угрюмо ответил:

— И почему ты такой раздражительный? Я вовсе не намеревался причинить вам вред. Ну что я еще могу сказать?

— Вы ведь исследовали развалины города?

— Нас не интересуют кучи камней. Мы лишь использовали алебастровые яйца по-своему…

— Понятно. Сколько именно яиц вы разбили?

— Ну, за долгие годы их набралось пять тысяч, шесть сотен и сорок одно. Осталось мало.

— Мало? Если ты не обсчитался, то всего один «Избранный» остался ожидать Золотой эры. Вы съели всех остальных! — воскликнул Риалто.

Дулка мгновенно забыл о своем носе и ягодицах.

— Остался только один? Это ужасная новость! Наши пиры подходят к концу!