Умиротворение
Шрифт:
— Они не знают.
— Они не тупые.
— Я это знаю.
— Ладно, они не знают, что мы трахаемся, но они знают, что мы что-то значим друг для друга.
Тут он был прав, это они знали, а я знала, и когда Джо бросил меня во второй раз, они были на моей стороне и переживали.
Тем не менее, я пристально посмотрела на него и спросила:
— Ты так думаешь?
Он ухмыльнулся.
— Детка, даю разгадку, весь квартал знает.
— Это потому, что у Тины слишком длинный язык.
— Это потому, что я бесплатно установил тебе сигнализацию, починил дверь в гараже, и твои дочери приходили ко мне каждый день поговорить. Я тут живу черт знает сколько времени, соседка, всю свою жизнь и никому никогда подобного дерьма не делал, и никто не приходил ко мне поговорить, особенно две девочки-подростка.
Я уставилась на него, а потом спросила:
— Они приходили к тебе каждый день?
— Да, прямо перед тем, как я порвал с тобой во второй раз.
Я не знала, что Кейт и Кира приходили к нему.
Но мне это нравилось.
— О, — прошептала я.
— Итак, они приезжают домой, я выведу Дэйна, ты посадишь их за стол и скажешь, что я уже живу здесь. Спросишь, есть ли у них вопросы, ответишь на их вопросы. И все.
Он думал, что это так просто?
Очевидно, он не жил с Кирой.
Однако, судя по всему (включая мой собственный опыт общения с ней), Бонни была гораздо более неприятной.
— А что, если им это не понравится? — Спросила я.
— Тогда решим.
— И как? — Спросила я.
Его рука легла мне на задницу.
— Ты не хочешь сначала выяснить их мнение на этот счет прежде, прежде чем начать волноваться? — предположил он.
Это прозвучало как хороший совет — простой, логичный, но совершенно невыполнимый.
Если Джо думает, что это его простой и логичный совет сработает, то его ждут два месяца, пока делается ремонт в его доме, разочарований с тремя женщинами.
Я не стала делиться с ним своими мыслями, а поскольку он большую часть времени был не в городе, возможно, и не заметит этого.
Я положила голову ему на плечо и сказала:
— Ладно.
Кончики его пальцев вернулись выписывать узоры на моем теле, мы оба замолчали, я, потому что думала о миллионе разных вещей, а Джо, потому что он был Джо.
Внезапно он сказал:
— Не соглашайся за ту должность.
Я снова подняла голову и посмотрела на него.
— Какую?
— Менеджером в центре для садоводов, не соглашайся.
За ужином я рассказала ему о предложении Бобби. Понятно, он обдумал его.
Я приподнялась на локте и посмотрела на него сверху вниз.
— Почему?
— Деньги те же, что ты имеешь сейчас, только больше головной боли, без которой ты сейчас прекрасно живешь. Ты будешь заниматься тем, что тебе не очень нравится, работать столько же и зарплата будет такой же. Если ты хочешь продвинуться в карьере, то попросите ее сделать так, чтобы твои затраты сил и времени окупались. Тебе нравится то, чем ты занимаешься, так занимайся этим, к черту повышение.
Вот оно снова, простой, логичный и на этот раз вполне выполнимый совет.
Я улыбнулась ему.
— Ты совершенно прав.
Джо ничего не ответил. Подняв другую руку, скользнув сбоку по моим волосам, притянув мою голову к себе для мимолетного поцелуя, затем он прижался ко мне, пока я не опустила руку, прижавшись щекой к его плечу. Затем он протянул руку и выключил свет.
Но раньше я заметила нашу с Тимом фотографию на прикроватном столике.
Я втянула воздух через нос; пальцы Джо вернулись к моей голове, скользнув по волосам, убирая их назад. Он повторил поцелуй, затем его пальцы скользнули мне за ухо, вниз по подбородку, а затем его рука исчезла.
Я громко выдохнула.
— Спокойной ночи, малыш, — прошептала я ему в плечо.
Его ответ снова был бессловесным. Он сжал мою задницу, а затем вернулся к своим выписываемым узорам у меня на коже.
Это было приятно, и удивительно расслабляюще. Настолько сильно расслабляюще, что я даже не заметила, что в моей голове перестал крутиться миллион разных мыслей.
Вместо дум я тут же погрузилась в сон.
* * *
Кэл проснулся от того, что Вай сильно вздрогнула.
Его глаза открылись, когда он почувствовал, что она стала каменной в его объятиях.
Он ждал, прислушиваясь к ее тяжелому дыханию, и уже собирался ее окликнуть, но она выскользнула из его рук, перекатившись по кровати.
Он видел, как движется ее тень, обходя кровать, лег на спину, когда она подошла к комоду. Она открывала и закрывала ящики, стараясь не шуметь, думая, что он спит.
Она закрыла ящик, и он снова увидел ее тень, на этот раз она натягивала через голову одну из его футболок.
Может ему все же стоит сходить в торговый центр вместе с ней и девочками, когда они отправятся туда за покупками для школы. Судя по всему, у него скоро закончатся все футболки.
Эта мысль заставила его улыбнуться.
Она подошла с его стороны к кровати, он снова хотел окликнуть ее, но она протянула руку к ночному столику. Затем он увидел, как она вышла из комнаты в кабинет, скрывшись в дверном проходе.
Она что-то взяла с собой.
Фотографию — свою с мужем.
Кэл закрыл глаза, потом снова их открыл, когда услышал, что она вернулась в комнату. Он опять увидел, как она в темноте подошла к комоду, остановилась у него, подняв перед собой руку. Он не мог видеть, что она делает, но какое-то время она стояла совершенно неподвижно.
Она постояла, потом зашевелилась, потянувшись к комоду, и он услышал, как она с тихим звоном что-то положила туда.
Мать твою.
Ее обручальные кольца.
Он заметил, что она всегда носила их. Он впервые увидел их, когда трахал в свою гостиной, когда на ней были одеты те нелепые ботинки и сексуальная ночная рубашка. Через несколько недель, он решил, что Сэм — ее муж, находящейся постоянно в разъездах, судя по тому, как они радовались ему, а он ей, когда он приехал к ним в гости. После их первой встречи он не слишком много думал о ее кольцах, но он их заметил, и ему не нравилось, что она их по-прежнему носит. Совсем не понравилось. И хотя его можно назвать мудаком, но ему не нравилось, но он ничего не говорил.