Чтение онлайн

Лука медленно открыл дверь и вышел из автомобиля, понимая, что если он рискнет вытащить пистолет из-под сиденья, куда сам же его и пристроил, то его пристрелят на раз.

— Саманта! Глория! — заорал мужчина и повернул голову к своему коттеджу. — Где вас черти но…

Лука присел, спрятавшись за дверью, судорожно нашарил пистолет и выстрелил, пользуясь тем, что мужик отвлекся на женщин. Тот выстрелил в ответ, но пуля ушла в небо. Мужик упал на дорогу, раскинув руки. Из дома выскочили две женщины, красивые как куклы, с такими же кукольными лицами и фигурами Барби, одна белая, скорее всего, скандинавка, вторая — черная как шоколад.

— Ты, — Лука ткнул пистолетом в блондинку, — принеси мне его оружие. А ты — оттащи его с дороги. Быстро.

Куклы молча выполнили приказ и стали под забором, с ужасом глядя на Луку.

— Бассейн в доме есть? — спросил Лука у девушек. Они испуганно закивали в ответ, не понимая, зачем он это спрашивает. — Заберитесь в воду по шею и постарайтесь пересидеть там самое фиговое, когда пламя доберется до вашего дома, — посоветовал Лука, садясь в машину. Девушки также, не проронив ни слова, пошли внутрь участка. — Эй! Где тут у вас Театральная улица или Фестивальная? — крикнул он им в спину.

— Через одну улицу туда, потом налево, — блондинка обернулась и показала направление рукой.

Лука поехал дальше. Дым сгущался. Иногда по улице бежали люди — их панически перекошенные лица не оставляли сомнений в том, что тут происходит нечто экстраординарное по накалу. Лука демонстративно держал в левой руке ружье убитого — так, чтобы ствол выглядывал наружу. Патронов в нем не было, но встречные этого не знали. В конце концов, он свернул на нужную улицу и медленно поехал по ней, высматривая номера домов. Двадцатый ему не встретился, на многих домах вообще не было номеров, а те, что были, не укладывались ни в какую систему.

«Если это одна из нужных мне улиц, то вторая должна быть параллельно ей. Надо просто кружить по ним и искать дом», — решил Лука.

Доехав до конца улицы, Лука свернул направо. Справа от него пространство уходило в смог, а слева — в высокий забор, из-за которого валил серо-черный дым. После следующего поворота направо Лука остановился — дорогу совсем не было видно из-за дыма. Продолжать езду было бессмысленно. Он прикрыл глаза. Что дальше?!

Совершенно неожиданно кто-то плюхнулся рядом с ним на сиденье и скомандовал:

— Сдавай назад!

Лука подчинился беспрекословно. Сдал назад. Развернулся. И поехал туда, куда указала ему рука, высунувшаяся из-под грязной ткани. Только вырвавшись из дыма, он понял, почему подчинялся голосу без вопросов. Лука увидел душу — облезлая, всклокоченная, испуганная белка плакала внутри человека.

— Анетта, — улыбнулся он и сорвал с себя платок.

Он не смотрел на девушку — дорога петляла, попадались ямы, но он знал, что это Анетта.

Лука выехал к реке и на покрытом мелкой травой откосе у воды заглушил двигатель. Повернулся к ней и снял очки.

— Как же долго я тебя искал!

Грязная ткань раздвинулась на голове, и он увидел выглядывающий оттуда медового цвета глаз.

— А я долго тебя ждала. И ты все не ехал и не ехал. Я ждала так долго, что думала — уже все, пропал мой цыган. Тогда я согласилась на свадьбу. Но лечь в постель с ним не смогла. И не только потому, что соврала ему, что девственница. Ты же его видел? Ну, Слона?

— Видел. В клубе «Африка» прошлым вечером.

— Почему ты его не убил? Почему? Это пришлось сделать мне. Понимаешь? — голос Анетты сорвался в высокие истеричные ноты и она разрыдалась.

— Я убил человека меньше получаса назад, чтоб не отдавать ему машину, — невпопад сказал Лука.

— Я по машине тебя и нашла. Увидела с балкона и побежала за тобой. За машиной. Она одна такая. Ее Игорь сделал.

— Да… А почему ты прячешься в этой тряпке?

Антуанетта повернулась к Луке и приоткрыла тряпку, в которую была замотана. Ее лицо было черным, словно в копоти, только белки глаз сверкали под покрывалом. Она скинула с головы ткань, и Лука увидел, что шикарная копна ее волос напоминает сожженную и запекшуюся в одну массу мочалку.

— Анетта, милая… — теперь всхлипнул Лука и судорожно вздохнул. Анетта сжалась в клубок и опять накинула на себя покрывало. — Где болит? — серьезно спросил Лука.

— Ухо правое и немножко ладошки, — показала ладони Анетта.

— Ополоснись в воде, если не замерзнешь. У меня здесь полная аптечка и чемодан с вещами Эммы.

Лука потянул за ткань и понял, что это — насквозь мокрое, закопченное одеяло. Анетта выскользнула из одеяла и побежала в реку. Лука улыбнулся, видя, что там, где одеяло прикрывало кожу, черноты нет, а значит, это просто копоть.

— Волосы не зубы, отрастут! — вспомнил Лука пословицу бабки-цыганки, когда та его стригла, а Лука надувал губы — его локоны нравились девчонкам, и остричь их для Луки было трагедией. — Надо же, второй раз за сутки буду стричь женщину почти налысо.

«Но Анетту, в отличие от Ольги, я люблю», сказал он сам себе, и сердце его сжалось от нежности.

Они выезжали с откоса вдоль реки. Дорога была ужасная, если это вообще можно было назвать дорогой — кочка на кочке, а кое-где приходилось и вовсе переться по низкой грязно-зеленой траве. Кадиллак не был для этого предназначен, двигатель возмущенно ревел, подвески скрипели, и им приходилось иногда останавливаться, а этого делать было нельзя.

От коттеджного поселка к реке бежали люди. Анетта занервничала и заглянула в бардачок. Туда, пока девушка купалась, он пристроил пистолет. Анетта сощурилась и посмотрела на Луку:

— Откуда у тебя пистолет?

— Не спрашивай. — Лука чертыхнулся и вдавил педаль газа в пол. — Нас, похоже будут сейчас атаковать. Там, на заднем сиденье, есть ружье. Патронов в нем нет, но если ты с ужасной миной начнешь целиться в ту толпу, что ломится нам наперерез, то может быть, они испугаются…

— Что значит — не спрашивай? — извернулась змеей девушка и дотянулась до ружья. — Я как-никак за тебя замуж собралась, а ты от меня что-то скрываешь? А ну выкладывай все!

Анетта прицелилась в двух бегущих впереди толпы мужчин.

— Могу и рассказать, пока ружье не заряжено, и ты меня не не сможешь пристрелить. Погоди… — до Луки только сейчас дошел смысл тирады Анетты, — ты сказала, что хочешь за меня замуж? Эмма говорила, что вы гадали. Ты уверена, что в гадании был я?

— Если ты на мне не женишься, не сомневайся — я найду для тебя патроны. Газуй, мы не проскочим! — завизжала Анетта, видя в десятке шагов от себя перекошенное от злости лицо мужика.