Чтение онлайн

Мне тяжело даются гастрольные туры, но переживаний добавила Танэки, точнее – ее очередное внезапное исчезновение. И ведь она обещала связаться со мной, но выполнять обещание, кажется, не торопилась. Я был жутко занят, но по мере возможности всегда проверял телефон на наличие хоть какой-то весточки от подруги, но ее все не было и не было. Зато были тысячи и тысячи сообщений от фанатов, отметки на меня на фото и видео с концерта и просто тонны разного рода комментариев. У меня телефон даже не всегда вывозил этот поток фанатского обожания.

Больше месяца я толком не понимал, где нахожусь, но зато отлично представлял, что ждет меня завтра. Единственное, что меня утешало, так это мысль о том, что концертный тур не бесконечный, рано или поздно настанет тот день, когда я вернусь домой. И все же это свершилось, гастроли подошли к концу.

Руководство даже любезно позволило мне отдохнуть целые сутки, прямо-таки невиданная щедрость. Прямо зло берет, честное слово. Я вернулся в Сеул и сразу поехал к себе домой. Возле двери еще бумажка какая-то валяется, заколебали мусорить! Естественно, эти сутки я спал как убитый, просыпался два раза только лишь для того, чтобы сходить в туалет и закинуть в себя что-нибудь съедобное. Только после таких приключений осознаешь, какое это счастье – спать в тишине, в собственной постели, а не в вечной тряске под шум мотора и трандеж попутчиков.

На следующее утро было запланировано интервью по итогам концертного тура и съемка в рекламе косметики. Я все еще плохо соображал, что от меня требуется, но, кажется, справлялся. Сутки сна мне почти не помогли, я не чувствовал себя отдохнувшим.

В перерыве мне позвонил Кан Ин Хо и попросил зайти к нему для утверждения графика работы на следующий месяц. Утверждение – громко сказано, как будто там кого-то интересует мое мнение. Как обычно, поставят перед фактом, где я должен выступать, где сниматься и сколько часов торчать в репетиционном зале. Ничего нового, простые формальности.

Но на этот раз продюсеру удалось меня удивить, от его заявления я проснулся окончательно. Сначала он распинался про очередные местные концерты, благотворительные мероприятия, рекламные контракты и коллаборации. Почти каждый мой день был расписан по минутам, но к такому я уже привык. Повергло в шок меня нечто другое. Между словом Кан Ин Хо произнес:

– Это пока только примерный план, будь готов, что добавятся еще мероприятия или выступления, часть из них еще на стадии согласования. Надеюсь, в этот раз ты мне ничего не сорвешь. Хотя, чего я опасаюсь, девчонку я от тебя уже отвадил. Вижу, тебе это пошло на пользу.

– Что вы только что сказали?

– Повежливее, Тен. Я про эту твою, как ее там, Таико?

– Танэки. Вы что-то знаете?

– А как не знать? Стоило предложить ей денежное вознаграждение, как она продала тебя с потрохами. Хочешь узнать свою цену, дружок?

– Да как вы вообще посмели?!

– Очень просто. Я ведь тебя по-хорошему предупреждал оставить ее. Кстати, можешь не суетиться и не искать ее, она уехала из страны.

– А вам-то откуда знать?

– Я знаю больше, чем ты можешь себе представить. Все, не трать мое и свое время, тебя уже 5 минут как ждут на съемках.

– Ну уж нет, потрудитесь объясниться! Что вы ей наговорили и наобещали?

– Вот щенок! Я же попросил тебя быть повежливее! Да если бы не я, ты так бы и размахивал указкой, получая копейки из государственного бюджета! Думай, что говоришь!

– Я жду объяснений!

– А нечего объяснять! Могу тебе предоставить запись телефонного разговора, могу показать фотографии. Мои помощники засвидетельствовали факт передачи денег этой пигалице. А теперь вон отсюда, у меня и без твоих истерик дел по горло!

Я оказывался верить в происходящее. То есть, этот гад предложил Танэки денег, а она их взяла в обмен на прекращение отношений со мной и куда-то умотала? С одной стороны, это прекрасно объясняет, почему она не вышла на связь со мной, хотя обещала. С другой – это совершенно не похоже на Танэки. Она какая угодно, но только не подлая.

Не понимаю, что происходит. Ей стоило только заикнуться, и я купил бы ей хоть сто билетов куда угодно, даже на Северный, мать его, Полюс! А если это все не более, чем блеф? Кан Ин Хо, конечно, мой продюсер, но он явно не тот человек, которому стоило бы безоговорочно доверять.

Следующие несколько часов я «переваривал» новости и лихорадочно соображал, что же делать. Кан Ин Хо говорил что-то про запись телефонного разговора и снимки. Что ж, стоит взглянуть на них! Сразу после съемки я отправился в кабинет продюсера, не потрудившись его предупредить о встрече. К счастью, он был у себя, решал какие-то вопросы по телефону. Увидев меня, он вопросительно поднял бровь.

– Мне нужны доказательства! – сказал я.

Кан Ин Хо пообещал перезвонить собеседнику и сбросил звонок.

– Какого черта ты посмел отвлекать меня? Появилось свободное окно в графике?

– Вы сказали, что у вас есть доказательства.

Кан Ин Хо цокнул языком, закатил глаза и связался с помощницей. Потребовал срочно прислать ему снимки и запись телефонного разговора с Танэки. Через несколько минут материалы были у него на компьютере. Он нажал на воспроизведение записи. То, что я услышал, повергло меня в еще больший шок. Согласна на требования… Десять миллионов вон… Уезжает из страны. Но я не был бы собой, если бы так легко на это купился.

– Запись разговора вполне можно подделать.

– Тогда взгляни на снимки. Что скажешь? Что я специально нанял модель? Или на досуге решил в совершенстве овладеть навыками фотомонтажа?

На снимках было отчетливо видно интерьер кафе, Танэки и помощницу Кан Ин Хо, которая передавала ей в руки конверт.

– А откуда я знаю, что в этом конверте? Может, вы решили ее специально подставить и очернить в моих глазах, – не сдавался я.

– Ну тогда иди бегай по Сеулу как распоследний идиот в поисках своей возлюбленной. Только сроки мне не срывай и, бога ради, Тен, уйди с глаз моих долой.

Я выкрикнул, что непременно со всем этим разберусь, Кан Ин Хо согласно покивал головой и открыл передо мной дверь, еще раз попросив удалиться.

На вечер у меня была запланирована спортивная тренировка. Что ж, после нее буду думать, что же мне делать дальше. Я отчаянно убеждал себя в том, что все это подстроено специально, но в глубине души понимал, что продюсер не врет. Что ж, мой последний мостик к Танэки – это ее так называемый лучший друг Эйден. Мне позарез нужно с ним поговорить. И ведь его контакты были у меня в руках в тот день, когда Танэки оказалась в больнице. Но сейчас искать переписку с ним в моем Директе бесполезно, проще сразу лечь и сдохнуть. Остается еще один вариант – посмотреть на Фейсбуке, но я не запомнил его фамилии. Но ничего, некоторые зацепки у меня все же есть, а тот, кто что-то ищет, всегда это находит.