Чтение онлайн

– Благополучно в том смысле, что весь подъезд не взлетел на воздух, – невозмутимо пояснил ей участковый. – В данной ситуации судьба одного жильца ничто по сравнению с масштабами грозившей всем катастрофы!

– На Любушку совершили нападение. Ее хотели убить!

– Убить? Кто ее хотел убить?

– Гость!

– Какой гость? Приметы? Вы его видели? Мужчина или женщина? Когда вы вошли, он был тут? А сейчас где?

– Нет, – пробормотала совершенно ошеломленная Инна. – Мы тут никого не видели.

– Тогда с чего вы взяли, что пострадавшая была в квартире не одна?

– Чашки.

– Что – чашки?

– Их две! – объяснила Инна. – Посмотрите! На столе стоят две чашки.

– Ну и что? – пожал плечами участковый и фыркнул: – Подумаешь, чашки! Я у себя дома, когда ужинать сажусь, весь бокалами обставлен. В рюмочке – водочка, в стакане – компот, в другом стакане – минералка холодненькая. Да еще чашка с чаем своей очереди дожидается. Жена знает, что я горячий чай не люблю, и всякий раз заранее его мне заваривает. Пока я поужинаю, чай уже и остынет до нужной температуры! Так что чашки – это не аргумент! Хозяйка могла в одну налить себе чай, а в другую – молоко или, скажем, кофе!

– А вода? Спасатели сказали, что газ залила вода! Но плита совсем сухая, а вода расплескалась слишком далеко от плиты!

– Ну, это вовсе не проблема. То есть, конечно, проблема, и еще какая. Трубы в нашем доме старые. И газовые – в том числе. Давно бы их поменять должны были, да все что-то тянут. Вы посмотрите, и плита у нашей потерпевшей старенькая. Еще с самого заселения стоит. Да у этих плит внутри все уже забилось давным-давно. Газ еле идет. Дохнешь на такой огонек, он в один миг и погаснет! Точно вам говорю!

– Так что? – озадачилась Инна. – Вы считаете, что огонь загасило порывом ветра, когда Любушка упала?

– Ну да! – радостно кивнул участковый и еще более радостным тоном возвестил: – Никакого уголовного дела тут нет! А есть обычная бытовая неосторожность, приведшая к несчастному случаю. Вашей знакомой еще повезло, что она в живых осталась. А насчет шишки на голове… Так молодая она еще, до свадьбы заживет!

И, расхохотавшись, так что живот его заходил ходуном, Иван Иванович принялся заполнять какие-то бумаги. Потом он дал их прочитать свидетельницам. И из прочитанного Инна узнала, что все случившееся в Любушкиной квартире с легкой руки лентяя участкового, в самом деле, признаётся всего-навсегда несчастным случаем и ничем иным. Спорить с ним Инна посчитала бесполезным. И молча подписала то, что накорябал этот балбес.

Однако в то, что случившееся с Любушкой – это всего лишь несчастный случай, не поверила ни одна из подруг. Мариша тоже считала, что на Любушку было совершено нападение, только по чистой случайности не закончившееся страшной трагедией.

– Хотя все это и само по себе – когда тебя бьют по голове, а потом еще и травят газом – достаточно неприятно. Но все-таки Любушка осталась жива.

– Как ты думаешь, кто же на нее напал?

– Ну точно мы это узнаем, только когда Любушка придет в себя в больнице и к ней станут пускать посетителей.

– Да, и преступник тоже это отлично понимает!

– И… И что ты хочешь этим сказать?

– Если нападение на Любушку – это не плод нашей с тобой фантазии, то девушке сейчас грозит страшная опасность! Думаю, преступник уже знает, что Любушке повезло и она осталась жива. И он мечтает изменить эту ситуацию в свою пользу.

– Как это?

– Он захочет, чтобы Любушка замолчала навеки!

– Брось! Что ей может грозить сейчас? Она же находится в больнице.

– Ну и что? К ней там приставлена охрана?

– Нет… Наверное, нет. Дело-то о нападении не завели.

– А хоть бы и завели! – махнула рукой Мариша. – У ментов вечная нехватка то времени, то сил, то средств. Вряд ли они стали бы охранять Любушку круглосуточно. Как известно, спасение утопающих – дело рук самих утопающих.

– Но ведь Любушка лежит без сознания! Как она может себя сама спасти?

– Вот именно. А значит, это должны сделать за нее мы!

– Мы?

– Да! Мы с тобой.

– И… И как мы будем ее спасать?

– Для начала подежурим у нее в палате.

– Исключено! Она в реанимации, а туда никого не пускают! Я узнавала.

– Хм! Все равно. Мы должны попробовать.

И Мариша принялась обдумывать план действий. После поездки в Брянск, оказавшейся совершенно бесплодной, это в какой-то степени было даже приятно. Живое действие. И преступник – не за тридевять земель и не в далеком прошлом, а крутится где-то рядом. Так сказать, находится под боком. Все это как-то бодрило и придавало мыслям остроту и точность.

Но все равно Мариша не смогла бы придумать, как проникнуть в реанимацию, где лежала Любушка. И тут в дело вмешался его высочество случай. Оказавшись в гостях у Инны, Мариша убедилась – собственными глазами – в том, что Степка из сорванца и избалованного хулигана стал почти идеальным ребенком: он теперь жил точно по расписанию, читал книжки и смотрел телевизор ровно сорок минут в день. Ни одной минутой больше, ни одной минутой меньше, да еще и говорил «спасибо», «извините» и «пожалуйста». Мариша от этого просто тихо выпала в осадок.

Выпала она на большой угловой диван, стоявший у Инны в гостиной. И под Маришей оказалось что-то жесткое и очень неудобное. Пошарив там рукой, Мариша извлекла на свет божий старый школьный альбом. И пока Инна возилась на кухне, готовя для уставшей после перелета подруги кофе, Мариша начала листать альбом.

– А помнишь нашу Ольгу Брызгалову? – спросила она у подруги, когда Инна появилась в гостиной с красиво сервированным подносом в руках.

– Ну, была такая. Мы с ней на танцульки бегали. Но особенно с ней не дружила. Брызгалова вечно перед всеми нос задирала. Почему ты о ней вспомнила?

– Она ведь после школы врачом стала.

– И что?

– И муж у нее врач. Большое светило в медицинских кругах.

– Никак не пойму, к чему ты клонишь, – призналась Инна. – Хочешь, чтобы Брызгалова охраняла нашу Любушку?

– Ну, не лично, разумеется. Лично эта фифа никого охранять не станет, не королевское это дело. Но вот посодействовать в том, чтобы нас пустили в реанимацию, я думаю, она сможет.

– Это при условии, что у нее есть знакомые в той больнице, где лежит Любушка.