Чтение онлайн

Бормотание прекратилось, зато раздались шаркающие шаги. Финли непроизвольно ступила в сторону и спряталась за спиной Дэвида, поэтому не видела, как открылась дверь, но услышала разъярённое:

– Какого чёрта шляешься по ночам? Кто прячется за спиной?

Финли несмело вышла вперёд и поглядела на Стива. Всё в тех же трусах и кимоно, но без ружья. Голова на тонкой шее опасливо качнулась (хоть бы не оторвалась):

– Опять ты? Я предупреждал! Сейчас полакомишься порохом!

Дэвид примирительно поднял ладони в жесте «сдаюсь» и сказал:

– Мистер Гликман, вам низкий поклон от Барри Джонсона. Вы ведь давние друзья? Не так ли?

Стив, успевший нырнуть во мрак гостиной, замер и медленно обернулся. Он вышел на террасу, и Финли невольно вздрогнула, заглянув в его глаза. Зеленовато-жёлтые, как у рыси, блестящие и выпуклые.

– Барри Джонсон? Хах! Этот ублюдок лет тридцать назад написал на мою книгу разгромную рецензию, а я в отместку увёл у него подружку. Нахрена мне его поклоны? Пусть идёт в ад, и вы туда же! Проваливайте!

От громкого стука двери жалобно задрожали окна, а внутри дома что-то упало. Финли мысленно чертыхнулась. И к чему были все эти лишние телодвижения? Будто она не знала, чем закончится разговор с Гликманом. Без пули в животе – и на том спасибо. Финли развернулась и собиралась было спуститься по ступенькам, но Дэвид вновь забарабанил кулаком и крикнул:

– Вообще-то Барри Джонсон умер четыре дня назад! Так что он оказался в аду скорее, чем вы на это рассчитывали, мистер Гликман! Но поклон он передавал!

Финли ужаснулась. Она резко метнулась к Дэвиду, схватила его за локоть и потащила прочь.

– Что вы делаете? Уйдём, пока не поздно!

Но Дэвид с насмешливым и спокойным выражением лица положил руки на плечи Финли и, кивнув на дом, сказал:

– Зачем же уходить? Сейчас начнётся самое интересное.

И в самом деле. В узкой дверной щели показалось любопытная физиономия Стива. Он прошептал так тихо, словно боялся спугнуть удачу:

– Не врёшь? Барри Джонсон и правда сдох? Хе-хе. Ладно. Проходите в гостиную.

***

К затхлому запаху старого жилища примешивался терпкий аромат свежезаваренного кофе. В гостиной было убрано, но от книжных башен, некоторых в человеческий рост, у Финли засвербело в носу. Маловероятно, что у кого-то была возможность протирать эти многочисленные книги от пыли.

За окном уже густел вечерний мрак, и настольная лампа не в силах была осветить мрачные углы гостиной, в которых дрожала темнота. Финли нестерпимо захотелось включить допотопный телевизор и зажечь камин, только бы впустить шум и свет в эту угрюмую комнату, но вместо этого она тупо пялилась на стеллажи с книгами, огромные коробки с кривоватой надписью «архив» на каждой, кресла с выцветшей обивкой, журнальный столик с виниловым проигрывателем и пластинкой «Все песни Ареты Франклин». 5

Стив бесцеремонно качнул головой:

– Ну и?

Дэвид спохватился:

– Дэвид Хантер, журналист. Сейчас пишу документальную книгу о писателях семидесятых-восьмидесятых годов. Я успел взять интервью у Барри Джонсона, прежде чем он…

Стив перебил:

– Я с этим придурком и срать не сел бы на одном поле, а уж соседствовать на страницах дурной книжонки…

– Господин Гликман, упаси Бог! Какой же из Барри писатель? – воскликнул Дэвид, изображая крайнюю степень возмущения. – Я просто собирал кое-какие сплетни.

Стив улыбнулся, запахнул кимоно на левую сторону и указал на кресла: «Садитесь». Он щёлкнул выключателем, и грязно-белый электрический свет заставил Финли зажмурить глаза, но вскоре она разглядела картины на стенах в японском стиле, а в углах – каменные статуи божков, которые обычно устанавливают в саду. На каминной полке громоздились керамические вазы с бытовыми зарисовками из жизни японских крестьян.

– А ты, юбка, чего хотела? – спросил Стив и, не скрывая презрения, зыркнул на Финли. Она не сразу сообразила, что вопрос был адресован ей. Пялилась на жирные пятна на своих джинсах и внезапно поняла, что смертельно устала.

– Меня зовут Финли Кёртис, – сказала она, подавляя зевоту. – Я надеялась, что вы дадите мне уроки по писательскому мастерству.

Впрочем, говорила она на автомате. Какой-то сонный дурман овладел ею, переживания последних дней тяжёлой ношей свалились на плечи, и цель, которая привела Финли в этот город, теперь казалась глупой и незначительной.

На улице громыхнуло – собиралась гроза. Настольная лампа несколько раз моргнула. Стив ухмыльнулся:

– Хорошо.

Финли мгновенно проснулась:

– Хорошо?

– Мне как раз нужна юная дева, которая будет подтирать мне зад, – заржал Стив.

Финли так резко подскочила, что опрокинула кресло. Жар залил лицо, ярость охватила каждую клеточку тела, так что и дышать было трудно. Она вспомнила, как молилась на этого человека в подростковом возрасте, как поливала слезами восхищения и благодарности каждую страничку его книг. Такого просто не могло быть? Господи, пусть это будет старческий маразм, иначе объяснить происходящее просто невозможно.

– Да пошутил я. Успокойся. Какие все нежные стали, – зафыркал Стив и запрокинул ногу на ногу. Кожаная тапка упала на пол, и от вида кривоватых коричневых ногтей старика Финли чуть не вырвало. – Со своим задом я вполне управляюсь сам. Два раза в неделю ко мне приходят поломойка и доктор, парнишка из магазина продукты приносит. Мне нужно разобрать архив, – он кивнул на вместительные коробки, разбросанные по гостиной. – Там много писем, начатых рукописей, заметок, документов. У меня зрение ни к чёрту, глаза болят. Пару лет назад у меня был секретарь. Был да сплыл. Хочу прежде, чем отправлюсь к праотцам, собрать самое интересное в книгу, что-то вроде воспоминаний. Так что давай заключим сделку: я буду учить тебя, а ты работай над архивом.

У Финли внутри нетерпеливо кипело одно единственное желание: поскорее свалить из этого мрачного и негостеприимного дома, но пришли на память ухмыляющаяся мать с этим своим «я же говорила», закрытый гроб, в котором хоронили Мэдисон, и яркая подростковая мечта. На что она готова была ради этой мечты?

– Я согласна, – сказала и ахнула, точно кто-то принял решение вместо неё. Дэвид извинился «простите, мы на минуточку», схватил Финли за ладонь и отвёл её в сторону.

– Ты уверена? Разбирать архив Гликмана, конечно, слишком притягательно. Представляю, сколько там всего интересного о нём самом и о других знаменитостях. До того, как осесть в Форесто, наш старичок вёл очень активный образ жизни, – шептал Дэвид. – Но общаться с ним постоянно? Не знаю. Может, хотя бы подумаешь, взвесишь все за и против, поживёшь в гостинице. Я узнавал, тут есть неплохое местечко.