Чтение онлайн

– Мы скоро будем на месте, – сказал Дункан, отвлекая ее от мятущихся мыслей.

Она удивленно воззрилась на него.

– Ты имеешь в виду – на Барбадосе? – спросила она.

Он кивнул.

– Это уже недалеко.

– О, как замечательно! – воскликнула Элизабет, испытывая огромное облегчение.

Однако одновременно с этим она все же почувствовала неясное ощущение какой-то пустоты, словно от предстоящего прощания. Она сама себя укоряла за это, потому что их плавание со всеми передрягами было действительно не тем занятием, которое кому-то могло понравиться. И все же… Широкое море, покрытое пенными волнами, бесконечность горизонта, огромный красный огненный шар, в который солнце превращалось каждый вечер… И сюда же относились, хотя и непростительным образом, ее тайные мысли об этом бессовестном пирате. Каждый раз, стоило ей лишь увидеть его, ее охватывал жар. Когда же она тайком, против своей воли, наблюдала за тем, как он, обнаженный по пояс, поднимался на такелаж или, выпрямившись и заложив руки за спину, стоял у шканцев и смотрел оттуда вдаль, словно повелитель, окидывающий взором свою империю, мысли начинали лихорадочно метаться в ее голове. Это было своеобразное волшебство: ей казалось, что, глядя в морскую даль, Дункан пытается увидеть свою возлюбленную, которой он безгранично предан. Смотрел ли он так когда-нибудь на самом деле на какую-либо женщину?

– Я не могу отпустить тебя, не поговорив с тобой еще раз, – сказал он.

– Не существует ничего, о чем бы мы могли разговаривать с тобой. – Она угрожающе посмотрела на него. – Если ты прикоснешься ко мне, я закричу!

– Не бойся. – Его голос звучал сердито. – За прошлые недели и дни невозможно было не заметить, что тебе вполне хватило того, что ты использовала меня только один-единственный раз.

– Что? – возмутилась она. – Это я-то тебя использовала?

– А как иначе? Зачем же тогда тебе во второй раз захотелось приехать к старому коттеджу? Разве не для того, чтобы перед своей свадьбой еще раз по-настоящему попробовать кого-нибудь другого? Я тебя пригласил, ты помнишь? И ты тут же появилась.

– Как ты смеешь!

– Как я могу не сметь?

– Все было не так! – вырвалось у Элизабет. – Это было… Это было совершенно по-другому! – Она всхлипнула, лихорадочно подбирая слова. Она не имела ни малейшего понятия, что должна сказать, но ни в коем случае не могла стерпеть то, что он про нее так думал.

– Ты хотела этого, как дикарка, и тут же получила свое, стоило нам только начать, – заявил он.

От его грубых слов она вздрогнула, а затем обеспокоенно прислушалась и посмотрела в направлении трапа. Он говорил тихо, однако ей показалось, что их кто-то подслушивает.

– Там кто-то есть, – прошептала она.

– Я поставил перед трапом Джона Иверса, потому что хотел поговорить с тобой без помех.

– Я уже сказала, что нам не о чем говорить! – Элизабет со злости хотела оттолкнуть его, однако он схватил ее обеими руками за плечи и прижал спиной к поручням. Он настойчиво смотрел ей в лицо.

– Если это было не так… то как же это было?

– Я не знаю, – пробормотала она. – Я была… Ты был таким… Я хотела выслушать твою историю.

– Какую историю? – обескураженно спросил он.

– Историю о твоей семье. Ты пообещал рассказать ее мне, и только поэтому я во второй раз поехала к коттеджу.

Он покачал головой, затем недоверчиво рассмеялся.

– Неужели ты говоришь это всерьез? Единственное, чего ты хотела от меня, было то, что я и сделал с тобой.

Она хотела ударить его по лицу, но, когда ее рука взметнулась вверх, Дункан небрежным движением перехватил ее и крепко удержал в своей.

– Оставь это, – властно произнес он. – Ты лишь сама себе сделаешь больно.

– Ты – проклятый мерзавец! – воскликнула Элизабет дрожащим голосом.

Она была готова вот-вот расплакаться и ненавидела себя за это. Но еще больше она ненавидела его, потому что он так разговаривал с ней и совершенно безо всякого труда проникал в ее тайные мысли, за которые ей было стыдно, как никогда еще за всю свою предыдущую жизнь.

– Ты что, плачешь? – спросил он. – У тебя такой вид, словно то был первый раз в твоей жизни.

Ее подавленное всхлипывание заставило его внимательнее посмотреть на нее.

– Боже мой, – медленно произнес он.

– Я… Я сказала, что не хочу этого, но ты не послушал, – заикаясь, сказала она. – Ты был таким настойчивым… Все получилось так быстро, что я не смогла… А я всего лишь хотела…

– Послушать историю, – тихо продолжил он ее фразу после того, как она замолчала.

Элизабет кивнула, опустив взгляд. Она знала, что это была далеко не вся правда. Даже не наполовину.

– Лиззи, – пробормотал он. – Я очень сожалею. У меня и в мыслях не было, что ты… наивна и неопытна.

– Что тебе от меня надо? – раздраженно спросила она. – Зачем тебе еще раз вытаскивать все это на свет божий, хотя нам с тобой лучше просто забыть обо всем?

– Черт возьми, если бы я сам это знал!

Он отпустил ее и вцепился обеими руками в свои волосы, так что они буйными прядями стали торчать во все стороны, придавая ему вид дикого льва. Когда Элизабет хотела воспользоваться возможностью и ускользнуть от него, он снова схватил ее за руки.

– Не уходи!

– Что тебе от меня надо? – снова спросила она.

Его глаза сверкали в лучах заходящего солнца.

– Того, чего ты хочешь тоже.

Он прижал свою руку к ее щеке, нежно и крепко одновременно. И, как уже было однажды, ей в нос ударил его запах – запах соли, пота и мужчины. У нее перехватило дыхание, и она попыталась отвернуться.

– Я хочу забыть тебя.

Его рука прикоснулась к ее волосам, нежно погладила их, и она невольно подняла взгляд на него.

– Ты врешь.

– Я замужем, – сказала она.

Это должно было прозвучать холодно и сухо, но чувствовалось, что все это ближе к отчаянию.

– Замужем за мужчиной, который не прикасается к тебе, зато вовсю спит с француженками, да так, словно от этого зависит его жизнь, – мягко пошутил он.

– Откуда ты это знаешь? – раздраженно спросила она.

– Это – корабль, а я – его капитан, – сказал Дункан, словно этот факт был достаточным основанием для того, чтобы он знал все и обо всем, что происходило на борту. Возможно, это было правдой, однако не давало ему права вмешиваться в ее жизнь таким бесцеремонным образом.

– Это не твое дело, – резко произнесла Элизабет.

Дункан испытующе посмотрел на нее.

– Ты совершила ошибку, выйдя за него замуж, – заявил он.

– Очевидно, мне свойственно постоянно делать не то, что следует.

Он помедлил, затем кивнул, словно это был достойный внимания вывод.

– Все мы делаем ошибки, – добавил он. – И я, наверное, еще больше, чем ты.

Это признание, однако, не удержало его от того, чтобы подсунуть свою ладонь ей под подбородок и поднять его вверх. И как-то сразу он очутился в опасной близости от нее. Она хотела отстраниться, но позади нее было лишь море. Солнце, чей огромный красно-золотистый диск, дрожа, опускался в океан и, казалось, при этом зажигал все небо, словно коснулось кожи Элизабет. Однако она знала, что ощущаемый ею жар был вовсе не от солнечных лучей, а от близости Дункана. Когда он нагнулся к ней и она почувствовала его дыхание на своих губах, ей удалось лишь прошептать: