Чтение онлайн

— Я помню те времена, хоть был ещё юнцом — задумчиво произнёс крестьянин, будто вспоминая, что-то давно ушедшее. В этот момент он произнёс почти, не раскрывая рта. — Ты обо всём узнал?

Нищий преподнес кружку к губам, сделал мелкий глоток и, не отводя её ото рта, дабы никто не заметил движения его губ, ответил.

— Доходный дом вниз по улице, за перекрестом пятый слева с синей стеной. Он на третьем этаже предпоследняя комната по коридору, но сейчас он не один, с ним несколько крепких парней и готов поклясться, что это далеко не слуги. Крепкие, статные при оружии.

Крестьянин медленно моргнул, показывая собеседнику, что всё понял.

— Извини ветеран, подать мне нищему крестьянину нечем, вот возьми капюшон, он согреет тебя холодной ночью. — Допив эль, крестьянин подвинул свой подарок нищему и направился к двери. Ветеран взял капюшон, улыбнувшись, он почувствовал тяжесть кошелька с тиреями внутри.

Самостийный вышел на покрытую деревянными настилами улицу неспешна, направился к указанному дому. Своей агентуры в столице, да и вообще на планете у него не было, часто приходилось нанимать людей на месте. Не всегда надёжных и опытных, но в случае не качественной работы концы приходилось подчищать. После разоблачения резиденции в Кревлоде, что вызвало полное отсутствие финансирования, пришлось даже взять пару левых заказов. Этого делать агент крайне не любил, но то чтобы он боялся гнева начальства на его маленький бизнес. Могло случится так, что цель находилась в разработке Центра или того хуже, является засекреченным агентом, но с военным врачом повезло, его младшая сестра давно хотела отхватить наследство у бездетного «светила медицины».

Доходный дом с синей стеной, как и описал нищий. Дверь с забитым в неё колышком дабы не закрывалась, внутри не мытые полы и пыльные полки. Хозяйка, а точнее сказать работница доходного дома — женщина лет шестидесяти костлявая как смерть не обращала внимание, на зашедшего крестьянина. Всем своим видом показывая, что здешнее жильё этому забулдыги не по карману.

— Здравствуйте госпожа — крестьянин щедро поклонился — староста нашей деревни скоро прибудет в столицу и просил присмотреть для него жильё.

Женщина, слегка зевнув перевала взгляд на гостя.

— Он желает жить на самом верхнем этаже, какая-нибудь самая дальняя от входа комната, староста не выносит шума и суеты, и будет дней через пять. У вас есть свободные номера? Услышав про верхний этаж, женщина напряглась.

— На верхнем этаже нет свободных квартир, там их всего три две сейчас заброшены и требуют ремонта, а в третьей надолго снял жильё один отставной офицер.

— Может — улыбнулся крестьянин ставя на стол несколько тирей — мы договоримся с вами и постояльцем. Мой староста тоже служил в императорской пехоте и старые офицеры падки на вино.

— Не вздумайте так шутить — тихо произнесла женщина, демонстративно отодвинув деньги — это очень страшный человек, он редко бывает один, сейчас с ним компания сослуживцев, но поговаривают, что недавно одной тёмной ночкой, он имел встречу с несколькими крепкими парнями, и вышел из этого боя победителем. Так, что лучше поищите своему старосте другое место.

«Крестьянин» понимающе поклонился и, изобразив испуг, быстро покинул доходный дом, но Самостийный был рад. Здесь точно находился Сирент Акирил цель класса «Х» Љ 1152. Про ночной инцидент с его участием, был наслышан именно эта промашка первого капитана, и повысила интерес ликвидатора к коричневому району. Он вышел из доходного дома, немного походив вокруг, как бы в поисках другого места расположения старосты деревни Самостийный осмотрел дом, подходы к нему и приоткрытое окно на третьем этаже. План проникновения созрел быстро. Оставалось одно дождаться темноты. Смущали лишь наличие ещё нескольких человек, скорее всего крадов в квартире с целью. Наблюдая за окнами, он насчитал троих. Чтобы не сильно бросаться в глаза на улице, «крестьянин» нашёл себе небольшое укрытие в выбоине дома, которая была завалина каким-то строительным мусором, осколки камней, доски, тряпьё, которыми накрывают товар уличные торговцы, несколько пустых бочек. Улица оттуда была видна не важно, а вот вход в доходный дом и нужная пара окон вполне.

Время тянулось неумолимо долго, вечер медленно спускался на город. Прохожие попадались на улице всё реже. Пару раз по улице прошёл патруль фасулов, ещё трое крепких ребят чёрных кожаных плащах. Они напомнили Самостийному братков начала девяностых, отличие было лишь в густых шевелюрах. Доходный дом проследовала лишь одна парочка, крепкий мужчина в гражданской одежде, видимо тоже ветеран или переодетый офицер, с ним миловидная девушка, правда не тянувшая на уличную пиявочку. Красивая, статная с длинными волосами, прямо секси заключил наблюдатель. Ночь спустилась окончательно, он уже думал покинуть пост, а утром найти бездомного, или нанять другого нищего, или местного бездельника для наблюдения за домом, как вдруг из двери, ведущей в доходный дом, выскочили трое. По всему было видно, мужчины очень куда-то спешили. Одного из них хоть и в темноте Самостийный узнал наверняка, он видел его ещё при свете дня в окне наблюдаемой квартиры. Удача. Цель сейчас осталась в одиночестве, можно действовать. Дождавшись пока троится исчезнет из поля зрения «Крестьянин», подождав ещё минут тридцать, без лишнего шума покинул своё укрытие. Как не в чём не бывало, пересёк улицу и свернул за угол соседней с доходным домом двухэтажки. Быстро надев на руки лёгкие тканевые перчатки и оглянувшись по сторонам, он ловко полез по водостоку и уже через пару минут был на крыше. Пригнувшись и вымеряя каждый шаг, Самостийный медленно шёл к своей цели — небольшому окошку на третьем этаже доходного дома. Оно не представляло собой серьёзной преграды, небольшое в деревянной раме. Достав из-за кожаного сапога двояко заточенный крадский боевой кинжал, который он и собирался пустить в дело, Самостийный лёгким движением откинув две деревянные планки, аккуратно вынул небольшой квадратик стекла. Сунув в образовавшийся пустой проем, он без труда нащупал защёлку. Окно с тихим скрипом распахнулось, и убийца медленно вперёд ногами вполз на этаж. Небольшой коридор, поворот в другую часть дома справа, предполагаемая дверь с целью вторая слева. Самостийный провёл правой рукой в области пояса, дабы убедиться, что страховочный ПБ на месте. Перехватив по удобнее кинжал, который он намеревался использовать для ликвидации капитана крадов с последующим вырезанием «Знаков страха» на лице. К работе он всегда подходил с душой, старался выбирать для своих целей разные способы умерщвления, как он сам называл их шутку: «Смерть по специальности». Ликвидатор медленно подошёл к двери и начал прислушиваться к происходящему.

Чуть слышный для обычного человека скрип деревянного пола безошибочно подсказал Самостийному, что некто подкрадывается к нему со спины. Молниеносный выпад и взмах отточенным как бритва кинжалом. Противник отскочил в последний момент, кинжал даже немного задел лоскуты костюма. Офицер — как его окрестил для себя Самостийный, тот, что пришёл с любовницей. В его руках не было оружия, но манеры движения просто кричали, что оно ему нет очень нужно. Второй, в длинном плаще, один и троих патлатых братков с улицы, которые прогуливались с час назад. Он появился из двери комнаты, которая должна быть закрыта не ремонт. Плащ был расстёгнут, из-за него в тёмном коридоре сложно было разглядеть серый мундир, он Самостиный всё понял, с тайниками ему уже не раз приходилось сталкивать. Хоть их и минимум четверо, это не страшно. Жаль только цель может сбежать, а бегать не в его правилах. «Офицер» повёл себя, однако странно, если тайник обычно хватаются за фазеры, этот начал размахивать небольшой плетёной верёвкой, толи, отвлекая внимание, толи не понятно что, пытаясь показать. «Крестьянин» не желая искушать судьбу, бросился в нападение. Кисть правой руки, в которой только что был кинжал, попалась в ловко брошенный офицером аркан. Горская петля, хитро, но в последний момент Самостирный раскусил этот фокус, кинжал перелетел в левую руку и уже готовиться нанести удар противнику. Неожиданно, третий, так тихо подкравшийся, прихватил уже летящую сбоку замахнувшуюся с кинжалом руку остановив её. Не страшно, Самостиному есть чем ответить. Сначала он освободит правую руку от аркана, крепким ударом в пах. Потом можно действовать и освободившийся рукой, и ногами. Его план был разрушен лишь одним ударом подоспевшего противника. Расслабляющий удар под почку. На мгновение тело расслабилось, и двое нападавших повалили убийцу на пол. Ещё секунда, и удавка уже скрутила обе руки за спиной. Кинжал отлетел куда-то в строну. Быстро подняв его на наги, чьи-то «заботливые руки» набросили на голову тёмный мешок, и, обыскав, изъяли ПБ.

Сирент уже давно пристрастился к легкому сливовому вину, но старался не злоупотреблять им и другими, напитками. Живя в казарме или на съёмной квартире, почти каждый день нужно было появляться в части пред очи полковника, заниматься физическими упражнениями с бойцами, участвовать в учениях. Капитан не мог, позволит себе сильных попоек, всегда старался держаться, выпивая меньше всех, чем ещё служа на Апорине лейтенантом сыскал себе славу носящего своих менее осторожных сослуживцев. За дни подполья всё изменилось. Утро начиналось с бутылки, ночь ею оканчивалось. Безделье и одиночество были злейшими врагами графа. Верный крады не могли посещать его каждый день. Оставаясь одному, для соблюдения секретности, он не включал света, не пел песен, редко покидал убежище. Вино стало лучшим другом, собеседником, соратником, а потом и просто необходимостью.

Красная жидкость, тихо булькая, наполняла глиняный стакан. Капитан немного потряс, порожнюю бутылку выцеживая последние капли. Стакан был на половину пуст или на половину полон. Сирент сурово взглянул на него и уже потянул к нему руку, как услышал звук шуршания из-за входной двери, скрип половой доски, чуть слышный свист клинка рассекающего воздух. Хмель пропал сам собой, капитан почти спрыгнул со стула, выхватывая из кобуры ручной фазер, висящий на поручни соседнего кресла. Он приблизился к двери почти вплотную, вслушиваясь в вечерний сумрак. В коридоре шла борьба, рычание, удары, звук упавшего на пол тела. Парни Сирента выкупили весь этаж и за лишнюю плату управляющая всем говорит, что мест на верхнем этаже нет, и кроме отставных офицеров устраивающих там пирушки, на этаже пусто. Возня продолжалась, и всё же любопытство не выдержало, он широко раскрыл дверь. В тёмном коридоре, рядом с его дверью на полу копошились несколько человек. Двое крепких мужчин вязали руки третьему за спиной. Один, закончив стягивать руки, ловко накинул на голову небольшой тёмный мешочек, второй ощупывал одежду связанного, извлекая из-за пояса пистолет руссов. Третий показался почти рядом с дверью, шагах в трёх, от двери.

— Господин офицер — видимо угадал мужчина, Сирент заметил в его руках фазер, из-под тёмного плаща виднелся серый мундир тайной полиции — прошу вас пройти в комнату и плотно запереть двери, здесь происходит задержания шпиона руссов.

Сирент ещё раз оглядел коридор, сделав лёгкий кивок, он, покорно убирая фазер, исчез в дверном проёме. Краем глаза, заметя крадский кинжал, лежавший у плинтуса. Щёлкнув замком, капитан продолжал прислушиваться к шуму. Схваченного поволокли по лестнице вниз, было слышно, как ноги бьются о деревянные ступеньки. Подождав ещё немного, Сирент приоткрыл дверь. В коридоре повисла тишина, звуки работающих двигателей челноков слышались с улицы. Капитан проследовал на лестницу, любопытство обуяло его. С внутренней стороны двора стояло два челнока. Их прожектора освещали почти весь двор. Трое уже знакомых тайников вывели схваченного и передали его остальным серым мундирам стоящим внизу. К ним вышел мужчина не высокого роста, по стати и движением — главный. Он отдавал команды. Сирент присмотрелся в небольшое окошко на лестнице. Имя этого человека он не знал, но понял сразу — это был новый начальник тайной полиции, сменивший господина Вентраля. На схваченного он почти не взглянул, лишь показал рукой на один из челноков. Тайники, высоко задрав за спиной руки схваченному шпиону, повели его в сторону челнока. Начальник продолжал раздавать указания. Сирент внезапно одёрнулся, сейчас тайники вернуться на место и спросят документы, будут выяснять личность, задавать вопросы. Сирент бросился в свою комнату. На ходу похватал свои вещи, бумаги. Уже в дверном проёме он обернулся, на небольшом столике рядом с глиняным стаканом лежал медальон. Ловкие пальцы капитана подхватили дорогую реликвию. Сирент бросил взгляд на стакан с вином. Он был не наполовину пуст, и не на половину полон, нет, он был с вином. Вино притупляет реакцию и чувства, делает свою жертву слабым. Не появись тайники, и к утру, офицер лежал бы в луже собственной крови заколотый крадским кинжалом. Что убийца оказался у его двери не случайно, граф был уверен, и серые мундиры оказались здесь не случайно, будто зная, куда придёт убийца, и умело расставили сети.

Шагая по коридору Сирент понял, что выйти через дверь на первом этаже уже не получится, там слышались незнакомые мужские голоса и испуганный писк управляющей. Тихий скрип раздался во тьме. Капитан в мгновении оказался у источника звука. Небольшое открытое окошки болталось на петлях, и повинуясь дуновениям ветра. Уйти тем же путём, что пришёл суда убийца. Оконный проём был довольно узок, но всё же пропустил массивное тело офицера.

Темень уже спустилась на улицы. Серент двигался ускоренным шагом, желая быстрее покинуть бывшее место своего проживания, но куда идти дальше он не представлял. Его верных крадов срочно вызвали по тревоге в полк. Мысли путались в голове желая восстановить картину произошедшего с ним за последнее время и понять, кто так неистово желает его гибели. Предполагать, что это всего лишь месть руссов за службу на Апорине глупо, почему они раньше это не организовали. Может это и руссы, а кто-то, кто просто старается свалить на них свои чёрные делишки. Логично, только кто это может быть? Генерал Риден? В принципе мог, но его первый противник дядя — Риффе Акирил. Сам дядя. Сиренту было не хорошо от этой мысли. Аугусто Дернер, он ненавидит Сирента все душой ещё из-за той юношеской шалости. Не станет, если не отомстил тогда, когда ещё его дом Дернеров был гораздо выше и могущественнее Акирилов, то и сейчас не станет. Кто-то из офицеров других крадовских полков? Невозможно, все они куплены дядей, а на Сирента готовы молиться как на божество. Заполненный этими мыслями Сирент не заметил, как оказался у ворот знакомого ещё с детства особняка. Мышечная память сама приняла решение. Ну что же была, не была. Сирент постучал кулаком в ворота.