Чтение онлайн

Ладно, с этим все понятно.

А государственная политика, касающаяся полиции? Правда, сейчас немного лучше стало. Зарплату подняли, стали выделять средства на улучшение материальной базы. А толку-то? Лучшие кадры разбежались! Вот пришел человек работать в полицию, по призванию. Ловит воров, мошенников и прочих, и хорошо ловит. Нашел язык с уголовным элементом, осведомителей у него полно, весь телефон забит номерами. Кажется, работай и работай! Но у него есть жена, молодая и привлекательная, которая хочет жить красиво. И начинает талдычить: тебе мало платят! Про знакомых женщин расскажет, у которых мужья зарабатывают столько, что не сосчитать, рука устанет. Ясно, ночная кукушка перекукует. И в одни прекрасный день парень увольняется. Идет в коммерческую структуру банкиров – считай, бандитов – охранять и защищать. Милиция его выпестовала, научила, а он… Нет в жизни правых и нет виноватых… Но ведь кто-то должен отвечать за поругание порядка! Если не верить, что справедливость, в конце концов, восторжествует, то и жить, и работать нам, полицейским, – да чтоб тебя! милиционерам! – незачем.

– Иди, Роман Львович, – отпустил он Филатова. – Работай.

– Слушаюсь, товарищ полковник, – откозырял Роман. – Просьба есть, Макар Макарович. Мне три дня отгулов нужно. На среду, четверг и пятницу. Срочное дело. Неотложное.

– Пиши заявление, – сказал Старовойтов, – подпишу. Только давай скорее, нужно в Управление ехать.

Он подал Роману лист бумаги. Филатов быстро написал заявление.

– Ты не жениться ли собрался? – поинтересовался начальник и поставил резолюцию.

– Нет, Макар Макарович.

– Мужчине без жены нельзя, – нравоучительным тоном сказал полковник. – Однако и с женой тоже… жизнь несладкая. Хотя как повезет… Есть пары, живут душа в душу. Правда, таких мало. Хорошо бы тебе, Роман, такую женщину встретить. Чтоб душа в душу жили. Чтобы жизнь нашу милицейскую принимала и понимала, что не можем мы иначе. Ладно, иди.

– До свидания, товарищ полковник.

В начале седьмого Филатов встретился в мегамоллмаркете с Рогожиным. Тот заговорщицки подмигнул:

– Пойдем-ка, кое-что покажу.

И повел Романа в продуктовый отдел.

По залу бродила компания бомжей, вооруженная двумя тележками, доверху набитыми дорогим спиртным, пивом и деликатесами. Впереди шел Махиборода. Если бы не запах, с легкостью откидывающий людей с его пути, он вполне мог бы сойти за респектабельного гражданина, потому что был одет с иголочки и ступал медленно, величаво, будто принц крови. Окинув взглядом очередной стеллаж, Махиборода царственным жестом указывал на продукты, и вассалы проворно укладывали в тележки еду, вызвавшую интерес сюзерена. Покупатели, настигнутые запахом, жались к стенам и цепенели, ожидая, когда их минует веселая бесшабашная ватага, своим амбре парализовывающая простых смертных, будто взгляд Медузы Горгоны.

Бомжи подкатили тележки к кассе. Кассир, пожилая женщина, не могла покинуть рабочее место. Она так быстро сосчитала товары и подытожила стоимость покупки, что могла бы занять первое место в книге рекордов Гиннесса по арифметическим расчетам при помощи калькулятора.

– С вас двадцать семь тысяч восемьсот тридцать шесть рублей, – услышал Филатов.

Махиборода вытащил из кармана несколько пятитысячных купюр и подал кассиру. Та с быстротой молнии отсчитала сдачу. Махиборода сунул мелочь в куртку, и бомжи всей гурьбой пошли к выходу. Оказавшись на улице, Махиборода открыл с брелока двери «Митсубиши L-200». Бомжи положили часть пакетов в кузов, потом забрались в салон и были таковы.

– Бомжи делают покупки в магазине для обеспеченных, – задумчиво произнес Рогожин, – причем на немалую сумму. Даже не знаю, что сказать. Время смеется над человеком, а тот лишь чешет в затылке.

– Черт с ними, – сказал Филатов. – Однако нам тоже нужно купить чего-нибудь съестного. С пустыми руками в гости не ходят!

– Пиво будем пить? – спросил Рогожин и сам ответил. – Если так, давай чего-нибудь соленого возьмем: рыбки, сыра, мяска вяленого или кальмаров.

Через час Филатов и Рогожин добрались до дома Сивова.

– Ты квартиру помнишь? – спросил Роман у судмедэксперта.

– Нет.

Филатов позвонил Сивову.

– Привет, Влад, – сказал он. – Мы внизу. Напомни номер квартиры, а то я забыл.

– Обождите внизу, – сказал Сивов, – сейчас спущусь. За пивом нужно сходить.

Теперь уже втроем они отправились в соседний двухэтажный дом, похожий на средневековый замок своими башенками со шпилями и стрельчатыми окнами, который обступили со всех сторон многоэтажки, словно собирались взять в плен.

– Это бутафория? – спросил Рогожин, указывая на круглые башенки с бойницами.

– Нет, – ответил Сивов. – Ты разве не знаешь, что пивной бизнес приносит немалый доход? Сначала чех (пивзаводом владеет чех) снимал где-то на окраине производственное помещение. Как дела пошли в гору, построил здесь свой заводик. Наверно, по существующим в Чехии канонам. Поэтому у него такой вид. Европейская архитектура! Готика!

Ветер, дувший со стороны завода, приятно пах хмелем.

Внутри торговая часть пивзавода была отделана под старину. Коптящие факела, воткнутые в стены (наверно, чех был коротко знаком с пожарным инспектором, курирующим район), дубовые лавки, тяжелые грубые столы. И стертые лица. Если б не современная одежда завсегдатаев и мобильные телефоны, лежащие на столах, то пришедшему могло бы показаться, что он совершил путешествие назад во времени и оказался в средневековом кабаке.

Несмотря на то, что пивом торговали пять продавщиц, очередь начиналась сразу на входе.

– Здесь быстро обслуживают, – обнадежил Сивов.

Действительно, не прошло и пяти минут, как медленный людской поток принес троицу к прилавку.

– Какое пиво желаете, судари?

– Какое есть?

Девушка-продавщица, одетая в белую блузку с коротким пышным рукавом, черную кофточку с вырезом на груди, зашнурованную тонкой кожаной ниткой, и красную юбку, показала на школьную доску, на которой мелом были написаны сорта пива и их стоимость.

– Ей чепчика не хватает для аутентичности, – прошептал на ухо Филатову Рогожин. – Натуральная фрау была бы. Откуда-нибудь из Кельна.

Роман читал названия сортов. «Билый кун», «Наш сладек», «Темне добже»…

– Какой сорт посоветуете? – спросил он у продавщицы и добавил. – Нам нужно слабое пиво, не более четырех процентов, светлое и нефильтрованное.

– Возьмите «Ящерицу», – ответила продавщица. – Сегодняшнее.

– Хорошо, налейте шесть литров.

– С вас девятьсот сорок рублей. К пиву чего-нибудь желаете?

– Нет, – ответил Роман.

– Плачу я, – сказал Сивов и протянул кредитку. – Есть повод. Поэтому ставлю.

На стене в подъезде дома Сивова красным маркером было написано: «Подумай! Что ты знаешь о деньгах?»

Филатов показал рукой на надпись и сказал, обращаясь к коллегам:

– Что это значит? Как думаете?

Сивов не ответил. Рогожин пожал плечами.

– В середине сентября, – начал рассказывать Филатов, – после того, как пропал Волков (он исчез первым, ты, Влад, знаешь), я ездил опрашивать свидетеля, вернее, свидетельницу. Поднимался по лестнице к ней в квартиру (лифтам не доверяю) и на стене увидел надпись «Герберт Уэллс был здесь». Через месяц опять к ней приехал. Поднимаюсь и вижу: «Герберт Уэллс здесь». Веселый народ у нас. Эрудированный. Только непонятно, что имел в виду писавший. И почему Герберт Уэллс? Почему из всех писателей-фантастов выбрали именно его? А это…