Чтение онлайн

12

цией. В толковом словаре Даля данное понятие отсутствует. Да это

и понятно. Монзиков родился, когда Даля уже и в помине не было.

Кстати, Петрович - специалист по бачкам и унитазам - любит назы-

вать кандибоберными неправильной формы гайки и разбавленную

водку.

*****

Be not surprised human

nonsense. It has no borders.

Each people has heroes.

Что это значит по-

русски – не знаю, но на анг-

лийском - звучит красиво!

Трамвайная история

Однажды, Александр Васильевич, стоя на посту, понял, что

даже у профессионалов его класса бывают серьезные упущения в

работе. Оказывается, штрафовать ведь можно и водителей автобу-

сов, троллейбусов, трамваев. Когда "горит" маршрут и водитель

опаздывает на кольцо к диспетчеру, то он с радостью отдаст без

квитанции свои кровные рубли. А как же иначе. Пассажиры нерв-

ничают, квартальная премия может накрыться. И все только из-за

того, что пожалел несколько рубликов инспектору.

В таких ситуациях платят все, не вдаваясь в подробности и

причины остановки.

Однажды, "работая по скорости" в паре с Кепкиным на пря-

мом, как стрела, пустынном и широком проспекте, Монзиков полу-

чил по рации сообщение о том, что водитель белых жигулей про-

ехал мимо Кепкина со скоростью 95км/ч. Перепутать жигуленка

было просто невозможно, т.к. было субботнее утро и машин - кот

наплакал. Монзиков решительно вышел к трамвайным путям и ос-

тановил двухвагонный трамвай, только что повернувший с сосед-

ней улицы. Молоденькая девчушка с удивлением смотрела на ин-

спектора ГАИ, который, раздраженно махая жезлом, что-то невнят-

но кричал. Минут через 7-8 девчушка поняла, что надо дать доку-

менты. Взяв в руки водительское удостоверение и путевой лист, Монзиков решительно направился через дорогу к стоявшей в со-

седнем скверике скамейке. Плюхнувшись на планшетку, он стал

воровато оглядываться по сторонам, безуспешно ища планшетку, на которой сидел. Из трамвая с шумом выходили женщины и пен-

сионеры, которые нещадно материли мэра, президента, демократов

и, естественно, молоденькую "водилу".

13

Накинув плащ, девчушка подбежала к инспектору.

–

Товарищ капитан, что же Вы делаете, а? Ведь я так не то, что

опоздаю, с маршрута сойду! Ведь пробка ж будет. Вы...

–

Тыыы... Тихо! Ну-ка сядь!
– Монзиков сурово глядел на сто-

явшую в полной растерянности девчушку, у которой начинали тря-

стись руки и губы.

–

Сейчас, вот, мы, это, составим протокол и, это! Понимаешь

мою мысль?
– Монзиков наконец-то нашел планшетку.

Вынув мятую бумажку, сложенную вчетверо, инспектор с

кривой усмешкой взглянул на кусавшую губы девчушку, которая

пыталась понять причину негодования инспектора.

Она бы и рада была ответить на вопросы гаишника, да не мог-

ла. Ей почему-то вспомнилась мать жены ее брата, которая 30 лет

отработала в должности инженера в одном из оборонных НИИ. Пи-

кантность истории была в том, что с образованием 10 классов ин-

женер за 30 лет не сменил ни стула, ни кабинета, ни большой фаян-

совой кружки, из которой раз по 10 в день она гоняла чаи. Манера

разговора была точь-в-точь как у инспектора ГАИ – набор слов, звуков и жестов.

Неожиданно на помощь пришел сам гаишник.

– Ты что же, это, летаешь, понимаешь ли, по городу? Столь-

ник! А?

– Как стольник, за что?
– глаза у девчушки расширились до бу-

тылочных донышек. Если бы не было ветра, то даже глухой мог бы

услышать частое хлопанье ресниц. Удивлению не было предела.

– Это, как это?
– вместо слов девица испускала невнятные зву-

ки.

– Ладно, ваньку-то ломать. Лучше скажи, как тебе больше

нравится штраф платить: на месте или по протоколу? Понимаешь

мою мысль, а?
– Монзиков силился найти год рождения в правах.

– А штраф-то за что?
– с изумлением промямлила водитель

трамвая.

– Так ведь стольник у тебя, понимаешь мою мысль? Догнала?

– Да нет у меня таких денег, да и не пойму я, почему вдруг

сразу стольник?

– Ты, что же это, издеваешься, понимаешь ли, а? Ты знаешь, что я могу? Лучше, давай по-хорошему, иначе будет по-плохому!

Вот послушай-ка, чего сейчас будет, - и Монзиков стал запраши-

вать Кепкина по радиостанции.

14

– Семь сорок один! Семь сорок один, я семь сорок один-а.

Прием. Как слышишь меня, прием?
– Монзиков запрашивал Кепки-

на, сидевшего в патрульном жигуленке с прибором контроля ско-

рости "Барьер-2" и передававшего в обе стороны движения нару-

шителей скоростного режима.

– На приеме семь сорок один. Семь сорок один-а, что хотел?
–

спросил Кепкин - победитель городского конкурса "Самый лени-

вый инспектор ГАИ".

– Семь сорок один, повтори нарушение.

– Девяносто пять.

– Принял. Ну что, теперь поняла, что дело - шварк?
– Монзи-

ков сочувственно посмотрел на водителя трамвая.

– Так ведь трамваи не летают!?
– девчушка уже с легким удив-

лением взглянула на гаишника.

– В том-то и дело! Я правильно говорю, а?
– обрадовался Мон-

зиков.
– Я же тебе тоже самое говорю, понимаешь мою мысль, а?

– Не-ет...
– уже перестав трястись, нерешительно ответила де-

вушка.

– Что нет? Ты ехала? Ты или где?

– Я ехала...

– Ты слышала, как семь сорок один повторил твое нарушение?