Чтение онлайн

А затем он выдал свое предложение. Он писал, что Блюмкины могли бы продать бизнес другой мебельной компании или кому-то из смежной отрасли. Но «у таких покупателей — вне зависимости от их обещаний — обычно имеются менеджеры, которым кажется, что они знают, как управлять вашим бизнесом, и рано или поздно они захотят приложить к управлению руку... У них собственный взгляд на вещи, и, хотя ваш бизнес будет, вне всякого сомнения, показывать отличные результаты, человеческая натура заставит их поверить, что именно их методы управления лучше».

Кроме того, существует и «финансовый маневр, обычно связанный с крупной суммой заемных средств, в результате которого ваш покупатель захочет перепродать ваш бизнес на открытом рынке или другому покупателю при первом удобном случае, — писал он. — Если единственный мотив владельцев состоит в том, чтобы продать то, что у них есть, за хорошие деньги и забыть об этом бизнесе, то каждый из вышеупомянутых типов покупателей может считаться вполне удовлетворительным... Но если продаваемый бизнес представляет собой шедевр, который вы создавали всю жизнь и который кажется вам частью вашего собственного “я”, с ним связаны ваши чувства, то у обоих типов покупателей проявляются серьезные недостатки...

Каждый покупатель будет говорить, что нуждается в вас. Если у него есть мозги, то вы действительно будете ему нужны. Однако по вышеуказанным причинам многие из них будут действовать не в ваших интересах. Мы же будем вести себя как обещаем — потому что мы серьезно относимся к своим обещаниям».

Баффет объяснил, что в случае покупки магазина он хотел бы, чтобы Блюмкины оставались его партнерами. Если бы кто-то из партнеров начал сожалеть о сделке, это обернулось бы разочарованием для всех, включая самого Баффета. Он сказал Луи, что хотел бы принимать серьезное участие лишь в двух вопросах — распределении капитала и определении методов и сумм вознаграждения руководителей.

Предложение Баффета имело и еще одну сильную побочную сторону. Он не был немцем. Немецкая компания предлагала за магазин свыше 90 миллионов долларов, но для миссис Би, проехавшей всю Азию в попытках избежать погромов, продажа любимого детища немцам была совершенно немыслимой. Блюмкины согласились продать свою компанию Berkshire, и Баффет приехал для заключения сделки в здание магазина, которое к тому времени разрослось до 18 000 квадратных метров. Там он столкнулся с Розой, разъезжавшей в трехколесной тележке для гольфа и кричавшей на сотрудников: «Вы ни на что не годны! Я бы не заплатила и десяти центов за всех вас, вместе взятых!» Луи и три ее зятя спокойно наблюдали за происходящим41.

«Я даже не собираюсь проверять состояние складских запасов, — сказал Баффет. — Миссис Би, я полностью верю всему, что бы вы ни сказали». Миссис Би посмотрела на своих зятьев, прислонившихся к стене. Один из них был выше остальных минимум на 30 сантиметров. «Норман женат на Франсис сорок один год, — сказала она. — Джерри женат на Сильвии тридцать шесть лет. Чарльз женат на Синтии тридцать девять лет. Я много раз говорила эти ребятам: “Если я что-то отдаю, то обратно уже не принимаю!”»

Ее дочери, владевшие 20% акций, отправили для подписания сделки своих мужей. Зятья не были дураками и знали, что смогут получить куда больше денег от немцев, чем от Баффета. «Она же просто зарычала на них: “Скажите мне, сколько вы думали получить от немцев, и я сама дам вам эту сумму”». Миссис Би хотела поделить деньги и выгнать их из компании, чтобы та досталась лишь одному Луи. А затем заявила, что цена за 90% акций компании составит 55 миллионов долларов. Кроме того, она сказала, что не разбирается в акциях и хочет получить деньги. «Они так и стояли молча у стены, но каждый из них думал: как только сделка завершится, мы получим свою долю и не задержимся здесь ни на минуту».

«Она по-своему любила меня и доверяла мне. Однажды определившись со своим мнением в отношении человека, она оставалась при нем навсегда». Баффет знал, что она принимает решения моментально, поэтому не особо рисковал. Тем не менее после подписания документов он сказал: «Если вы решите изменить свою точку зрения, я приму это без обид».

«Я не сказал бы этого ни одному другому продавцу в мире, но я чувствовал, что этот бизнес действительно был частью ее жизни. И если бы у нее появились какие-то сомнения в правильности своего шага, я не стал бы связывать ее по рукам и ногам. Она же ответила: “Я не меняю принятых решений”.

Выходя из магазина, я сказал Луи: “Я не очень хорошо понимаю акцент. Иногда совершенно не понимаю, что говорит твоя мать. Но недопонимание с ней было бы последним, чего я бы хотел в жизни”. А Луи сказал: “Не волнуйся, она сама тебя поймет”».

После того как сделка была заключена, Баффет сказал: «Миссис Би, должен сообщить вам кое-что важное. У меня сегодня день рождения». Баффету исполнилось 53 года. Она ответила: «Считай, что купил себе на день рождения нефтяную скважину».

У Блюмкиных никогда не проводился аудит, и Баффет решил не менять эту традицию. Он не стал принимать складские запасы по списку, изучать бухгалтерские счета во всех деталях. Они просто пожали друг другу руки. «Мы дали Миссис Би чек на 55 миллионов долларов, а она — свое честное слово», — сказал он42. И ее слово было столь же надежным, как Банк Англии. Тем не менее Баффет хотел убедиться в том, что у Розы нет сожалений по поводу сделки.

Составленный им контракт был образцом поведения по Карнеги. Он начинался словами: «Вы владеете 100% выпущенных акций компании Nebraska Furniture Mart, Inc. (NFM), управляющей крайне успешным бизнесом по торговле мебелью и утварью... Berkshire Hathaway, Inc. (Berkshire) в течение долгого времени искренне радовалась вашим достижениям и теперь предлагает настоящим купить у вас 90% выпущенных акций»43. Для объявления о сделке он созвал пресс-конференцию, на которой показал видеофильм об истории компании. Пока шел фильм, Миссис Би не сводила глаз с экрана44.

Баффет не только нашел очередной необычный тип человека для своей коллекции интересных личностей. Некоторые черты Миссис Би — неукротимая воля, история ее злоключений и сила характера — внушали ему благоговение359. «Дорогая Миссис Би, — писал он ей. — Я пообещал Луи и его сыновьям, что все члены семьи не будут испытывать тяжелых чувств относительно этой сделки ни через пять, ни через десять, ни через двадцать лет. Я даю такое же обещание и вам»45.

Баффет пообещал не только это. Миссис Би привыкла управлять компанией с позиций полного контроля и конфиденциальности. Она не хотела, чтобы Баффет начал «перетряхивать ее финансовое белье и задирать ей юбку». Он пообещал ей, что финансовые данные Furniture Mart не будут публиковаться отдельно от финансовой отчетности Berkshire Hathaway, направлявшейся в SEC, несмотря на то что этого требовало законодательство.

Баффет совершенно не беспокоился о том, что может получить от SEC отказ (точнее, что этот отказ получит кто-то из его подчиненных). Он был начальником, никогда не терявшим самообладания, не следовал капризам настроения, никогда не употреблял грубых слов, не предавал и не критиковал своих сотрудников, не навязывал им своего мнения и позволял им заниматься своим делом без лишнего вмешательства. Он действовал исходя из предположения, что если человек от природы достаточно толков, то способен сделать что угодно. Чарли Мангер говорил о нем: «Уоррен не подвержен напряжению, а способен сам его создавать». Дейл Карнеги подчеркивал, что людей нужно хвалить за то, что они делают, и Баффет отлично выучил этот урок. Он знал, как следует оценивать героические достижения своих людей в соответствии с принципами Карнеги.

В сущности, он говорил своим сотрудникам следующее: «Вы так хороши, что это задание не займет у вас много времени и не потребует много сил. И разумеется, я рассчитываю получить от вас результат с ближайшей почтовой корреспонденцией. Я верю, что вы сможете это выполнить, потому что вы чертовски хороши в своем деле. Для того чтобы заменить вас на работе, мне потребовалось бы не меньше трех человек»46.

Верн Маккензи, который только что разобрался с иском против Blue Chip, получил неблагодарное задание убедить SEC разрешить компании не применять свои обязательные правила в отношении Миссис Би — это позволило бы ей не раскрывать своих финансовых секретов акционерам Berkshire Hathaway. Он начал мучительное хождение по лабиринтам государственных инстанций, а Баффет подбадривал его комментариями о том, что это задание вполне ему по плечу47.