Чтение онлайн

В ходе переговоров в Берлине Молотов заявил Гитлеру, что "Советское правительство выразило свое неудовольствие тем, что без консультации с ним Германия и Италия гарантировали неприкосновенность румынской территории. Он считает, что эти гарантии были направлены против интересов Советского Союза". Гитлер ответил, что "Германия на определенное время не считает возможным отказаться от этих гарантий". Далее Молотов, используя германскую идею об английской опасности на Балканах, спросил Гитлера, "что скажет Германское правительство, если Советское правительство даст гарантии Болгарии на таких же основаниях, как их дала Германия и Италия Румынии, причем с полным сохранением существующего в Болгарии внутреннего режима". Отвечая Молотову, Гитлер заявил, что германо-итальянские "гарантии были единственным, что склонило Румынию уступить России Бессарабию без борьбы", обратил его внимание на экономическую важность румынских запасов нефти для Германии и Италии и отметил, что "само румынское правительство просило Германию взять на себя" защиту нефтеносных районов от Англии на время войны. "Запрашивала ли о таких гарантиях сама Болгария?" - поинтересовался Гитлер и отказался определять свою позицию до консультаций с Италией721 .

Несмотря на столь неудачное окончание переговоров по этому вопросу, 25 ноября 1940 г. СССР выразил свою готовность принять проект пакта Четырех держав при условии заключения советско-болгарского пакта о взаимопомощи и строительства советской военной базы в районе Босфора и Дарданелл. Не дожидаясь ответа Германии, Москва решила еще раз предложить Болгарии сближение. Со своей стороны, Германия также решила уточнить позицию Болгарии, и 14 ноября в Берлин был приглашен болгарский царь, который, посетив 17 ноября Германию и заверив Гитлера в своем согласии присоединиться к Тройственному пакту, настоятельно просил не торопить события. В тот же день, 17 ноября 1940 г. Молотов дал задание советскому полпреду в Софии "намекнуть", что СССР "способен гарантировать безопасность Болгарии" при сохранении "ее нынешнего режима и удовлетворении ее исторических требований". На следующий день Молотов лично уведомил болгарского посланника в Москве, что "если Болгария нуждается сейчас в какой-либо гарантии, то такую гарантию ей дал бы сейчас СССР", при сохранении внутреннего режима. 24 ноября в Москву был отправлен отрицательный ответ на это предложение722 .

Прибывший в Софию генеральный секретарь НКИД А.А. Соболев 25 ноября 1940 г. встретился с премьер-министром Б. Филовым и царем Борисом III, уведомив их о предложении СССР заключить договор о взаимопомощи, "который поможет Болгарии в осуществлении ее национальных устремлений не только в Западной, но и в Восточной Фракии", и осуществить поставки вооружения. "При условии заключения пакта о взаимопомощи с СССР отпадают возражения против присоединения Болгарии к известному пакту трех держав. Вполне вероятно, что и Советский Союз в этом случае присоединится к Тройственному пакту"723 . Борис заявил Соболеву, что "сейчас Болгария не чувствует" угрозы своей безопасности, и высказался за сохранение дружественных советско-болгарских отношений "без специальных демонстраций в этом направлении"724 . Одновременно СССР предложил Греции поставки вооружения и намекнул на готовность оказать поддержку Турции, стремясь удержать их от вмешательства в случае принятия Болгарией советского предложения725 .

Важное значение, придававшееся советским руководством этому демаршу, видно из зафиксированных в дневнике Г. Димитрова высказываний Сталина, который, объясняя секретарю ИККИ политику СССР в Болгарии, заявил 25 ноября, что "при заключении пакта о взаимопомощи мы не только не возражаем, чтобы Болгария присоединилась к Тройственному пакту, но тогда и мы сами присоединимся к этому пакту... Главное теперь Болгария. Если такой пакт будет заключен, Турция не решится воевать против Болгарии и все положение на Балканах будет выглядеть иначе. Предложение болгарскому правительству сегодня передано... Нужно, чтобы это предложение знали в широких болгарских кругах"726 . Руководствуясь указанием из Москвы, БРП развернула широкую кампанию по пропаганде среди населения советского предложения и его принятия. Хотя эта кампания первоначально носила узкоклассовый характер, она имела значительный резонанс и продолжалась вплоть до марта 1941 г. 30 ноября Болгария официально отклонила советское предложение, уведомив Москву, что еще до его выдвижения она начала переговоры с Германией о присоединении к Тройственному пакту. 7 декабря СССР сузил свои предложения до гарантий территориальной целостности Болгарии и ее интересов, но и это предложение было отвергнуто727 .

Англия и США одобрили отказ от советских предложений и продолжали давление на Болгарию, надеясь удержать ее на позициях нейтралитета. Со своей стороны Германия также усилила нажим на Софию, и 4 января 1941 г. в ходе германо-болгарских переговоров Берлин обещал обеспечить неучастие Болгарии в войне и согласие СССР на ее сближение с рейхом728 . С 5 января 1941 г. в Румынию стали прибывать немецкие войска, предназначенные для операции против Греции. Это сосредоточение вызвало шумиху в иностранной прессе, которая предполагала, со ссылкой на болгарские источники, что вермахт перебрасывается уже и в Болгарию с ведома и согласия СССР. 13 января было опубликовано заявление ТАСС, в котором отмечалось, что ни германское, ни болгарское правительства не обсуждали этих вопросов с СССР, и если эти слухи верны, "то все это происходило и происходит без ведома и согласия СССР"729 . На следующий день Берлин и София официально опровергли слухи о переброске вермахта в Болгарию, при этом Германия заявила, что никаких разногласий с СССР по болгарскому вопросу нет. Одновременно БРП получила из Москвы задачу вести активную работу против политики сближения с Германией, что было хорошим поводом для дискредитации правительства730 .

Тем не менее советское правительство решило уточнить этот вопрос. 17 января 1941 г. Молотов вызвал Шуленбурга и заявил ему, что, согласно имеющимся в Москве сведениям, германские войска, сосредоточенные в Румынии, вступят в Болгарию, Грецию и оккупируют проливы. Но Англия может попытаться упредить их, и это превратит Болгарию в театр военных действий. Советское правительство неоднократно заявляло правительству Германии, что "оно считает территорию Болгарии и обоих Проливов зоной безопасности СССР, ввиду чего оно не может остаться безучастным к событиям, угрожающим интересам безопасности СССР". Поэтому "советское правительство считает своим долгом предупредить, что появление каких-либо иностранных вооруженных сил на территории Болгарии и обоих Проливов оно будет считать нарушением интересов безопасности СССР"731 . В тот же день аналогичное заявление было сделано в Берлине советским послом В.Г. Деканозовым.

22 января Вайцзеккер принял советского посла в Берлине и сообщил ему ответ германского правительства. В нем германская сторона отвергала намерение Англии оккупировать проливы, но выражала уверенность, что Лондон намерен получить плацдарм на греческой территории. Это создает угрозу интересам Германии, которая решила препятствовать подобным попыткам Англии, о чем Гитлер говорил Молотову еще в ноябре 1940 г. Германия не намерена нарушать суверенитет Турции и интересы безопасности СССР. Для этой операции Германия концентрирует войска, но выведет их "после завершения своих операций на Балканах". Относительно советских предложений, переданных в ноябре 1940 г. в Берлин, было заявлено, что они изучаются странами Оси и Японией и в ближайшем будущем по этим вопросам будет возобновлен контакт с советской стороной732 . Деканозов при этом пытался узнать, "когда можно ожидать прохода германских войск через Болгарию в Грецию" и "является ли это решение окончательным", но ясных ответов не получил733 . 23 января аналогичное заявление было передано Шуленбургом Молотову, который заявил, что это сообщение следует понимать так, что "вопрос о проходе германских войск через Болгарию сам по себе решен окончательно, но осуществится только в том случае, если Англия расширит свои военные операции на греческой территории до больших, чем в данный момент, масштабов". Далее Молотов повторил довод советского правительства о зоне безопасности СССР734 .

В январе-феврале 1941 г. СССР неоднократно напоминал Болгарии, что его предложения все еще остаются в силе. Болгарское руководство понимало, что сближение с Англией означает втягивание в войну, а сближение с СССР чревато социальными переменами. Тем самым, по мнению Софии, вступление в Тройственный пакт представлялось меньшим из зол. 15 января Германия согласилась удовлетворить болгарские требования о получении выхода к Эгейскому морю, и 20 января Болгария решила присоединиться к Тройственному пакту на условиях невмешательства в англо-германскую войну и содержания Германией своих войск на болгарской территории. Однако под германским нажимом 2 февраля Болгария согласилась взять на себя расходы по содержанию частей вермахта, и в тот же день было подписано военное соглашение, по которому болгарская армия фактически ставилась под германский контроль. Однако, опасаясь ответных мер со стороны Англии, Болгария не спешила объявлять о своих намерениях. В середине февраля в Болгарии началась скрытая мобилизация и сосредоточение войск у югославской и греческой границ735 .

Тем временем ситуация в Средиземноморье изменилась. 9 декабря 1940 г. английские войска разгромили итальянские части, вторгшиеся в Египет, и, практически не встречая сопротивления, начали продвижение в Ливию. 13 декабря 1940 г. Гитлер утвердил директиву № 20, предусматривавшую захват Греции (план "Марита"). В конце декабря 1940 г. Германия предложила Греции не допускать расширения английского присутствия, но попытки Афин добиться германского посредничества в отношении Италии не удались. Согласно указанию ОКВ от 21 декабря 1940 г., для объяснения мер по сосредоточению германских войск на юге Румынии на ожидавшиеся запросы СССР "нужно давать ответ, что Германия не может согласиться на присутствие англичан и их закрепление на Балканах и что, кроме того, в связи с присоединением Румынии к тройственному пакту, она обещала встать на ее защиту. По этой причине созданная концентрация сил ни в коем случае не направлена против России; об этом свидетельствует уже само сосредоточение войск исключительно в Южной Румынии". Следовало также заявить, "что Германия не имеет никаких намерений против Югославии или Турции"736 . 7 января Турция предложила Болгарии переговоры о взаимном ненападении и непропуске иностранных войск, но болгарское руководство затягивало определение своей позиции, ожидая указаний из Берлина. 11 января 1941 г. Гитлер подписал директиву № 22, которой предусматривалось оказать содействие боевым действиям Италии переброской германских войск в Ливию и Албанию. 21 января в этот план были внесены изменения, и отправка германских войск в Албанию была отложена на неопределенный срок за счет ускорения переброски войск в Ливию737 .

Англия, стремившаяся удержать Грецию в войне, потребовала согласия греческого правительства на создание авиабаз в Северной Греции и начала проработку плана высадки войск на Балканах. Стремление Англии создать югославско-греческо-турецкий блок вынуждало ее активизировать свою политику в Юго-Восточной Европе. Однако в ходе англо-греческих переговоров 14-16 января 1941 г. греки потребовали высадки 8-9 английских дивизий. Когда же выяснилось, что Англия предполагает использовать 2-3 дивизии, греческое руководство, не желая раздражать Германию, 18 января отказалось от этого предложения, уведомив об этом Берлин. Столь же сдержанную позицию относительно английских предложений заняли Югославия и Турция. Со своей стороны СССР 4 февраля опроверг слухи о заключении тайного советско-турецкого соглашения, "по которому СССР обязался снабжать Турцию вооружением для противодействия возможной активности Германии на Балканах, и что в связи с этим в Москву выезжает турецкая комиссия для покупки оружия"738 . Новая попытка Англии расширить свое присутствие на Балканах была предпринята 8 февраля, когда вопрос о высадке английских войск вновь был поставлен перед Грецией. Хотя греческая позиция не изменилась, 10 февраля английское руководство приняло решение приостановить наступление в Ливии и начать подготовку войск к переброске на Балканы. В тот же день германские войска начали высадку в Триполи, а Англия разорвала дипломатические отношения с Румынией и предупредила Бухарест и Софию, что если вермахт вступит на территорию Болгарии, то английские ВВС нанесут удары по районам нефтедобычи, мостам и железным дорогам этих стран739 .

Тем временем Турция довела до сведения Германии, что не станет вмешиваться в балканские события, если ее интересы не будут затронуты. Формально Турция была связана обязательствами взаимопомощи с Грецией и Югославией в силу участия в Балканской Антанте, но согласно этому договору поддержка предусматривалась только в случае нападения балканской державы. Германия дала согласие на завершение болгаро-турецких переговоров, и 17 февраля 1941 г. была подписана болгаро-турецкая декларация о дружбе и ненападении. В прессе тут же появились слухи, что это соглашение подготовлено при советском участии, что было 23 февраля опровергнуто ТАСС. 19 февраля 1941 г. германское командование установило срок начала наводки мостов через Дунай (28 февраля) и вступления вермахта в Болгарию (2 марта)740 . В этой ситуации Англия решила проявить твердость, опасаясь, что ее пассивная позиция приведет к потере влияния в Греции, Югославии и Турции и вызовет неодобрение США. 21 февраля было решено высадить английские войска в Греции, согласия которой удалось добиться в ходе переговоров 22-23 февраля. Англо-турецкие переговоры 25-28 февраля 1941 г. показали, что Анкара продолжает уклоняться от участия в войне. Такую же позицию заняла и Югославия741 .