Чтение онлайн

— Да, — прошептал Миллер, — красиво. — Андреа окинул его долгим непроницаемым взглядом и вновь принялся изучать озеро.

Любопытство Гроувза в какой—то момент взяло верх над враждебностью.

— Что это за озеро, сэр?

Мэллори опустил бинокль. — Понятия не имею. Мария? — Девушка не ответила. — Мария! Что-это-за—озеро?

— Это водохранилище на Неретве, — сердито ответила Мария. — Самое большое в Югославии.

— Значит, оно имеет важное значение?

— Да. Те, кто его контролируют, контролируют центральную Югославию.

— И я полагаю, его контролируют немцы?

— Да, контролируют. Мы контролируем.— На лице Марии появилась торжествующая улыбка. — Мы — немцы — полностью отрезали подходы к нему. С обеих сторон — скалы. А вон там, на востоке, выше но течению ущелье блокировано плавучим заграждением шириной в 10 ярдов. И оно охраняется круглые сутки. А также сама дамба. Единственный способ добраться до водохранилища — по лестнице, которая крепится к скале с внешней стороны плотины.

— Очень любопытная информация... для воздушного десанта, — сухо заметил Мэллори. — Однако у нас другие, более срочные дела. Пошли. — Он посмотрел на Миллера, который кивнул и зашагал в обратном нанравлении вверх по склону, за ним двое сержантов, Мария и Петар. Мэллори и Андреа задержались на несколько секунд.

— Интересно, какая она из себя, — пробормотал Мэллори.

— Какая из себя — что?

— Внутренняя сторона дамбы.

— И лестница в скале?

— И лестница в скале.

С того места, где лежал генерал Вукалович, то есть с вершины высокого утеса, что на правой или западной стороне ущелья Неретвы, ему открывался прекрасный вид на лестницу, вделанную в скалу, и не только на нее, а на всю внешнюю сторону дамбы и на ущелье, которое начиналось у подножья плотины и тянулось на юг примерно милю, после чего исчезало за крутым поворотом.

Собственно дамба не превышала тридцати метров в ширину, однако была очень высокая и немного сужалась книзу, где через выпускные отверстия, проделанные в основании, пенистым потоком вырывалась вода. В восточной части дамбы на небольшом возвышении располагались контрольный пункт и две небольшие будки, одна из которых, судя по наличию солдат, охраняющих плотину, служила караульным помещением. Над строениями поднималась вертикальная стена ущелья, которая на высоте тридцати футов выгибалась вперед, нависая устрашающими уступами.

Недалеко от караульного помещения начиналась зигзагообразная железная лестница, выкрашенная в зеленый цвет и крепившаяся к скале при помощи вбитых в камень кронштейнов. Она опускалась на дно ущелья. Рядом с нижними ступенями пролегала тропа, ведущая далее в ущелье на расстояние примерно в сто ярдов, после чего резко обрывалась, упершись в гигантскую расщелину — результат древнего оползня. Отсюда через реку был переброшен подвесной мост, ведущий к другой тропе на правом берегу.

 Конструкция выглядела весьма ненадежной — старый шаткий деревянный подвесной мост, готовый в любой момент рухнуть под собственной тяжестью. Но еще хуже было само месторасположение мостика, которое, казалось выбирал человек с извращенной психикой, ибо над всем сооружением на высоте сорока футов нависал огромный валун, который, по всем признакам, не был надежно закреплен, и лишь отчаянные смельчаки рискнули бы задержаться здесь дольше не обходимого. Справедливости ради следует отметить, что иного места для строительства моста и нельзя было отыскать.

Вдоль реки пролегала узкая тропинка, усыпанная камнями. Она огибала место, которое вполне могло служить бродом, если бы не выглядело весьма опасным для жизни, и, петляя вслед за рекой, терялась из виду.

Генерал Вукалович опустил бинокль, повернулся к человеку, лежавшему рядом, и улыбнулся.

— Все спокойно на восточном фронте, а, полковник Янци?

— На восточном фронте все спокойно, — согласился Янци — невысокий моложавый человек с веселым, плутоватым выражением лица и неожиданно седыми волосами. Он переменил позу и посмотрел на север. — Но, боюсь, не очень спокойно на северном.

Вукалович повернулся и снова поднес к глазам бинокль. Улыбка сползла с его губ. Менее чем в трех милях под лучами утреннего солнца ясно просматривалось лесистое Зеницкое Ущелье, за которое в течение многих недель велись жаркие бои между оборонительными частями генерала Вукаловича под командованием полковника Янци и подразделениями наступающего 11-го армейского немецкого корпуса. То тут то там вспыхивали частые огоньки выстрелов, слева сплошной стеной к безоблачному голубому небу поднимались клубы дыма, а вдали не прекращалась ружейная стрельба, изредка заглушаемая артиллерийскими залпами. Вукалович отстранил бинокль и перевел взгляд на Янци.

 — Ослабляем силы противника накануне его атаки?

— Разумеется. Решающей атаки.

— Количество танков?

— Трудно сказать. Сведения противоречивые Мой штаб сопоставил разные данные и определил, что их сто пятьдесят.

— Сто пятьдесят!

— Так подсчитали. И по крайней мере пятьдесят из них — «тигры».

— Боже всевышний, хорошо бы оказалось, что в вашем штабе разучились считать. — Вукалович усталым жестом потер воспаленные глаза: он не спал уже две ночи. — Пойдемте посмотрим, сколько удастся насчитать нам.

Теперь шеренгу возглавляли Мария и Петар, а Рейнольдс с Гроувзом, явно не желая ни с кем общаться, замыкали цепочку, растянувшуюся на пятьдесят ярдов. Мэллори, Андреа н Миллер ехали рядом по узкой тропе. Андреа вопросительно посмотрел на Мэллори.

— Есть какие-нибудь соображения о причинах смерти Сондерса?

Мэллори мотнул головой. — Спроси что-нибудь по легче.

— А радиограмма, которую ты передал ему для эфира. Что там было?

— Рапорт о нашем благополучном прибытии в лагерь Брозника. Больше ничего.

— Психопат, — объявил Миллер. — Тот, кто орудовал ножом. Только психопат может убить из-за подобной причины.

— Может, он убил вовсе не поэтому,— тихо сказал Мэллори. — Может, он думал, что донесение совсем иного рода.

— Иного рода? — Миллер взметнул бровь так, как он один умел это делать. — И что за… — Он перехватил взгляд Андреа и осекся. Они с любопытством наблюдали за Мэллори, который замкнулся и ни на что не обращал внимания.

Как бы то ни было, подобное состояние Мэллори продолжалось недолго. Он поднял голову с видом человека, который принял определенное решение, окликнул Марию и натянул поводья. Они подождали, пока Рейнольдс и Гроувз не поравнялись с ними.

— У нас есть немало вариантов дальнейших действий, — объявил Мэллори, — и к лучшему это или к худшему, но я решил, что мы поступим следующим образом. — Он мимолетно улыбнулся. — Думаю, к лучшему, поскольку таким путем мы быстрее всего выберемся отсюда. Я переговорил с майором Брозником и узнал, что хотел. Он сообщил мне, что…

— Значит, все-таки раздобыл информацию для Нойфельда.— Если Рейнольдс и попытался скрыть нотки презрения в голосе, это ему совершенно не удалось.

— К черту Нойфельда, — горячо воскликнул Мэллори. — Партизанские разведчики обнаружили место, где под арестом содержатся четверо наших агентов.