Чтение онлайн

Потом, подумав, направился в спальню, нашел чистое постельное белье и перестелил. Возможно, излишне… Не возмутится ли Леонида, что он так бесцеремонно принялся хозяйствовать на ее территории, которая еще не стала их общей? Или, наоборот, будет благодарна? Скорее всего, свежее постельное белье пригодится, если Аркадий правильно понимал расклады. А расклады были такие, что их обоих тряхнуло от одного довольно скромного поцелуя. Вряд ли они всю ночь проговорят о делах!

Леонида вернулась, едва он закончил в спальне.

Уставшая, едва держась на ногах, хлопнула дверью в прихожей.

«М-да, — мелькнула мысль, — возможно, консумацию брака придется отложить по уважительной причине! Я все-таки не изверг, в таком состоянии в постели можно разве что спать!»

К его удивлению, Леонида буквально просияла, увидев его. Куда только девалась усталость! Она даже распрямила спину, широко улыбнулась, машинально поправила прядь волос за ухом — хотя что там поправлять, прическа у нее была стянута туже некуда.

— Уже освободился? А я думала, придется тебя ждать…

Самой естественной вещью на свете было шагнуть к ней, обнять, зарыться лицом в ее шею, вдыхая свежий цветочный запах — видно, приняла душ перед выходом с работы. Сразу же захотелось прижать крепче, попробовать губами на вкус… Секунду он сдерживал себя, просто по привычке, а потом понял, что это лишнее. Коснулся мягкой кожи ее шеи губами, потом, очень осторожно, языком.

Дыхание Леониды участилась, она как-то подалась к нему, тоже прижалась сильнее. Сказала тихо, без всякого возражения:

— Щёкотно…

— Я могу прекратить, — пробормотал он, почти не отрывая губ от ее кожи.

Она промолчала.

После этого само собой разумеющимся стало продолжать: немного прикусить кожу, самую малость, чтобы не до боли. Поцеловать снова, раскрытым ртом, горячо выдыхая. Слушать, как ее дыхание участилось еще сильнее, ощущать, как пальцы вцепились в ткань рубашки у него на плечах… Так просто? Он, видимо, с первого раза нашел эрогенную зону? Повезло…

Оторваться от ее шеи стоило немалого труда, и только затем, чтобы прижаться к губам. На сей раз Аркадий чувствовал себя увереннее, не то что во время их первого поцелуя: первый успех позволил опереться на эмпирические данные. Судя по тому, как Леонида с готовностью раскрылась навстречу, он все сделал правильно. Значит, можно углубить эксперимент…

Он «экспериментировал» несколько минут, потеряв счет времени, — судя по ее сбивчивому дыханию и тому, что она на нем почти повисла, весьма успешно. Да и у самого голова шла кругом, заставляя забыть о базовых вещах — например, о том, что его женщине должно быть удобно… А, да, точно.

Он подхватил ее под бедра, вновь вскидывая вверх, чтобы теперь она смотрела на него сверху вниз, а не наоборот. Отличная идея! Так ему открылся чудесный вид: во-первых, на лицо Леониды, раскрасневшееся, с запотевшими стеклами очков. Во-вторых, ее грудь, обтянутая тонким сиреневым свитером, оказалась в весьма удачном ракурсе. М-м, прижаться бы сейчас лицом… Нет, еще рано, наверное.

Вместо этого, перехватив ее одной рукой — какая же она все-таки легкая, почти неощутимая! — он потянулся и стащил с нее очки, откладывая их на тумбочку.

— Можно?

Она кивнула, закусив губу. Надо же, взгляд совсем поплывший! Аркадий чувствовал, что его собственное зрение тоже фокусируется с трудом (и в фокусе почему-то все время оказывается грудь его жены), а губы сами собой расплываются в счастливой, может быть даже глуповатой ухмылке. Ха! Неожиданный бонус! Аркадий был морально готов к тому, что их первые физические контакты будут сопряжены с разного рода неловкостью. Но все оказалось наоборот так легко… По крайней мере, пока. Он просто делал то, что ему хотелось, а она внезапно отвечала так, будто этого хотелось и ей тоже!

Если судить по тому, что он читал, обычно так не бывает.

Как же ему невероятно с ней повезло!

Главное теперь — не сорвать с нее одежду прямо здесь, в прихожей, и не взять жестко, прижав к стене; а такая фантазия пронеслась у него в голове. Это уже будет слишком и вряд ли понравится девушке в ее первый раз! Отложим, как вероятный сценарий на будущее.

— Ты есть-то хочешь? — спросил он.

Леонида будто его не услышала. Положив руки ему на щеки, она наклонилась и буквально впилась в его рот сама, прикусывая губы острыми зубками. Так, ясно. Отлично. Потому что Аркадий, честно говоря, сам не был уверен, что сможет спокойно сидеть за столом и есть — после такой-то встречи!

Разве что если разложит на этом столе саму Леониду…

Ладно, еще один сценарий на будущее.

Отлично, когда будущее есть.

Тем временем, пусть он пока не торопился касаться ее груди, у его рук были собственные идеи. Они словно бы независимо от головы осознали, что держат Леониду за стратегические места, и начали эти места поглаживать. Без всякого протеста со стороны их обладательницы! А что если…

Одной руки на такой смешной вес, как у его супруги, совершенно достаточно. Вторая скользнула под край сиреневого свитера, вверх по тонкой ткани футболки или кофточки, что там у нее… Нащупала упругий холмик, который неожиданно наполнил его ладонь целиком — ого, а ему-то казалось, что грудь у нее намного меньше его рук… Видимо, это смотря как взяться.

Опять ни малейшего протеста, наоборот, Леонида застонала ему в рот, а в его ладонь ткнулся затвердевший сосок. Как своевременно… Аркадий начал ласкать его пальцами сквозь два слоя ткани, чувствуя, как задрожали губы Леониды на его губах, каким сбивчивым стало ее дыхание. Вдруг она разорвала поцелуй и длинно, протяжно застонала.

Хм, а если так…

Он сжал ее грудь чуть посильнее, одновременно подкручивая сосок. Леонида вдруг ахнула, закусила нижнюю губу, схватилась за край собственного свитера и потянула его наверх. А вместе со свитером — сразу кофточку. Потом так же торопливо расстегнула и сбросила лифчик. Ого!

Да, в таком виде это зрелище нравилось ему еще больше! И если это не карт-бланш, то что?

Аркадий сделал то, что давно хотел: приник к ее груди губами. М-м, даже лучше, чем ему представлялось! Играл бы и играл языком, чувствуя, как твердеет сосок до каменной твердости, как дрожит под пальцами ее тело. А теперь повторить с другой стороны…

— Стой, стой! — вдруг услышал он.

Аркадий немедленно остановился, отпустил грудь жены, поднял на Леониду глаза. Нет, лицо все еще расслабленное, раскрасневшееся, не похоже, что он заигрался и сделал ей больно.

— У меня… Голова кружится, — сказала она. — В-высоко…

— По-моему, у тебя голова кружится не от этого, — сказал он, не сдерживая некоторого самодовольства в голосе.

— Ну допустим… Пойдем в кровать?

— Очень своевременное предложение.

Точно, не зря менял постельное белье! Как бы они сейчас успели?

Отрадно видеть, что его прогностические навыки уже начинают работать в семейной жизни!

…Вытянуться на кровати друг рядом, полностью обнаженными, радоваться телам друг друга, упиваться нежностью — все же это оказалось совсем иначе, чем он… нет, не представлял даже, а лишь мельком думал прежде. Разве он мог представить, как ощущаются ее маленькие ладошки на его груди, спине, бедра? Как меняется от возбуждения ее запах, становясь тяжелым, кружащим голову. Разве возможно было предсказать, какая она на ощупь — мягкая, сладкая… Влажная в средоточии женственности, соленая и требовательная на губах и языке.