Чтение онлайн

С конца сентября 1951 года начался новый этап «странной войны» ВВС с НЛО. Приказ об учреждении третьего проекта, правда, пока под тем же названием «Градж», был издан 27 октября, но реорганизация началась с первых же дней. Руппельту предоставлялась полная свобода действий. Лишь одно условие поставило начальство: воздерживаться от скоропалительных выводов и завиральных гипотез. Отбросив предвзятость, искать ответ для каждого случая наблюдения. Если же ответ не будет найден, донесение откладывать с пометой «неизвестный» для последующего изучения.

Такие условия Руппельту показались здравыми, он и сам считал, что с выводами торопиться не следует. Для сотрудников Руппельт ввел строгое правило: нейтралитет по отношению к летающим тарелкам. Ни «за», ни «против». Кто правило нарушит, должен покинуть проект. Беспочвенные домыслы и догадки о происхождении летающих тарелок также не поощрялись. Сначала освоить накопленную информацию, затем выносить суждения.

С легкомысленными терминами «диски», «тарелки» было покончено. Руппельт узаконил мелькавший в отчетах и докладах термин «неопознанные летающие объекты», или НЛО. Термин включал в себя всю необъясненную движимость, наблюдаемую днем в виде дисков, шаров, овалов, цилиндров, а ночью – в виде разноцветия огней.

Ввел он также новое определение НЛО. Несмотря на многие попытки заменить его или подновить, оно прочно держится по сей день. А звучит так: НЛО – это всякий обнаруженный в воздухе объект, который по своим летным, аэродинамическим характеристикам или необычным свойствам невозможно отождествить с известным типом самолета, ракеты или который не может быть опознан специалистами в качестве известного объекта или явления.

Разбирались возвращенные со склада груды архивов прежних проектов. Делались попытки упорядочить накопленную информацию, из хаотичных донесений составить указатели по цвету, размерам, очертаниям и другим признакам наблюдавшихся объектов. Сам наглядевшись и зная по рассказам, с какой поспешностью, с какими натяжками выносились заключения, Руппельт решил пересмотреть многие случаи наблюдения.

Следовало подумать о притоке новых донесений. Сложившаяся система оповещения была медлительна, неповоротлива. О новых фактах в АТИСе нередко узнавали месяц спустя. Офицеры разведки авиабаз, зная о критическом отношении начальства к летающим тарелкам, попросту замалчивали или придерживали такие сообщения. Какой смысл их посылать, если ВВС публично заявляют, что летающих тарелок не существует, что это всего-навсего галлюцинации или ошибочно опознанные земные объекты?

Позже Руппельт подсчитает, а доктор Хайнек цифру подтвердит, что лишь десятая часть наблюдений НЛО на территории США проходила по каналам военной разведки. Остальные девять десятых не попадали в картотеки АТИСа, даже если о них трубили печать и радио.

Брюзжащий «Градж» пробудился от спячки, фонтанировал идеями. Активность проекта поддерживали не только кипучая энергия Эдварда Руппельта и некоторых сотрудников, работавших еще в составе еретического «Сайн», таких, как Ред Хоннакер, Джордж Паузлс, Ник Пост, но и приток свежих, хороших, по слову Руппельта, донесений.

В марте 1952 года проекту было присвоено новое кодовое название – «Blue Book», или «Синяя книга».

У словосочетания «Синяя книга» несколько значений: сборник официальных документов о чем-то, путеводитель по чему-то или перечень чего-то. Любое из значений подходило для нового проекта. Но есть еще одно, типично американское. «Синяя книга», вернее – тетрадка в синей обложке, в американских колледжах выдается для экзаменационных работ. На студенческом арго в Америке и сам экзамен иногда называют «блю бук». Об этом значении и думал Эдвард Руппельт, недавний выпускник колледжа, когда подыскивал название проекту. На порученную работу он смотрел как на экзамен по теме НЛО.

За несколько лет сотрудники проекта налетали полмиллиона километров, а Руппельт удвоил свои две тысячи часов, проведенные в воздухе во время войны. Теперь, правда в качестве пассажира, он отправлялся в разные точки страны на расследование происшествий, на брифинги для командования и конгрессменов, для координации совместных действий с исследовательскими центрами.

В сентябре 1951 года из южных штатов поступили тревожные вести. Первым в папку легло сообщение из Альбукерке, штат Нью-Мексико, где все еще шалили зеленые болиды и где за ними охотились дозорные проекта «Туинкл». Но то было известие иного рода.

Сотрудник одной из корпораций, связанных с Комиссией по атомной энергии, прислал письмо. 25 августа 1951 года в сумерки он с женой сидел в саду, когда над их домом, на высоте восьмисот или тысячи футов, пролетел странный самолет, точнее, просто крыло самолета раза в полтора больше фюзеляжа бомбардировщика В-36. Пролетело стремительно, бесшумно, с севера на юг. Окраску различить не сумели, но запомнились продольные темные полосы да шесть или восемь пар огней на кромке крыла. К письму прилагался рисунок V-образного объекта, и была еще приписка: ввиду невероятности сообщенного автор решился довериться только проекту.

Руппельт навел справки: никаких испытаний новых летательных аппаратов в небе Нью-Мексико в тот день не проводилось. Личность автора письма подозрений не вызывала: солидный ученый, имевший доступ к сверхсекретной информации.

Вскоре из города Лаббока, соседнего штата Техас, пришло сообщение об ожерелье голубовато-зеленых огней, пронесшихся с северо-востока на юго-запад. Очевидцы, разумеется, ничего не знали о летающем крыле из Нью-Мексико, которое за двадцать минут до наблюдения в Лаббоке прошло над Альбукерке. Правда, имелось некоторое расхождение в направлении полета. Но приблизительная скорость крыла была такова, что за указанное время оно могло достичь Лаббока.

Со вторым письмом пришла газетная вырезка с фотографией: на черном небе клинообразное созвездие. Не требовалось большого воображения, чтобы в светящемся клине увидеть летящее крыло с горящими огнями на кромке.

Занятый перестройкой проекта, Руппельт смог выбраться в Лаббок лишь 6 ноября. К тому времени таинственные огни там видели около ста человек. А профессора Техасского технического колледжа – это они прислали письмо – их видели много раз. В своей книге Руппельт опустил имена профессоров, но сегодня они известны: декан инженерно-нефтяного факультета профессор У.-Л. Дакер; доктор А.-Г. Берт, профессор химии; доктор У.-И. Робинсон, профессор геологии.

Тихим вечером 25 августа они собрались на заднем дворе дома одного из коллег не столько для приятной беседы, сколько для наблюдений за метеоритами по разработанной программе. В 21.10 в небе показалось стремглав летевшее с севера на юг ожерелье из двадцати-тридцати голубовато-зеленых бусин, по светимости сравнимых с ярчайшими звездами, только бусины были крупнее. Считанные секунды оставались они в пределах видимости. Скорость была значительна, хотя высоту определить не смогли.

Профессора обсуждали необычное видение, когда часом позже оно повторилось. На этот раз огни летели не клином, а в беспорядке.

В течение трех последующих недель профессорская группа, усиленная докторами физики и астрономии, попыталась самостоятельно решить загадку. Немалого труда стоило уговорить редактора местной газеты, настроенного против летающих тарелок, поместить заметку о происшествии: нужны были подкрепляющие свидетельства и очевидцы.

Сама же профессорская группа за прошедшие три недели летучие огни наблюдала двенадцать раз! Случалось, дважды за вечер. Огни появлялись внезапно, под углом примерно в сорок пять градусов над северной линией горизонта. Исчезали на противоположной стороне на той же высоте и внезапно. Просто гасли.