Чтение онлайн

Она нарочно завела этот разговор, чтобы хоть немного приоткрыть завесу его тайн, хотя и не знала, с какой стороны подойти к данной ситуации. Она думала о том, чтобы расспросить его о прошлом, о жизни в Петербурге, памятуя о том, что пропавшая и якобы раненая женщина тоже из Петербурга.

– Да, у меня осталась в Петербурге целая жизнь, - признал Олег Матвеевич, - но какое это имеет значение? Большая часть моей жизни прошла здесь, и своих основных друзей я обрёл, будучи взрослым. О чём ты говоришь, милая?

– Я говорю о том, что ты мог бы дать мне немного свободы, -

вздохнула Матильда, понимая, что по части дипломатического допроса терпит полнейшее фиаско, и решила хоть что-нибудь выгадать из этого трудного для неё разговора.

– Об этом не может быть и речи, - твёрдо сказал Олег Матвеевич, изменившись в лице, - я тебя никуда не выпущу, - и на глаза девушки навернулись горькие слёзы.

– Папа, но почему? – прошептала она, схватив его за руку, - разве я тебя когда-нибудь о чём-то просила?

– Ты и так получаешь, что хочешь, - раздражённо ответил отец.

– Да, верно, - кивнула она, опустив глаза, но предательская слезинка всё же скатилась у неё по щеке, - если бы ты хоть на пять минут оказался на моём месте... Знаешь, папа, - вдруг заявила Матильда, глядя ему прямо в глаза, - ты, похоже, добиваешься, чтобы я стала трудным подростком. Тем более, я въезжаю в пубертатный период! Как тебе это понравится?

– А как ты думаешь... – Олег Матвеевич сдвинул брови, - тебе очень понравится мой ремень? Особенно при взаимодействии с твоей изнеженной кожей от воздействий грубой физической силы с моей стороны? – и девушка открыла рот от неожиданности.

– Ты будешь меня бить? – изумилась она, оторопев.

– Я буду тебя пороть, радость моя, - усмехнулся Олег Матвеевич, - но всё-таки давай не будем доходить до крайностей. Ты будешь меня слушаться, а я избавлю тебя от возможности прятать синяки под одеждой... Я надеюсь, мы пришли к консенсусу? – и Матильда прищурилась, исподлобья глядя на него.

– Я не хочу начинать с тобой войну, - ледяным тоном сказала она.

– Я тоже не хочу, - кивнул отец, приглядываясь к выражению её лица, - поэтому давай оставим всё, как прежде.

– А я не могу, - вдруг резко сказала Матильда, в упор глядя на него, - я всё время думаю о том, что сказали эти ребята, и мысль о том, что я дочь убийцы, сводит меня с ума и не даёт покоя. Из меня, словно весь воздух выпустили, и я не знаю, как буду потом жить с этим...

Ей так хотелось уязвить отца, поэтому она не стала говорить, что переживает от того, что просто не сможет без него жить. Она слишком любила своего отца, но, в тоже время, он так давил на неё своим авторитетом, что она решила в этом не сознаваться, она решила просто сделать ему больно. И попала прямо в самое больное место.

Лицо Олега Матвеевича исказилось, словно он съел лимон целиком.

– Дочка, не переживай... – начал он, взяв её за руку, - всё будет нормально, я обещаю тебе.

– Что – нормально? – вскинулась девушка, желая посильнее его щипнуть, - что я останусь без отца? Неполная семья – это не совсем нормально! Конечно, так живёт большинство семей в России, но я не желаю быть стадом баранов! Я хочу, чтобы ты был рядом.

– До сих пор я полагал, что значу для тебя гораздо больше, - медленно проговорил Олег Матвеевич, понимая, что дочь обиделась, и оттого

хочет сделать ему больно, но уже перегибает палку.

– А я – умелый манипулятор! – воскликнула девушка, закатив глаза, и отвернулась, сквозь слёзы глядя в стену.

– Я понял, - кивнул Олег Матвеевич, вставая с дивана, - когда остынешь, поговорим. Лучше помоги матери накрыть на стол, - и он ушёл, оставив вопрос повисшим в воздухе.

Из глаз девушки потекли горькие слёзы, сердце сдавила ледяная рука, и она плакала до тех пор, пока не стала задыхаться, и, вдохнув, с трудом выдохнула из лёгких остатки воздуха.

Послышался стук двери и весёлый смех братьев, девушка вскочила с кровати, и бросилась в ванную, умываться, а потом пошла на кухню.

– Ну, что? – спросила Светлана Эдуардовна, доставая из шкафчика тарелки, - вы не поссорились? – в её голосе сквозила тревога.

– Нет, вроде, - неуверенно отозвалась Матильда, - но папа всё равно зол.

– Зря этот мальчик так открыто демонстрирует свои чувства, - проворчала Светлана Эдуардовна, закатывая глаза, - словно ему нравится взвинчивать твоего отца. Хоть бы как-то по секрету.

– О каких секретах ты говоришь? – со вздохом воскликнула Матильда, - какие могут секреты, если он меня никуда не выпускает! Мне воли хочется... – и она горько вздохнула.

– Так попросила бы... – неуверенно проговорила Светлана Эдуардовна.

– Попросила, - кивнула Матильда, слабо улыбнувшись, и села крошить салат, - да только папа категорически против. Даже слышать об этом не желает! И что мне делать? – с немым вопросом она взглянула на мать.

– Ладно, не переживай, - с улыбкой ответила та, наблюдая за тем, как дочь нарезает свежие помидоры и перец, - он остынет маленько, и опять заведи эту тему, но уже аккуратнее.

– Аккуратнее – это как? – подозрительно осведомилась Матильда, ссыпая порезанные овощи в округлую стеклянную миску.

– Поаккуратнее – это, когда он будет в хорошем расположении духа, - пояснила Светлана Эдуардовна, - накорми его чем-нибудь вкусненьким из того, что он любит... Глядишь, и сменит гнев на милость.

– Попробую, - кивнула девушка, и остаток вечера прошёл относительно спокойно, без каких-либо происшествий.

Остаток вечера Олег Матвеевич копошился в интернете, занимаясь какими-то делами, а Матильда сидела рядом, на диване, и читала книжку. Незаметно для себя она уснула, и отец отнёс её в её комнату.

Матильда проснулась поздно, и, сев на кровати, выглянула в окно.

Хлопья снега кружились в воздухе, явно намереваясь, замести город до крыш, и девушка, откинув одеяло, встала с кровати.

Дома был только Матвей Аристархович, который читал Франца Кафке, сидя в удобном кресле с чашкой кофе на столике, и явно наслаждался моментом – тишиной и уютом старого дома.

– С добрым утром, дедуль, - воскликнула Матильда, появляясь перед ним, и тот оторвался от своего увлекательного занятия.