Чтение онлайн

Мы заметно пригорюнились:

– Кровавые слезы крайне типичны для Кровавого Морового Поветрия, – сказала я, – при виде них гарантированно начинается паника.

– Именно, Риате, – Тесме одобрительно кивнул мне. – А как ведут себя люди и нелюди в момент паники, можете себе представить. К тому же никто не подпустит вас к умершему в течение трех суток, так как… Дакене?

– Карантин, – мгновенно ответила Ригра.

– Совершенно верно. Итак, доступа к трупу мы не получаем, картину преступления составить нет и шанса, и как результат – определить проклявшего практически невозможно. Что касается произнесения самого проклятия, здесь все просто – магически заглушается речь для окружающих и используется звуковой тоннель для проклинаемого, вот почему использовать «Кровавые слезы» могут лишь маги.

Мы начали поспешно делать записи. Потом я решила спросить, подняла руку, дождалась молчаливого разрешения и задала вопрос:

– Магистр Тесме, а спасти проклятого возможно в случае своевременного вмешательства?

Преподаватель задумался. Затем подошел к тому самому стеллажу с той самой книгой, достал талмуд, раскрыл, просмотрел оглавление, а нам скомандовал:

– Открываем вторые тетради, находим двести вторую страницу и видим… Адепт Хойде?

– Заклинания противодействия.

– Совершенно верно, на полях вносим изменения: первая строка – восходящая тональность, восходящий энергетический поток, пятое слово от конца строки «энуэро». Шестая строка, восходящая тональность, нисходящий энергетический поток, меняем слово «нурро» на «эдвеэ нгесе». И внизу, опять же на полях, рисуем знак закрепления на энергетическом уровне. При выполнении домашнего задания перепишете полностью и оформите соответственно. Сейчас же добавьте срок – не более четверти часа после произнесения проклятия, позже сделать уже ничего нельзя.

Когда все было тщательно записано, Тесме подошел к доске и вывел большими буквами: «Полное молчание».

Мы замерли, уже предчувствуя нечто оригинальное, и магистр оправдал наши ожидания: «Проклятие Забвения – ХагаэроТшха» – вывел он четким уверенным почерком на доске.

«Уровень девятый, отсроченное воздействие» – у нас дыхание перехватило, восторженно записываем в тетрадь.

«Требование – магия уровня мастер-маг, магистр, архимаг» – мы знали, что это означает необходимость выстраивания блока, иначе проклятие воздействует и на проклявшего. А потому произносить даже отдельные его фразы строго запрещено, ибо чревато.

– Вы уже сталкивались с проклятием Забвения на лекциях по Бытовым проклятиям, – начал Тесме, – и, возможно, полагаете, что отличие лишь в степени сложности. Это не так. Забывайки, которые иной раз используют в народе, не смертельны. Это, – он указал на доску, – заставляет жертву забыть, как двигаться, есть, спать… иной раз даже дышать. Страшно?

Мы кивнули, потому как действительно жутковато.

– Крайне любопытное проклятие. – Тесме заложил руки за спину и, чуть раскачиваясь, продолжил: – Выявлено не так давно путем любопытного исследования, проведенного в качестве дипломного проекта в Школе Искусства Смерти. Вообще от самого основания лордом Эллохаром данное учебное заведение стало лидером в области научных исследований, однако… у вас, дорогие мои, есть шанс превзойти адептов Смерти, и я жду предложений по темам ваших дипломных работ уже в следующем семестре. Полагаю, каникулы будут достаточно продуктивным временем для появления новых идей. Но вернемся к проклятию. Поговаривают, история начала проведения исследований была прозаична: лорд Эллохар, вы все его видели и явно не забыли, такие личности не забываются, посетил старого друга и был неприятно поражен его рассеянностью. Старческое слабоумие, скажете вы? И будете правы в девяноста случаях из ста, но… в том-то и дело, что есть те самые десять случаев, которые вызывают сомнения. Известно, что сознание развивается, пока его активно кормят, и пища здесь одна – новые знания. Пока личность обучается, личность живет. Так вот друг магистра Эллохара не относился к прожигателям жизни, это был видный сановник, весьма остроумный собеседник и известный в узких кругах специалист. И магистр Смерти заподозрил неладное в неожиданной забывчивости того, кто ранее часами мог рассказывать стихи или цитировать речи выдающихся магов. Лорд Эллохар привез друга в свое учебное заведение и отдал его на растерзание пяти адептам, специализирующимся на умственной активности и ее погашении. Вы же знаете, что адепты Школы Искусства Смерти изучают не только смерть, а тут столь интересное задание, как гибель личности. Работа продолжалась пять лет, пока один из адептов случайно не обратил внимание на капельку воды, заключенную в кулоне, носимом этим самым лордом. Кулон вскрыли, капельку изучили, и выводы оказались ошеломительными – кристаллы проклятия!

Мы все слушали, затаив дыхание, и даже пошевелиться боялись.

– Да-да, – Тесме улыбнулся, – данный лорд оказался проклят. В поиске проклявшего принимал участие я сам, небезызвестный вам магистр Тьер и те самые пятеро адептов, которые, собственно, и занимались данным дипломным проектом. Но именно лорд Тьер, да, я не зря его упомянул, обнаружил тайник в стене, а в нем книгу человеческих заклинаний. Как раз в ней хранилось описание этого самого проклятия.

– А кто проклял? – не выдержала я.

– Проклял? – Тесме призадумался. – Скорее убил. Там мутная история. Человеческая девушка из одного прибрежного королевства была похищена троллями и продана в качестве рабыни в дом этого самого лорда. А тот охотник был до милых мордашек. Кто его знает, что и как, но рабыня отомстила весьма жестоко, применив, казалось бы, слабенькую магию. Никогда не забуду момента, когда ее обнаружили… Ну да не в этом суть, суть в проклятии, оно получило распространение.

Я опять не удержалась:

– Проклятие личной рабыни получило распространение? Как? – Да это у меня в голове не укладывалось. – И откуда девушка, не связанная с темной магией, могла знать о проклятии девятого уровня, их накладывают… да вы же знаете как, но откуда она могла знать?

И очень спокойный ответ магистра:

– Риате, увлечение частным сыском – это замечательно, но не стоит слишком увлекаться!

Такого от Тесме не ожидал никто. Вообще. Обычно магистр всегда адекватно реагировал на вопросы.

Он увидел наши шокированные взгляды и пояснил:

– Дело закрыли, исследования нет. В дальнейшем было выявлено еще несколько подобных случаев, путем допроса подозреваемых установлена схема проклятия. Но… невероятная сила слов грозит каждому произнесшему слова проклятия вслух. А теперь записываем.

Сижу записываю и не могу отделаться от мысли, что наказали не особо виновную рабыню, ведь кто-то обучил ее… А возможно, кто-то просто использовал созданное ею и произнес проклятие? А что, если магистр Эллохар, который не особо хорошо относится к императору и его семье и имеет таких же друзей, которые тоже не особо поддерживают правящую династию? А если данный сановник был крайне невыгоден императору? А что, интересный способ убирать неугодных…

– Риате! – Как Тесме оказался за моей спиной, ума не приложу. – Вернитесь с небес на землю, у нас лекция, а я не забыл, как вы семь раз пытались мне сдать зачет… И вам могу напомнить.

– Простите, – пролепетала я и начала записывать.

– Дара! – Стоя посреди своей комнаты, понимаю, что обед пропущу, и потому доедаю невероятно вкусные пирожные «Нежность рассвета». – Дара, ну пожалуйста!

Под ногами мурлычет пузатенький Счастливчик, ему тоже одно пирожное досталось, и теперь он хотел еще. Я бы дала, но он маленький, вдруг ему плохо станет.

– Дара, ну я тебя очень прошу! – И знаю ведь, что слышит.

Действительно слышала:

– Принесу… за поцелуй.

– Л-ладно, но… зачем тебя целовать?

– Не меня, – ответил мерцающий воздух.

То есть на лорда-директора намекает.

– Нет! – обиженно дожевываю пирожное.

– Твой выбор. – Воздух медленно гасит сияние.

– Ладно!

– Сама поцелуешь, – потребовала вернувшаяся Дара.

– Сводница! – возмутилась я.

– Я не настаиваю, – протянула вымогательница возрожденная.

Пришлось сдаться:

– Хорошо, ладно, все, что угодно… Принеси книгу.

– Все, что угодно?