Чтение онлайн

От любви до ненависти - один шаг, гласит популярная поговорка. Архангел же вывел для себя обратную закономерность: один шаг от ненависти до любви. И он этот шаг сделал.

Шагнув навстречу Марии, он заключил её в свои объятия.

– Всё будет хорошо, Машенька, всё будет хорошо!
– шептал он, проводя рукой по её шелковистым волосам.

– Как мы отсюда выберемся?
– с тревогой спросила его Мария. Она прекрасно понимала, что если проникнуть в этот особняк было очень сложно, то выбраться из него было сложнее в десятки раз. Вся охрана Ворона уже на ногах, в коридоре раздавался топот ног, слышались выстрелы и крики раненых.

– А я здесь не один!
– улыбнулся Архангел, взглядом показывая на окно. Обернувшись, Мария потрясённо охнула: за окном на верёвке альпинистского снаряжения свисал Дмитрий. С весёлой улыбкой подмигнув Марии, он поторопил их:

– Скорее, наше время на исходе!

– Потом мы всё объясним!
– пресёк её вопросы Архангел, и обняв Марию за талию, тихо сказал: - Прижмись ко мне и ничего не бойся!

– Задание выполнено, отходим!
– Дмитрий по рации отдал приказ Воинам Света и удовлетворённо кивнул головой, когда очертания фигур Архангела и Марии медленно растаяли в воздухе.

***

– Неужели Дмитрий жив? Ты помогла его вылечить? Однако! Впрочем, это ненадолго, - задумчиво бормотал Ворон, сканируя разум Ники.

– Что? Старейшины знают, где Мария?
– поражённо воскликнул маг, увидев в сознании девушки момент, когда этим утром она подошла к дверям Тронного зала и услышала разговор Саймона со старейшинами.

На поясе мага внезапно запищал мобильный телефон, и ещё до того, как взять его в руки, Ворон уже знал, кто звонит и какую новость ему сейчас сообщат.

– Мария...
– шёпотом процедил он сквозь зубы.

Вскочив с кресла, Ворон нервно заходил по комнате, затем, приняв какое-то решение, жестом подозвал к себе Велдона. Ника видела, как маг даёт какие-то указания своему слуге, а затем фигура главы Обители Тьмы бесшумно растворилась в воздухе.

– Так на чём мы остановились?
– ехидно поинтересовался Велдон, надвигаясь на девушку, потирая свои огромные волосатые руки и пожирая Нику плотоядным взглядом.

И то, что Ника увидела в его маленьких, свинячьих глазках, заставило девушку поёжиться от нахлынувшего на неё ужаса.

***

Алекс очнулся от адской головной боли. Он был совершенно без сил, а боль усиливалась с каждой минутой. Очевидно, прошло много времени, прежде чем к нему вернулось сознание. Он всё ещё находился в подвале. Руки, прикованные цепями к бетонной стене, затекли настолько, что Алекс их уже не чувствовал. Сконцентрировавшись, он попытался вернуть им чувствительность с помощью своей энергетики, но очень скоро понял, что в результате "общения" с Амадеем он не в состоянии собрать даже самый маленький энергетический лучик.

Перед глазами всё плыло, и Алекс с трудом сфокусировал взгляд на стоящем напротив пустом кресле. Вдруг перед ним заколыхались концентрические круги воздуха и стали проявляться очертания серой фигуры. Ворон, материализовавшись напротив Алекса, уселся в кресло.

– Как вижу, ты ещё держишься! Похвально...
– отметил глава Обители Тьмы.
– Твоя девчонка - тоже крепкий орешек. Да, она у меня, и я уже имел удовольствие немного с ней пообщаться, - с улыбкой сообщил Ворон, наблюдая, какую боль и тревогу вызвали его слова у Алекса.

Ворону было не интересно просто убить своего сына. Ему хотелось помучить его, проверить на прочность его характер и заставить страдать от невыносимой боли. Виктор по своему опыту знал, что боль физическая - ничто по сравнению с болью душевной. Этому его научила Мария. Он хотел сломать Алекса. А сделать это можно было только одним способом - растоптать их с Никой любовь.

– Вначале я попытался соблазнить её с помощью своей энергетики. Ты знаешь, как это делается, - улыбнулся Ворон, с наслаждением наблюдая, как побелело от этих слов лицо Алекса.
– Она стонала от желания в моих объятиях и таяла от моих поцелуев.

– Я не верю тебе, - глухо процедил сквозь зубы Алекс.
– Это ложь.

– А я тебе покажу! Просто удивительно, сколько тайн скрывается в её хорошенькой головке! Я покажу тебе правду о ней!
– усмехнулся Ворон, вставая с кресла. Подойдя к Алексу, он положил свои руки ему на голову.
– Смотри!

Видения, одно за другим стали волнами просачиваться в мозг Воина Света. Он увидел Нику, его Нику, в объятиях Ворона. Она тяжело дышала, её грудь вздымалась от страсти, а Ворон покрывал её тело поцелуями, от которых она запрокинула назад свою белокурую голову, прикусив губу от переполняющего её желания.

Следующая картинка - скорчившееся на полу беспомощное тело, которое ногами избивает Велдон. Алекс увидел лицо Ники в тот момент, её глаза, полные боли и отчаяния, её разбитое, окровавленное лицо, и из его груди вырвался глухой стон.

– Это лишь цветочки, Алекс! Смотри, что было раньше...

И Алекс увидел... Ника и его лучший друг Дмитрий целуются в спортзале... Ника в постели с Саймоном, и на её лице выражение такого счастья и наслаждения, что сердце Алекса было готово разорваться на части... Обнажённая Ника в объятиях Редфорда, и её тело со страстью отзывается на его ласки...

Лицо Алекса перекосилось от нечеловеческой боли и из его груди вновь вырвался стон, полный отчаяния. Всё самое светлое, самое святое, всё то, ради чего стоило жить и бороться было растоптано в один момент...

– Убей меня!
– с мольбой прошептал Воин Света, и на лице главы Обители Тьмы появилась довольная улыбка...

***

Очень медленно к Веронике возвращалось сознание. Но вместе с ним возвращалась и боль. Она почувствовала, как волны боли, одна за другой, подобно цунами, накрывают её избитое, истерзанное тело. Голова кружилась и раскалывалась на мелкие кусочки, от побоев на теле девушки не осталось живого места, из раны на виске и разбитой губы всё ещё сочилась кровь, два пальца левой руки (мизинец и безымянный) были сломаны. Но больше всего досталось её почкам, и от нестерпимой, пульсирующей боли в пояснице хотелось лезть на стенку. Что, впрочем, было невозможно, так как оказалось, что её положили на какую-то кровать в мрачной комнате без окон и связали. Её руки и ноги были разведены в стороны и привязаны к спинкам железной кровати настолько крепко, что она практически не могла пошевелиться.

Ника с огромным трудом удержалась, чтобы не расплакаться от боли и отчаяния. (- Всё пропало! Мне уже не спасти Алекса, и самой отсюда живой не выбраться! Какая же я дура! Я сама во всём виновата! Я должна была действовать, что-то предпринять, когда гоблины Ворона пришли за мной к Редфорду! Он бы меня поддержал! Но теперь всё кончено! Прости меня, Алекс, прости, любовь моя!
– думала девушка, с трудом сдерживая слёзы).

Но тут словно какой-то голос из глубины её сознания произнёс: - Ты не должна сдаваться! Борись! Верь в себя, как верил в тебя Алекс! Ещё не всё потеряно! Ты сможешь! Ты Воин Света! Не смей сдаваться!