Чтение онлайн

Место рождения смеха

Не меньше, чем нестройно спетую колыбельную, младенцы любят вовремя придуманную шутку и находят ее бесконечно смешной. «Вовремя» – значит, с пониманием того, сколько именно сенсорной информации в данную минуту может вынести ваш малыш. Ваши первые шутки будут основываться на физических ощущениях и звуках. К двум месяцам младенец начнет улыбаться вам в ответ и копировать вашу мимику, если вы, например, высовываете язык. Но, как и в любых возбуждающих занятиях для детей, грань между страхом и удовольствием очень тонка. Немного переборщите, в том числе со щекоткой, – и получите протест и даже слезы, а одно и то же глупое похрюкивание вызовет смех, если будет нежным и тихим, или сильную тревогу, если покажется малышу слишком громким.

Шумно поцеловав животик своего пятимесячного младенца, вы услышите смех, который обязательно будет сопровождаться восторженными движениями глаз, ножек, игривым выражением лица. Еще! Сделай так еще! Ваш малыш растет, учится ходить, и в это время его веселят все формы физических и словесных выходок. Взрослый ползает по полу, лает, шумно нюхает воздух, сворачивается клубочком, как щенок. Или просто высовывает голову из-за двери и говорит: «Бу!» Восторг! И теперь уже сам малыш начинает пробовать свое чувство юмора. Мама спрашивает: «Где у тебя носик?», а он показывает на пятку и улыбается во весь рот. А рассмеется ли мама, если я вместо шляпы надену на голову дуршлаг? А если вылью молоко прямо на пол со своего высокого стульчика? Ой. Кажется, разозлилась. Тогда, может, ее повеселит то, как миска с кашей пролетит через всю кухню? М-м-мда. Непростая публика. Наверное, я паузу слишком затянул!

Некоторые дети просто прирожденные шутники. Во время смены подгузника после того, как ребенок сходил «по-большому», полуторагодовалый сын моей подруги нечаянно испачкал палец. Он немедленно протянул его маме и радостно скомандовал: «На, попробуй!»

Одна двухлетняя девочка буквально лопается от смеха, когда неправильно произносит имена. Брата Джека называет Мэком, вместо папы говорит Дапа. Другая говорит своей маме: «Эми Расселл, ну ты и крендель!» В конечном счете многие дети в возрасте до трех лет становятся довольно хитренькими.

В самом раннем детстве дети очень ценят взрослых, которые не жалеют времени на то, чтобы немного паясничать: притвориться, что упал, или обо все спотыкаться, смешно пародировать героев мультфильмов или демонстрировать всевозможные глупые походки, немного перегибать с реакциями, например кричать «О не-е-ет!», когда плюшевый мишка падает на ковер. Чудесная публика, как легко завоевать ее любовь! Вам гарантирована главная сцена, сойдет любая, даже самая банальная клоунада, а еще ведь можно придумывать всякие штуки, чтобы заманить маленького упрямого капризулю за стол.

Связь между твердой пищей и развитием речи

Когда я спросила подругу, много лет проработавшую педагогом в детском саду, можно ли сказать, что ее сегодняшние воспитанники чаще страдают задержками речи и артикуляции, чем в прежние годы, она эмоционально воскликнула: «Да!» [10] . Она сказала, что все вокруг винят в этом электронные гаджеты, но не многие осознают, что проблема в том числе заключается в популярности пакетированного пюре из фруктов и овощей. «Дети приходят в школу, посасывают на ходу завтрак, а на обед их снова ждет упаковка сливового пюре и киноа. При этом они впадают в какой-то транс, свойственный младенцам, и за столом царит практически полная тишина».

В освоении языка существует чисто механический аспект, и эта механика развивается в унисон с когнитивной готовностью малыша. Так природа перестраховывается, чтобы все было синхронизировано: движения челюсти, языка, щек, рта и губ, которые позволяют ребенку есть твердую пищу, совпадают с движениями, обеспечивающими речевое развитие. Мышцы, благодаря которым мы говорим, напрягаются, когда мы жуем и глотаем. Все время, пока ребенок переходит от робкого поиска соска при рождении к более активному сосанию, а затем и поеданию первой кашицеобразной твердой пищи в возрасте от четырех до шести месяцев, он готовится произнести свои первые слова.

Определенные ключевые вехи в развитии речи напрямую коррелируют с важными изменениями в пищевых привычках ребенка. Например, умение пить из чашки (а не поильника или бутылочки) неразрывно связано с умением произносить звуки, которые требуют вытягивания губ вперед (таких как английский звук [w]), а способность перемещать пищу во рту одновременно позволяет малышу правильно произносить слова [11] . Несмотря на то что пакетированные пюре очень удобны – и нет ничего плохого в том, чтобы иногда предлагать их ребенку на перекус, – наблюдения за детьми в детских садах подтверждают то, чем поделилась со мной моя коллега. Злоупотребление протертыми или пюрированными продуктами тормозит речевое развитие детей.

Пюре – весьма жалкая альтернатива в богатом мире кулинарии. Согласно общим нормам, дети в возрасте от одного года должны уметь сидеть в кресле для кормления за общим столом и есть то, что ест семья, с минимальными модификациями. Семейный обед – идеальное время для развития разговорных навыков, но и из обеда, в котором участвуют только двое, двухлетний карапуз и один из взрослых, можно извлечь много пользы: учиться определять вкусы, текстуры и цвета; обсуждать, почему одни продукты «ням-ням», а другие – «фу»; и разговаривать о разных временах года за миской клубники или тарелкой тыквенного супа.

И кто это у нас молчит?

Музыкальность родительского языка – это нечто естественное и универсальное, но количество времени, которое родители затрачивают на беседы с младенцами, может сильно отличаться. Многие считают, что петь песни или рассказывать сказки не так важно, как обеспечить ребенка теплом, питанием и отдыхом. Иногда дело вовсе не в приоритетах, а в темпераменте. Мама может быть спокойной по натуре, а папа, допустим, стесняться вслух разговаривать с ребенком, который в силах ответить разве что «агу». Другие родители, видя, как внимательно малыш следит за сменой выражения лица и как радостно реагирует на легкие физические контакты, считают, что такое взаимодействие с ребенком вполне полноценно и в целом достаточно.

А возможно, родителей отвлекает более приятный и требовательный компаньон – смартфон. Звуковой сигнал и уведомление на экране немедленно рождают импульс отреагировать на них, в отличие от робких приглашений младенца поиграть с ним. А ведь ничто на экране не способно подарить вам такой личный и мимолетный опыт. Я говорю «мимолетный», потому что именно сегодня ваш малыш любит слушать ваши песенки и шутки, а когда ему исполнится четырнадцать, все изменится.

Ограничение на использование смартфона в присутствии ребенка – это здоровая привычка, потому что дети учатся говорить тогда, когда взрослые с ними разговаривают, или тогда, когда они имеют возможность слушать разговоры взрослых. Для того чтобы эта схема работала, нужно, чтобы ребенок слышал обоих участников беседы. Когда же он слышит только половину разговора, у него формируется не целостный образ беседы, а именно контекст, посыл, ритм разговорной речи и обмен репликами, паузы, которые возникают, пока один из собеседников слушает другого. Вместо этого малыш слышит восклицания, фразы в произвольном порядке или части предложения. Тем временем собственные попытки ребенка поговорить с занятыми родителями (он вскрикивает, показывает на что-то пальцем или пинается ножками) остаются незамеченными.