Чтение онлайн

Марсен улыбался привычной улыбкой победителя. А вокруг него парило сразу несколько артефактов доктора Фауста [12] . Я была слишком шокирована, чтобы сразу среагировать. Но это была я. Я преподаватель. Я маг. Я магистр. Я Анрика Ива-Нова. Снежная королева. Осознание произошедшего снесло любой стыд, убило и уничтожило во мне женщину. Проснулось чудовище. Не на такую реакцию рассчитывал студиус. Иначе был бы готов. Иначе попытался бы помешать. Теперь психопата напоминала я. Пока он кривлялся и сыпал комплиментами, я спокойно поднялась, отряхнула юбку, вытерла влажные пальцы об остатки от верха платья. И гадать не надо, почему влажные: я ласкала себя, а думала, что это Марсен. Он менталист. И сильный. А я дура. Его дело следовало изучить еще в первые дни учебы. Иначе бы знала, что этот мальчик может подложить вот такую свинью. Качественное, безупречное внушение. Что ж, хотя бы по одному предмету его высшие баллы заслужены.

— Атра энега. Говидо стап. Вулсия.

С каждым словом заклинания, я делала шаг навстречу своему мучителю. С каждым моим шагом с его губ сползала улыбка. Вот он побледнел, несмотря на загар. Задорный блеск глаз стал лихорадочным. Он узнал заклинания. Артефакты вокруг вспыхнули, задымились и упали мертвыми мухами. В моих руках появилось две сферы. Тонкого стекла из сверхматерии, воплощение моей силы и воли. Клетка и наказание для зарвавшегося гаденыша. Я могла бы убить. Но это неразумно. Куда деть тело? А сколько есть возможных свидетелей, что он отправился ко мне? Другое дело изъятие силы. Надо было учиться лучше, мальчик. И не надо было доводить меня до крайних мер. Очень крайних мер. То, что я сделала, было также противозаконно, как и шантаж мальчишки. Гнев завладел мной, подчиняя рассудок. И темная сила вырвалась наружу. Да-да, я темный маг первой категории. Лучший специалист в этой области. Жаль, что большинство моих знаний и умений вне закона, а допуск к работе с моим даром теперешние правители выдавали мне раз в год под присмотром придворных (в очень ограниченном количестве) магов.

— Что, студиус, все случилось немного не по плану? — Я язвила без стеснения. Но мразь оказалась умнее.

— Не по плану. Признаюсь, удивила. — Он обошел меня, встал за спиной и издевательски накинул на меня свой пиджак. Издевательски, потому что любое его движение теперь и отныне я воспринимала только так. — Но это поправимо, Рика. Небольшая коррекция, и все будет хорошо. У меня хорошо. А у тебя — зависит от тебя.

— Что? — Нет, мне послышалось. Его сила у меня, а он мне опять угрожает? Безумец! — Мальчик, ты болен? Лихорадка? Семейное безумие коснулось и тебя?

Замер. Спина ровная, плечи напряжены. Сжимает кулаки. Я продолжила нападение. Нет страшнее оружия, чем смех. Нет сильнее яда, чем слово. Я ударила по больному. Авантюризм и склонность к порокам списывали Марсенам на безумие. Их дед сжег дом вместе с собой, а его сестра, бездетная, но тоже часть семьи, помешалась на почве ревности, и была сослана мужем в серые комнаты Маргана [13] .

— Печетесь обо мне? Сердце Ледяной королевы дрогнуло, и она беспокоится о своем любовнике?

Замерла и я. Безумец. Как можно так извратить мои слова? Только если сошел с ума. Сферы силы в руках завибрировали, требуя завершения ритуала. Я хлопнула ладонями, вдавливая один шар в другой, смешивая, сдавливая два пространства в одно.

— Фат! — И шар наполняется голубым свечением. Ты был бы хорошим магом, и неплохим человеком. Если бы, наверное, родился в другой семье. Или дело в другом? Голубое свечение — чистота души и порывов. С другой стороны, кто сказал, что магия не ошибается? Шар обволакивает тьма. Когда или если силу вернуть ему, он будет не менее темным, чем я.

— С-с-с… — О да. Еще та.

— Выметайся.

Почти ласковый тон — не поймет только дурак. Я перешла черту. И теперь это не дело учитель — ученик. Речь идет о вопросах жизни и смерти. Я могу и готова идти дальше. Сильвий, что удивительно, даже не дрогнул. Склонив голову, принимая тот факт, что довел. Еще миг — и смотрит на меня так же ласково, как я обращаюсь к нему.

— Я ухожу, Анрика. Сейчас я зайду к своему кузену по материнской линии. И мы снимем копию моей памяти. У тебя время до завтрашнего утра.

Он не уточняет, чего хочет. Но и не надо. Он захочет звезду с неба, и мне придется ее доставать.

Де Марсен снимает с моих плеч свой пиджак, оставляя меня вновь полуголой.

— Приятного вечера, Рика. К десяти я зайду обсудить условия нашего сотрудничества.

Гаденыш. Но и этого мальчишке мало. Он касается губами моей щеки, хмыкает в ухо. И только потом скрывается за дверью. Прогулочным шагом аристократа на отдыхе.

Запустив сферой в небытие, я падаю на диван, который успела возненавидеть. Сейчас поднимусь и выброшу. К пратемной деве траты. На кухне тоже сделаю ремонт!

В белоснежной рубашке, темно-синей юбке и с вновь уложенными в пучок волосами я магнетизирую зеркальную поверхность для связи. Время позднее, но утром решать нужные вопросы будет еще позднее.

— Ан'a? — На меня взирают иссине-черные очи моего учителя. Слава Всевидящему, мужчина при полном параде. Поздний ужин? Вероятнее, поздний клиент.

— Глор, привет. Прости, что беспокою.

— Пустяки. Что стряслось? — Он слишком хорошо меня знает.

— Мы можем встретиться? Сейчас.

Я наконец-то могу сесть и начать дышать. Глорий сразу все понял. Из того, что можно понять по двум фразам. Он мне нужен. Дело не пустяковое. Все, что случилось, давит на меня и разрывает в клочья. Лишь одна мысль: надо дождаться мастера. Он поможет. Он спасет. Выкарабкаюсь. Выкручусь. Как-нибудь. Дождаться его. И не впасть в истерику.

Не прошло и получаса, как Глорий рассматривает меня, а потом замечает разрушенный диван. Это первое, что я сделала, прежде чем подняться к себе и сменить одежду. Сломала. Не магией — сначала молотком. После руками.

Глор произносит заклинание поглощения правды. Нас не подслушают. Хоть я и не боялась. Такой силы у Марсена нет. Как и власти. Но приятно, что Глорий Винг воспринял все даже серьезнее, чем есть.

Мы вместе отправляемся на кухню.

— Чаю? — Глупо в этой ситуации и после такого вечера изображать непринужденное чаепитие. Но голова у меня вконец перестает работать.

— Коньяк, детка. Ты же знаешь. Можно с кофе.

Пару минут суеты — и напитки готовы.

— Рассказывай. — То, что все плохо, но время пока есть, Глорий тоже понял. С первой же новогодней вечеринки мы спелись, сошлись, срослись. Не как пара мужчина и женщина. Как друзья, как брат и сестра, как наставник и ученик. Оба темные маги, оба с запредельными показателями силы. Оба ставили науку превыше себя. Отличались только в одном.

— Нася…

— Я предупредил ее. Так что там у тебя?

— Дрянь. Дело — дрянь.

Я рассказывала без утайки, минуя лишь самые интимные детали. От плохих оценок с первого семинара до ухода и поцелуя в щечку.

Глорий терпеливо выслушал, не задавая лишних вопросов и не вставляя неуместные комментарии. Задумался. В несколько глотков выпил коньяк и протянул мне стакан для повтора.

— И что ты надумала?

Он очень хорошо меня знает. Я улыбнулась. Немного вымученно. Но бурной радости от меня никто и не ждал.