Чтение онлайн

– Где здесь уборная?

– Первая дверь слева,- ответила подруга и плюхнулась на мой стул, едва я отошла.

По идее, мне должно было быть совестно, что я так "извожу" собственную подругу, но сейчас меня занимали гораздо более важные вещи. Например, что я скажу Олегу Станиславовичу, а это именно ему я и собираюсь звонить, или как он воспримет мои слова? Назовет сумасшедшей, или поверит неясным догадкам и попробует помочь? Я не гадала, а целенаправленно шла к тому, чтобы самолично получить ответы на эти вопросы. Для начала я набрала номер старосты нашего класса - Ани - и выманила у той мобильный телефон учителя математики, объяснив все тем, что мне якобы нужно передать ему реферат недельной давности. Кажись, поверила, но я не уделяла особого внимания тому, насколько правдоподобно звучала моя ложь, а как только добилась чего хотела, уже не слушала дальнейших слов. Торопливо набрав полученный номер, я замерла, не решаясь нажать на кнопку вызова. В такой панической нерешимости я простояла минуты две, молясь всем богам, дабы никто не зашел в мое временное укрытие, а после, крепко зажмурив глаза, сделала то, что, учитывая все нюансы сегодняшнего дня, делать категорически воспрещалось.

Гудок... удар сердца.

Гудок... удар, еще один, более мощный.

– Алло. Кто это?

Молчание. Режущее воздух, пробивающее насквозь, и... стойкое.

– Алло? Вы меня слышите? Алло?- И я не выдержала:

– Олег Станиславович,- точно такое же молчание, лишь на сей раз молчала не я, я говорила:

– Простите, что звоню, я... я бы не стала вас беспокоить, но... понимаете, я... мы с подругой пошли в кафе, и когда мы заходили в него, мне показалось, что за нами кто-то следит, и... куст, он... он шевелился, и...- мою бессвязную речь прервали требовательным:

– Сорокина, давайте-ка все по-порядку, и лучше, если сначала.- Ну, сначала так сначала, и я рассказала все повторно и даже без запинки.

Мне бы гордиться собой, честное слово, однако, весь триумф испортил пришедший на ум поцелуй, и я опять сникла, но, к счастью, учитель перехватил инициативу в свои руки, и единственное, что мне оставалось - отвечать на его вопросы:

– Ветра не было?

– Нет.

– Ты видела того, кто там прятался?

– Нет.

– Ты уверена, что за вами велась слежка?

– Я... Не на 100%, но... мне так показалось, и я...

– Все понятно, жди, сейчас приеду. И не смей никуда уходить, договорились?

– Хорошо... Олег Станиславович, стойте, а если там никого нет, и мне все почудилось?

– Знаешь, давно не был в кафе...

И как-то вдруг понимаешь, что, придуманные кем-то и настолько вжившиеся в предписания морали, правила и стереотипы, на самом деле значительно уступают во власти настоящим чувствам, пред которыми не выдерживают и сильнейшие оковы, сжимающие человеческое сердце. И так ли важно, что скажут посторонние люди? Нет, гораздо важнее быть вместе с тем, кто всегда готов придти на помощь, кто заботится о тебе, и кого ты очень сильно любишь.

Урок 15: всё рано или поздно заканчивается.

Честно говоря, никогда бы не подумала, что вся эта история с шантажом закончиться так быстро, но думаю, стоит обратить внимание на то, как именно она закончилась. Финал сей повести был непредсказуем, но не выходящим за пределы возможного. А если по-конкретнее, то...

Поговорив с Олегом Станиславовичем и получив от него четкие указания, я не медля поспешила их выполнять, что включало в себя вернутся за наш столик, успокоить нервную от всего нынче услышанного подругу и ждать появления учителя. Не буду скрывать, последнее я представляла плохо, да и что будет потом - не намного лучше, однако, как и всегда, решила положится на Олега Станиславовича. Все-таки ему видней, как поступать и что делать, а я... У меня в его отсутствие, кроме всего вышесказанного, была еще одна задача - заставить себя успокоится. Я старалась не подавать виду, чтобы окончательно не вывести и так взбесившуюся от моего молчания Оксану, но внутри все трепыхалось и переворачивалось с ног на голову. В какой-то момент я начала корить себя за сделанный звонок и винить во всем разыгравшуюся паранойю. Конечно, я никогда не замечала за собой, что страдаю этой, скажем так, болезнью, но, как говорится, все новое со временем. А еще... сцены из кабинета математики настойчиво не желали пропускать вперед более разумные мысли, и то и дело, лезли в голову, причем без моего на то согласия. Хотя, чему я дивлюсь? Сегодня все наглые, даже мысли... За математическим кабинетом, по старшинству, шел кабинет директора, и некоторые обрывки фраз, сказанные главой нашего учебного заведения в нем. И если первое вызывало во мне бурю как положительных, так и не очень, эмоций, то второе... злость, негодование, и еще много чего отрицательного. И в результате я то бледнела, то краснела поочередно. Но, как я и ожидала, мой здравый, хвала небесам, рассудок взял верх между этими двумя, и заставил сосредоточится на более важном в тот момент - действительно ли за мной следят, или я законченный параноик и мне нужно лечиться. Срочно лечиться, в случае второго.

Но додумать на этот счет мне не удалось - дверца кафе открылась, пропуская внутрь посетителя. Это был парень лет 20-22, в черной кожаной куртке и кепке, наполовину скрывающей его лицо. Я не стала задерживать на нем взгляда дольше, чем это допускали правила приличия, и обернувшись, снова уставилась, на уже успевшую порядком остыть кружку малинового чая. До того, как содержимое кружки начало активно взаимодействовать с прохладным воздухом в кафе, я успела отхлебнуть из нее несколько глоточков, но вкуса прочувствовать не удалось, хоть это и был мой любимый чай. Вообще, если быть уж совсем откровенной, то меня периодично охватывала мелкая дрожь и я, скорее по инерции, нежели осознанно, бросала взгляд на неподвижную прозрачную дверцу. Для этого маневра мне приходилось поворачиваться почти всем корпусом, и никого за ней не обнаруживая, возвращаться в исходное положение. В один из таких поворотов, я уловила на себе чей-то взгляд и скосила глаза от двери, к соседнему с ней столику. За ним сидел тот самый парень в кепке, и теперь делал вид, что сосредоточенно разглядывает какую-то картину на стене. Хм, а это уже интересно, но я не торопилась делать выводы, зная, что вполне могу ошибаться.

– Слушай, прекрати отрабатывать на мне методы гипноза, и скажи лучше, знаком ли тебе тот парень в кепке, что недавно зашел,- Оксана могла где-то его видеть, или даже знать, кто он.

– Думаешь, что, сменив тему, сможешь сбить меня с толку? Ты так и не удосужилась сказать, что случилось, хотя я ясно вижу, что что-то не так. Меня волнует только одно: ты долго молчать будешь?- из нее прям-таки сочилось возмущение. Я продемонстрировала его не хуже нее:

– Я же тебя спросила о парне. Знаешь-ли, неплохо было бы и ответить, прежде чем задавать свои вопросы,- я укоризненно воззрилась на подругу, и та, не сумев удовлетворить свое животное любопытство, приняла мои условия. Повернувшись, Оксанка еще раз осмотрела сидящего позади новоявленного посетителя, и с подозрением сказала:

– Подожди, а зачем тебе понадобился тот парень? Я, правда, уже где-то видела его, но точно сказать не могу, да еще и эта кепка сильно мешает... Кепка! Вот ее-то я помню отчетливо.- Я вмиг оживилась и задала, логичный по своей сути, вопрос:

– Откуда?

– Помнишь, я рассказывала, что встречалась с Алексом?

– Помню, он еще тогда обо мне расспрашивал, но как это все сопоставляется?

– Легко сопоставляется, ведь он был не один. Ты же знаешь Сашу, и шага не ступит без своей "свиты", вот и в тот раз с ним было двое парней из разряда "слуг".

– Ну и..?- подтолкнула я ее, так как подруга задумалась о чем-то своем.

– Ну и в одного из них была такая кепка, точь в точь, и кажется...

Договорить она не успела, так как в этот момент пронзительно хлопнула входная дверь, та самая прозрачная, готовящаяся рассыпаться на мелкие осколки после такого удара, и мы обе повернулись к месту стычки стекла и... Олега Станиславовича. Сказать, что я удивилась, означало покривить душой, но легкая неожиданность, подпитываемая тем, как выглядел математик, присутствовала. А выглядел он... ну если и адекватным, то совсем чуть-чуть. Мне стало страшно. Буквально страшно и я, не придумав ничего умнее, отвернулась от разворачивающейся сцены "пришествия сурового рыцаря", и прикинулась ничего незнающей. По-моему, неплохо получалось, потому что никто не бросал с учителя на меня заинтересованные взгляды, но они начали это делать, как только Олег Станиславович угрожающе-медленным шагом двинулся к нашему столику. Я поспешно обхватила ставшую холодной кружку руками, выставляя ее как щит против...

– Не поможет,- раздалось у меня из-за спины и сильные руки отобрали у меня многострадальную кружку, чуть не расплескав при этом остатки чая.

– Олег Станиславович...- Мой шепот вряд ли бы кто-то смог услышать. Учитель смог, после чего ответил:

– Да, это я. А вы ждали кого-то другого?- с этими словами он обогнул наш стол и сел на свободное место,- Особенно после того, как сами же и выудили приехать,- и глаза его полыхнули странным огнем, если можно так выразится.

Как же я сейчас жалела, что сделала это. Подруга, сообразив, что является третьим, а соответственно, лишним, членом нашей "милой" компании, извинилась, сославшись на гору домашнего задания, Олег Станиславович, невзирая ни на что оставался ее учителем, и второпях нас покинула. Не скажу, что сильно обрадовалась ее, так не вовремя проснувшемуся, чувству обязанности, скорее наоборот, но поделать я все равно ничего не могла. Не в том положении находилась, пробуравливаемая взглядом Олега Станиславовича.

– Кто-то в зале за вами следил?- Спросил он после удачного бегства моей верной, или, как показала практика, не очень-то и верной, подруги.

– Ннет, кккажется,- промямлила я.

– Ты мне еще заикой стань! Пойми, я сержусь не на тебя, а на того несчастного, кто посмел за тобой следить, если... такой человек в принципе существует,- и выразительный взгляд сначала на меня, а после и на окружающее нас пространство,- итак, давай еще раз. Ты не заметила ничего странного, так?

– Странного? Ну...