Чтение онлайн

В реальной истории путч с оружием в руках уже практиковался создательницей теософии Еленой Блаватской. Она участвовала в “восстании” Гарибальди, описывая свою роль в нем так: “Мы с друзьями отправились в Ментану, чтобы помочь стрелять в папистов” {879} . Теософские издания насыщены ссылками на “Бхагавадгиту” и ее “кармическую этику”, благословляющую исполнение кармического воинского долга, даже если для этого необходимо убийство самых близких людей. Но какая же это “карма” подвигла женщину, рожденную в Тифлисе, стрелять в итальянских католиков на их родине? Наверно, охоту “стрелять в папистов” в сердце Блаватской вложила не “карма”, а “друзья”-масоны...

Да и сами паписты, похоже, просто под руку подвернулись. Ведь, как писала Блаватская, “мы не чувствуем никакой особой враждебности к папизму, по крайней мере, большей, чем в отношении любой другой существующей догматической и ритуалистической вере” {880} . Православие, насколько мне известно, также обладает и догматикой, и ритуалом… И стоило в России появиться своим гарибальди — как Рерихи привезли уверение Махатм: “мы посылаем вам всю нашу помощь”. Впрочем, и намерение Блаватской относительно Папы Рерихи вполне одобряли: «Нужно наблюдать небывалое событие, чтобы толпа требовала смерти Папы в сердце Ватикана. Ведь такой жар-цвет не расцветал еще никогда» {881} .

И по сю пору идеалом Вождя для рерихианцев остается Ленин — “Ленин служил Эволюции, и ради этого ему пришлось идти самым верхним путем — используя всех и вся для достижения Высшей цели — победы Революции в России” {882} . Таков, значит “верхний путь” теософии: “использовать всех и вся для достижения Высшей цели”.

Лидер рериховского движения 80-х годов писатель В. Сидоров бравировал своим подпольным статусом (“Я причастен подпольному духовному братству”) и в случае, если выборы в России не приведут к власти коммунистов, был готов даже развернуть кампанию гражданского неповиновения {883} .

А нынешний рериховский вождь Л. Шапошникова когда-то недвусмысленно осуждала политику «ненасильственного», «реформационного», «легального» пути. «Руководя борьба против материализма, индийская буржуазия, однако в силу своего классового характера выступала против классовой борьбы трудящихся масс, старалась развивать такие формы национально-освободительного движения, которые не содействовали бы активизации классовой борьбы пролетариата и крестьянства. Теория «ненасильственной» борьбы поэтому была принята Национальным Конгрессом в качестве его официальной идеологии… В силу своего классового характера правое крыло Конгресса настаивало на «законных», конституционных формах антиимпериалистического движения и не отказывалось подчас от сотрудничества с колониальными властями... Национальный Конгресс стремился ослабить классовую борьбу пролетариата, направить ее по реформистскому руслу» {884} . Ее сердцу был милее прямой терроризм – она с сочувствием писала о том, что «значительное число участников боевых революционных выступлений, в том числе коммунисты, осталось в тюрьмах» {885} .

Понимаю – книжка старая, и в этих словах можно увидеть просто дань идеологической цензуре… Но «выдающийся ученый» Л. Шапошникова ведь нигде не заявляла о том, что она пересмотрела свои прежние взгляды. Так что большевизанские симпатии рериховцев отнюдь не безобидны: их учение разрешает им переступать рамки «законности», когда им хочется чего–то достичь. Их путь – «верхний». Себя они мнят над законом…

Было бы, однако, неверно видеть в грядущих рериховских Вождях лишь банальных путчистов. Они, как мечтается Рерихам, будут владеть более мощными силами, нежели физическое принуждение. “Истинное завоевание, когда дух заменит все аппараты. Вооружить человека без единой машины, это ли не завоевание?” {886} . “Мы не насильственные завоеватели, но все же имеем учет врагов Наших и не обманываемся в их многочисленности. Лучи, газы и воздушный дозор будут лучшими внешними средствам, но самое действенное будет в продуктах психической энергии. Мы вовсе не намерены представить зрелище беззащитных овечек! Нам нет дела запугивать кого-нибудь, но Мы должны предупредить: “Берегись, невежда!” (Община, 186). Итак, кроме ВВС, химического оружия и физических “лучей” Космической Иерархией разрешено использовать еще одно средство: внушение. Это будет гипнократическая Утопия. “Внушением разрешается пользоваться в исключительных случаях” (Община, 156).

Это логично: ведь Новому Времени нужно не просто подчинение людей, но власть над их умами и душами. “На скептика нельзя подействовать доводами и убеждениями. Скептицизм есть особая болезнь, есть психоз, от которого нельзя излечиться при помощи доводов и убеждений разума. Нужно нечто другое, нужно лечение, нужно бревно по затылку, как говорится в Агни Йоге”, — признается любимый ученик Е. Рерих А. Клизовский {887} . Речь у него идет о тех, кто требует доказательств теории переселения душ... Рериховский текст, который имел в виду Клизовский, звучит так: «Конечно, каждый Учитель радуется беспредельной красоте дальних миров и мучается скорченным тупоумием воплощенных двуногих. Разве можно дать им ключ от дальних миров? После каменной тупости тупоумия они еще переживут ядовитую слизь сомнения и ужас самомнения. Тогда явится бревно по затылку и, слетев с лестницы, улитки мечтают прикрепиться хотя бы к низшей ступеньке» (Знаки Агни Йоги. 26). Вот и похожий призыв: “Пора поднять народы мечом или молнией, лишь бы пробудить вопль духа” (Озарение, 2,4,20).

Этот “вопль духа” можно исторгать из человека и из народов не только “мечом”, или “молнией”, но и прямым магическим действием. Елена Блаватская считала, что если внушение человеку приказа делается с недобрыми мотивами — то это акт черной магии. «Часто Нам приходится насильно вытравлять старые привычки» {888} . “Ошибочно и незаконно лишать человека его свободной воли, если только не ради его собственной пользы или блага общества” {889} . Значит, ради “блага общества”, ради интересов “дела Водолея” — можно. В таком случае гипноз, по разъяснению Блаватской, становится “белой магией”. Далее Блаватскую спросили — можно ли гипнозом внушать человеку необходимость воздержания от спиртного или от лжи. Ответ: “это акт благотворительности и милосердия, и это близко к мудрости. Хотя отказ от пагубных привычек ничего не прибавит к его доброй карме, все же успешное “внушение” удержит его от создания еще худшей кармы” {890} . Примечательно, что вопрос включал в себе и кодирование “от привычки лгать”. То есть если некоторые черты характера и нравственные недостатки (или то, что кажется таковым теософам) решено будет исправить — это можно будет сделать даже не спрашивая свободную волю человека. Блаватская ведь не ставит вопрос — “обязательно с согласия пациента”, она подчеркивает лишь порядочность мотивов целителя.

Поскольку с теософской точки зрения вожди будущего будут несомненно порядочны и они будут действовать для блага теософского общества, они применят гипнотические силы для того, чтобы граждане не ухудшали свою карму [221] . Клизовский мечтает, что “Правители будущего должны будут уметь читать мысли окружающих” {891} . Вообще скрыть “нежелательные” мысли и эмоции в грядущем обществе будет невозможно — ибо при наступлении “Новой Эры” “чуткость Нашего аппарата позволяет читать волны неосторожных мыслей мира” (Община, 210). Впрочем, не только читать, но и управлять: “Психическая энергия не только немедленно передает, но человек также немедленно принимает к исполнению. Не ошибемся, если скажем, что половина мира исполняет внушенные приказы и нет расстояния для психической энергии” (Агни Йога, 487).

Рерихи и сами не отказывали себе в удовольствии заглянуть в чужое сознание: “Помню, как один сааб уверял, что он вместил международность и общину. В присутствии его доверенного друга Я усыпил его, и он рассказал нам свои истинные мысли. Нужно сказать, что его мысли гораздо более соответствовали банкиру, чем общиннику” (Община, 199). Здесь еще надо иметь в виду, что для Рерихов слово “общинник” синонимично слову “коммунист” (Община, 121).

Елена Блаватская уверяла, что она видела начатки подобного устроения общества на началах гипнократического коммунизма. В Индии, недалеко от Мадраса она наблюдала племя “муллу-курумбов”. Низкорослые и обладающие отталкивающей внешностью, люди этого племени, однако, из века в век развивали в себе “психические силы”. В конце концов они достигли того, что силой своего магического взгляда они могли очаровывать людей из соседних племен и обращать их в рабство. Члены этого племени могут даже убивать своих врагов просто сосредоточенным взглядом на них {892} . Блаватская осуждает моральную неразвитость этого племени, но при этом восхищается их магической техникой. Она даже делает замечание, что европейским гипнотизерам “потребуется еще двести лет, чтобы дойти до знания муллу-курумба, до его искусства управлять по-своему мышлением и действиями слабейшего в сравнении с ним человеческого организма”. Искусство архитектуры, поясняет Блаватская, тоже ведь развивалось тысячелетиями {893} ... Так и оккультная техника — развивалась, развивалась... И вот появилась теософия. И таланты Блаватской превзошли способности несчастных муллу-курумбов. “Не от взывания к Господу моему Богу ожидаю я получить реальную действенную помощь, но от использования своего знания сил природы, от насылания месмерических “чар” на своих врагов” {894} .

Когда же придет “Новое время” и вместе с ним новая раса; когда все европейские теософы вполне овладеют секретами муллу-курумбов, тогда можно даже отказаться от пыток: “Можно навсегда исключить пытки и насилие. Такие темные меры не нужны там, где есть познание психической энергии. Суд отмечает на фильме внутреннее состояние судимого. Признание контролируется ясновидением. Сам судимый скажет правду по указу, ослушаться которого никакая воля не может. Так психическая энергия придет в обиход” (Напутствие вождю, 105). Здесь стоит обратить внимание на обоснование воздержания от пыток. Именно так — как заменитель пыток — “психическая энергия придет в обиход”.

Такому использованию психической энергии Рерихи могли научиться не только из книг Блаватской, но и непосредственно в “Шамбале”. В ламаизме существуют теории, изъясняющие способ убийства человека на расстоянии. “Переданная предмету энергия может сообщить ему подобие жизни — он получает способность двигаться и может выполнять действия под диктовку ламы, вдохнувшего в него жизнь... После длительной концентрации мысли, продолжавшейся, быть может, несколько месяцев, маг сообщает ножу волю для убийства определенного лица. Наконец, оружие подготовлено, и маг подбрасывает его своей жертве. Тибетцы уверяют, будто едва контакт между роковым кинжалом и жертвой установлен, кинжал начинает шевелиться, сообщая держащей его руке непреодолимое роковое движение, и убивает и ранит владельца” {895} . Но есть и другое объяснение: внушение передается не ножу, а жертве. “В результате, лишь только загипнотизированная жертва прикасается к заколдованному кинжалу, внушение активизируется, она подчиняется ему и ранит себя ножом. Более того, тибетцы верят, что адептам, овладевшим глубинами оккультных наук, нет надобности прибегать к посредству неодушевленного предмета. Путем внушения они могут даже на расстоянии приказать людям, животным, демонам, духам и пр. совершить самоубийство или какое угодно другое действие” {896} .