Чтение онлайн

Напоследок повелели завтра же идти в больницу и предоставить справку о здоровье. Хотел было послать от такой бестактности (где, скажите на милость, хотя бы 'пожалуйста' или 'я тоже'?), но потом задумался - что там с моим организмом после всего стало? Раны просто так не зарастают, пломбы - опять же. Да и отсутствие вирусов после перехода не означает, что в том каменном колодце нет выхода урановой руды, какой-нибудь ядовитой плесени и прочей гадости, способной убить незаметно и без ранней симптоматики.

В итоге, покорно кивнул, за что получил день отгула на завтра. Проверюсь целиком, дело полезное.

Накинув поверх спецовки на голое тело, куртку, шапку и надев уличную обувь (в теплом здании сменные кеды были гораздо удобнее), побрел до дома, пытаясь собрать впечатления от прошедшего дня в единое целое. Но мыслей не было никаких, одна только зябкость от холодного ветра в ногах и запоздалые мысли о такси.

Своего опыта, позволившего оценить этот день и его последствия, не было. А из того, что находилось - только желание приобщиться к мудрости поколений.

Говорят, японские самураи, практикующие бусидо, из каждого возможного решения предпочитают то, что ведет к саморазрушению. В России мужчины тоже выбирают этот путь, но катане врага предпочитают этиловый спит. В общем, решил глянуть на все через призму емкости с алкоголем.

Водка, по размышлению, была сочтена избыточной. Да и медосмотр этот завтра...

– Коньяк получше и что там еще полагается, - поднял я задумчивый взгляд на кассиршу из 'Красного и Синего'.

Оценив опытным взглядом помятый воротник спецовки, выглядывающий из ворота куртки, и запыленные брюки, выпущенных поверх ботинок, девушка выставила на прилавок крохотную бутылочку 'Три звездочки' и лимон.

– Коньяка - самого дорогого, - для поднятия имиджа, достал из подкладки две красные бумажки.

К счастью, деньги, документы, ключи от квартиры - все остались в уличной куртке. Вместе с рабочей одеждой пропали только ключи от серверной и кабинета, но эту беду я уже скомпенсировал из стола начальства. Там этих связок, от оптимизма кадровиков, все равно еще пять штук осталось. Ну а прочей мелочевки, вроде разъемов, коннекторов и монтажного инструмента, рассованного по многочисленным кармашкам, не особо и жаль.

На прилавке, тем временем, появился трехлитровый 'Реми Мартин' в подарочной упаковке. Моя жизненная неопределенность, конечно, велика, но так и спиться не долго.

– Как себе выберите, пожалуйста, - вздохнул я и изобразил обаятельную улыбку.
– Уверен, у вас отличный вкус.

Сработало, к удивлению - судя по робкой улыбке и 'Сан Реми Аутентик' в неброской упаковке за вполне демократичную тысячу.

– И лимон оставьте, - попросил напоследок.

Не пойдет, так сладкий чай оформлю.

Забрался в свою берлогу, отправил накопленную в тазике одежду в стирку, забрал с балкона промерзшие до твердости джинсы и рубашки, заглянул в шкаф, и понял, что одевать мне на завтра нечего. Пропавший комплект сбил ротацию выстиранного и грязного, уже привычную и отлаженную в моей холостятской жизни. В итоге, из чистого - только трико и майка, что и было надето. Ладно, не велика проблема. На середину комнаты выставлена гладильная доска, на нее утюг и комплект все еще дубовой от холода одежды, которую следовало до завтра выгладить.

Ну а пока - выставить коньяк на кухне, украсив стол порезанным лимончиком и одинокой рюмкой, и на пять минут заглянуть в компьютер.

Хотя интернет еще никого за пять минут не отпускал - это ощутилось уже после, примерно через час, но без особого расстройства. Зеленых человекоподобных ящеров в интернете было много, но все они обитали в компьютерных играх. А осторожный запрос, пропущенный через анонимайзер и ВПН-сервер тоже не дал совпадений. На 'Той Стороне' никаких ящериц не было. Вернее, были - мелкие, в начале своей эволюции, но никаких прямоходящих, в мой рост и с копьями. О подземельях 'Той Стороны' тоже ничего не известно - этот вопрос был пропущен через другую цепочку серверов, в знак уважения моей паранойе.

– А может, к лучшему.
– к удивлению для себя, решил я.

Эмоция была полна удовлетворения - такого, как у бегуна после резкого поворота, отметившего, что соперники далеко позади.

– Но мне это зачем?
– Прижал я неправильную реакцию чувством осторожности и самосохранения.
– Не полезу я туда. Зачем?

И тут же стрельнуло тревожной мыслью - как бы кто не полез ОТТУДА. Если у ящера были родичи, его станут искать. И если у них есть что-то, на вроде наших собак, или же они сами ладят с обонянием, то найдут обязательно. Найдут место, где погибшего нет, но вверху мерцает, маня, портал перехода. В мой мир, к моим серверам. Черт!

Хлопнув рукой по компьютерному столу, резко поднялся и отправился советоваться с коньяком на кухню.

Только распечатал пробку и налил, от недостатка опыта, по верхней кромке, как прозвенел дверной звонок.

С опаской посмотрел на дверь, а затем вопрошающе - на рюмку.

– Не родственники ящерицы, ведь правда?

Та логично промолчала. Это, наверное, трехлитровый Реми Мартин под конец что-нибудь ответил.

– И не ФСБ, по нашим то пробкам, - буркнул я, заливая в себя содержимое рюмки и зажевывая кислой, до одинокой слезинки, долькой лимона.

Выглянул в глазок и чертыхнулся. Точно!

– Здравствуйте, - поздоровался я с соседкой, распахнув дверь.

– Добрый вечер, - потупилась она грустно, глядя куда-то в сторону.
– Сергей, вы не могли бы помочь?
– Беспомощно качнула она планшетом в руках с открытой страничкой посольства Ирака.

Имя вспомнила, надо же.

– Лилия?
– Изобразил я внимание, оглядывая вечернюю гостю.

Белый халат, милые плюшевые тапочки. Когда стоишь рядом, а не смотришь с земли на высоту водительского кресла джипа, рост выходит мне по плечи. Подобная разница обеспечивает прелестный поворот ее головы, беззащитный до щенячьей преданности. Короткие темные волосы, снятая косметика. Явно забралась в постель с планшетом после работы, готовясь ко сну, а тут такое.

– Не работает, - робко протянула она планшет в мою сторону.
– То есть, работает, но интернет не работает...

– А техподдержка?
– Проявил я сочувствие.

Если честно, от утреннего озорства остался только привкус легкой досады. Слишком многое случилось.

– Та-та-та тара-та-та, та-та-та тара-та-та, та-та-та-та-ра ра, - вдруг запела она чистым и приятным голосом, наполненным сладким привкусом грусти и алкоголя.
– Та-таааааа, та-та-та та-таааа-таааа, та та та ра тааа... Вот...
– Шмыгнула она.
– И так полчаса.