Урожай Смерти
Шрифт:
— Есть один вопрос, на который я и сам хотел бы знать ответ. — негромко сказал я им в спину. — Если Ренегон ударит первым, на чьей стороне будет орден?
Последние из оставшихся советников на миг остановились. А затем невозмутимо зашаркали дальше. Уже у самой двери, мастер, чьё имя так и осталось мне неизвестным, ненадолго остановился, бросив на меня взгляд, и тихо сказал:
— Если хорошо подумать, полагаю, ты уже знаешь ответ на этот вопрос, брат.
Один лишь Мерик остался сидеть за мной.
— Не вышло из меня эталонного рыцаря, верно? — криво усмехнулся я.
Старый знакомый внезапно тепло улыбнулся мне.
— Может и так, но поверь, никто из нас не идеален. Я читал архивные хроники ордена… Всякое бывало. Мы стремимся быть чистыми, но жизнь — сложная штука.
— Я всё ещё волнуюсь за войну. — вздохнул я. — Думаешь, орден поддержит меня, когда Ренегон ударит? Или мне готовиться сражаться и с вами тоже?
Мерик с улыбкой покачал головой.
— Если ударит, в чём я сильно сомневаюсь. Конечно нет, брат. Орден всегда на стороне правды. Разве ты солгал сегодня хоть раз?
— Нет. — приподнял уголки губ я. — Думаю, что нет.
Несколько минут мы просто молча сидели друг рядом с другом. Мерик выглядел так, словно с его плеч упала какая-то тяжёлая ноша. Я же всеми силами пытался не выдать обуревающих меня чувств.
Наконец, мой старый сосед по комнате встал, слегка хлопнув меня по плечу.
— Я конечно, не старик, но даже меня вымотал этот поход. — зевнул он. — Старперы совершенно забыли тебе сказать, но для того я и здесь. Король Ренегона отправил отряд своих людей, чтобы арестовать тебя и призвать к ответу за злодеяния, написанные в этом письме. Мы опередили их, но, вероятно, вскоре они будут здесь. Думаю, у них в любом случае ничего бы не вышло, но, пожалуйста, не устраивай из-за этого войну, ладно? Мы вернёмся в Кордигард и убедим его передумать. Найдутся методы…
— Так и быть, не буду устраивать войну из-за попытки арестовать меня. Хотя, конечно, это совершенно отвратительное хамство! Я что, простой горожанин по его мнению? Мог бы высказать претензии на конклаве, как делают все приличные люди… — я ворчливо пихнул в плечо Мерика, провожая его ко сну с лёгкой улыбкой.
Но едва я покинул тайное место встречи, улыбка сошла с моего лица. Сна не было ни в одном глазу: смена тела полностью убрала симптомы физической усталости. Да, определённо, это была игра на грани фола… И всё же я убедил.
Орден не был проблемой. Пока не был, мне повезло. Проблемой было то, что в Ренегоне, похоже, знали. Проклятье, старик, почему ты не мог просто сдохнуть спокойно… Странники поверили мне, потому что я был одним из них, и это списало спорные моменты, но вряд ли этот фокус пройдёт с незнакомыми людьми.
Давно мне не хотелось убивать настолько сильно… Очень давно. Будь Кадоган жив, я бы убил и воскресил его тысячу раз, поднимал бы снова и снова, пока от трупа не останется даже праха!
Проклятый ехидный старикашка оставил последнее слово за собой, даже будучи мёртвым, и это приводило меня в страшную, неистовую ярость. Словно бывший наставник достал меня с того света, показывая, что и так он лучше меня.
Значит, арестовать хотите? Призвать к ответу за все злодеяния? Что же, я покажу вам, что такое настоящий магистр смерти! Усилием воли затолкав ярость поглубже, я накинул на плечи чёрный плащ и отправился за пределы города, в ближайшие леса. Перед прибытием группы захвата стоит хорошо потренироваться. На такое дело наверняка пошлют хороших гвардейцев и мастеров, и, похоже, пришло время проверить, насколько хорошая окажется в деле моя новая чёрная молния…
Если я не могу объявить войну Регенону, это еще не значит что я не могу уничтожить тех, кто придёт за моей головой.
Интерлюдия
Совет ордена странников вновь собрался вместе далеко за полдень, хорошенько выспавшись и пообедав. Мысли стариков были далеки от печали: им всё же удалось прибыть вовремя и выполнить возложенную мысль. Однако и полученный новости были далеки от радостных, и потому члены самого влиятельного рыцарского ордена в королевствах пребывали в глубокой задумчивости.
Вскоре дверь импровизированного зала собраний, в качестве которого использовалась столовая комната одного из секретных домов ордена в Таллистрии открылась, являя взору последнего, самого младшего из рыцарей совета. Вопреки традиционной моде он был одет в простую тёмно-зелёную одежду с неприметным дорожным плащом: всё-таки, рыцари ордена находились здесь неофициально…
В руках молодого странника был огромный поднос.
— Я чую странные запахи. — втянул носом воздух сэр Уильям.
Мерик усмехнулся и принялся расставлять по столу чашки, разливая по ним душистый ягодный отвар из чайника. А затем достал из своей сумки несколько кульков со свежей выпечкой.
— Захватил у старушки неподалёку. — кивнул собравшимся молодой рыцарь. — С дикой ягодой и оленьим мясом, разбирайте.
Отказываться никто не стал. Возможно, кто-то увидел бы в этой ситуации проявление высокомерия, но сам Мерик лишь с лёгким удовлетворением смотрел на довольных стариков: в конце концов, кто ещё мог позаботиться о них лучше него, молодого и полного сил?
Сэр Шиор закончил со своей порцией первым, по-солдатски расправившись с пирожками, и залихватски опрокинул в себя горячий отвар, крякнув. А затем посмотрела на Мерика:
— Что говорят наши люди в городе, Мерик? Как общая обстановка.
— Всё неопределённо. — побарабанил пальцам по столу молодой рыцарь. — В общем и целом, присоединение Таллистрии к соединённому королевству было почти полностью бескровным. Говорят, пробиваясь к столице, армия короля Горда потеряла несколько тысяч солдат, но попутно они проредили местную живность так, что наверняка спасли жизни многих охотниц. Пострадала только девичья честь и гордость жительниц Виталии.