Урожай Смерти
Шрифт:
Я неотрывно смотрел в пустые глазницы собственного творения, взвешивая это решение на чаше весов. Риски безумия и боль с одной стороны… Или уникальная сила, способная на… Я не знал на что, на самом деле. Создавать могущественных тварей. Видеть мир иначе. Сводить с ума… Как минимум, всё это…
Человек, которого я знаю, никогда не отступал…
Истинное могущество никогда не приходит к тем, кто смиренно ожидает его, сидя на уютном диване. Нет, свою дорогу надо выгрызать зубами, сквозь боль, пот и слёзы: в любом мире…
Мир не расступиться на твоём пути, чтобы дать тебе дорогу. Тебе придётся построить её самому: где бы ты ни был.
— Сделай это.
В следующее мгновение черное щупальце глазоеда со страшной скоростью вонзилось мне в правый глаз. Это было больно, но с тем, чтобы гореть заживо, далеко не сравниться, так что я лишь поморщился, чувствуя, как кровь стекает по щеке…
Не знаю, что сделал глазоед, но в следующий миг оставшийся здоровый глаз перестал видеть: мир мигнул и меня поглотила тьма.
Я всё ещё чувствовал всё вокруг, разумеется. Волнующееся пламя Итема рядом, равнодушную чёрную смерть пронзающих мрак… А затем тьма задрожала, пульсируя, и вокруг восстали контуры теней.
Затем несколько вспышек света внезапно резанула меня, словно лазерными лучами: и я понял, что это взгляды.
Глаза, что смотрят на меня… Они были словно яркие лучи в мире вековечной тени. Такие чужеродные и отвратительные, невероятно притягательные и одновременно чудовищно несправедливые… Им не было места в мире теней. Их не должно было быть, но в то же время их сила манила, как никогда прежде…
Я тряхнул головой, отгоняя наваждение, терпя отвратительный свет. А затем липкая, противная сила начала медленно вливаться в моё тело и душу.
Это было похоже на кислоту, жгущую напалмом: словно кто-то воткнул в меня трубку с жидким огнём. И то, что её было совсем мало, совсем не помогало. Я вцепился в щупальце глазоеда с такой силой, что, похоже, разорвал его на куски. А затем внезапно стихло: и мир теней моргнул, возвращая свет в норму.
Глазоед стоял рядом, с дрожью направив уродливую морду прямо в мой глаз.
Я улыбнулся. А затем вырвал себе второй глаз, протянув его тварюшке. Мир вновь померк, но вокруг вновь воскресли тени…
— Ты хорошо потрудился. — я потрепал по голове тень глазоеда. — Кушай. У меня бесконечные глаза. Теперь я понимаю…
— Глазоед не забудет милость хозяина. — проскрипела тварь, без раздумий зачавкав глазом. — Никогда не забудет…
— Это отвратительно. — раздался у меня из-за спины голос Мелайи. — Нет, правда. Ты долго намерен возиться с этой тварью?
Глазоед, казалось, вообще не заметил критики, счастливо смакуя мой глаз.
Я обернулся к иссушающей жизнь, улыбнувшись.
— Как я выгляжу?
— Как человек, которому вырвали глаза. — тень охотницы поёжилась. — Страшно и противно.
Я прикрыл веки, призывая на помощь бессмертие. Мир теней вновь моргнул, рассеиваясь. Я и раньше умел ощущать на себе чужие взгляды. Но это было намного лучше: теперь, похоже, мог интуитивно чувствовать, куда должен встать, чтобы быть незамеченным.
Сложно сказать, насколько этот навык был полезен. Умение видеть без глаз для бессмертного и умение оставаться незамеченным для короля? С другой стороны, много ли я потерял? Пара мгновений боли…
— У меня будет для тебя задание, глазоед. — заговорил я, смотря в сторону гор. — Следуй за эти горы, туда, вдаль за моим взглядом. Там находится королевство, что зовётся Нелея. Найди всех бурдюков с силой, что сможешь. Уничтожить их, не дай им найти дорогу сквозь горы. Любой ценой. Никто не должен выбраться отсюда, понимаешь?
— Глазоед понимает. — серьёзно кивнула тварь. — Но глазоед не уверен, что ему хватит сил.
— Не торопись. Ты не должен быть воином. — покачал головой я. — Будь тенью, что прячется меж лучей чужих глаз. Будь яростной смертью самой ночи, что ускользает от взора с рассветом. Страшной легендой, которой пугают детей… Воплощённым кошмаром этих гор, вселяющим ужас.
Впервые за всё время нашего общения глазоед помедлил с ответом, сам осторожно переместившись под мой взор. Скрюченная фигура почти полностью выпрямилась, встав во весь рост, и внезапно оказалась даже выше меня. Несколько мгновений пустые глазницы сверлили меня бездумным взглядом. А затем тварь ответила:
— Глазоед запомнит… Таков будет обет... Хозяина не будет разочарован, когда вернется к глазоеду...
В следующий миг, размазавшись в чёрную тень, глазоед метнулся в сторону гор, споро взбираясь по скалам наверх, и быстро пропал из поля зрения.
— Мне не по себе от этой твари. Вроде полдень, но как быстро скрылась из вида… — поёжился Итем, подойдя ко мне. — Оно того стоило?
— Время покажет. — легко пожал плечами я. — Часть его способностей я точно получил. Как ты думаешь, он справится?
Итем не ответил, молча дёрнув плечом.
— Он справится. — уверенно ответил Роланд. — В этой войне мы больше не увидим Нелею. Королевство долины выбыло из войны. Быть может, в иных обстоятельствах это можно было бы счесть удачей… Но что-то я им совершенно не завидую.
— Если вы, мужчины, закончили тешить своё эго, создавая новые легенды, нам пора отправляться в путь. — подала голос Мелайя. — Кажется, дальше мы собирались помочь армии Лилии расправиться с Ниорой?
— В путь. — кивнул я. — Это всего лишь одна битва. Нам предстоит долгая война.
Это был долгий путь через джунгли: снова безумная гонка с одного конца королевства на другую. Овраги сменились реками, а редкие лесные дороги почти непроходимой чащей. Четыре десятка пронзающих мрак из числа гигантов вновь остались позади… Но те не слишком возражали.
Мы не устраивали долгих привалов: лишь пополняли воду по пути и справляли нужду, ночуя и принимая пищу на спинах не знающих усталости костяных гончих.