Урожай Смерти
Шрифт:
— Почему сразу я? — недовольно вскинулся бородач. — Ты же знаешь…
— Ты же любишь женщин, разве нет? — мстительно улыбнулся Кормир.
Король Ниоры злобно засопел, но спорить не стал. Крыть и правда было нечем…
— Бейлин, на тебе командование осадными машинами. — продолжил раздавать указы лидер Альянса. — Дейлис, на тебе строительные резервы на случай пролома стен и ворот: будете возводить баррикады, на случай прорыва. Мейлин, ты со своими молотобойцами в резерве, чтобы отбросить прорыв, буде такому случиться. Я буду на главном направлении удара. В остальном… Вы знаете, что делать. Вопросы? Возражения?
Короли покачали головами, соглашаясь с назначениями. Что делать в случае смерти одного из лидеров, они и сами знали.
— Раз возражений больше нет, полагаю, пора расходиться и готовить людей к бою. — вздохнул король Ренегона. — Правда, остался ещё один момент… Кто возглавит мастеров? При всём уважении к вам, мастер Эниан, я полагаю, вы всё же больше целитель, чем боевой мастер…
— Да, это так. — смежил веки целитель. — В бою от меня будет не слишком много толка, лучше я займусь лазаретом. К сожалению, прямо сейчас у меня нет…
— Я сделаю это.
Раздался слабый, но уверенный голос издалека. Короли обернулись на звук: и едва узнали человека, что стоял в проходе.
Мужчина, стоящий у входа, больше напоминал вылезшую из гроба мумию, чем человека. Истощённый до такой крайности, что, казалось, от него остались лишь кожа да кости, лысый, с тонкой, свежей розовой кожей… Но в его глазах светилась уверенность и сила.
— Этериас. — выдохнул король Ренегона, вставая из-за стола. — Всё же выкарабкался...
Прежде чем верховный иерарх успел что-то ответить, король немедленно сграбастал его в объятиях, заставил тихо рассмеяться.
— Задушишь, медведь. — улыбнулся глава церкви, а затем мгновенно посерьёзнел. — Я слышал, армия уже на подходах к Кордигарду.
— Всё так. — мрачно кивнул Кормир, отпуская руки. — Поэтому помощь опытного мастера нам нужна, как никогда. Большая часть полегла в том… Впрочем, ты сам всё видел. Как ты оцениваешь свои шансы на новый раунд?
— Как весьма низкие. — честно признался Этериас. — Думаю, я могу сражаться, хотя и не до конца пришёл в себя, но вот победить его? В прошлый раз, когда я принял на себя его удар чёрных молний напрямую, отряд, который находился рядом со мной, просто распылило в пыль. А я едва выдержал… Потом мы сразились в поединке воли, и меня просто задавили грубой силой. До сих пор не понимаю, откуда в нём столько мощи.
— Искусство смерти может подпитывать себя за счёт чужой жизни. Или за счёт чужих смертей, если быть более точным. — подала голос Элеонора. — Процесс похож на передачу сил от одного мастера к другому, но может осуществляться даже удалённо. Мастер смерти похож на своеобразную многоголовую пиявку: постоянно тянет силу отовсюду. И если дело происходит на поле боя…
— То силы становятся почти безграничны. — вздохнул Этериас. — Вопрос лишь в том, сколько ты можешь вместить в себя, но, похоже, он не испытывает с этим каких-либо проблем.
— Выходит, даже с тобой наши шансы не шибко велики. — вздохнул король Дейлис. — Не скажу, что это хорошие новости…
— Это не значит, что мы должны сдаться, верно? — пожал плечами Этериас.
На совете воцарилась гнетущая тишина. В таких условиях… Мысль о сдаче уже не выглядела такой уж плохой. Глава церкви, слегка пошатнувшись, поднялся со своего стула, и подошёл к окну, оглядывая безмятежный город, что раскинулся за стёклами дворца.
— Возможно, скоро нас всех ждёт смерть. А может, смерть ждёт и весь город: не удивлюсь, если он решит показательно стереть его с лица земли, чтобы возвести взамен символ своей власти и победы. — сказал иерарх, заставляя короля Ренегона вздрогнуть. — Но если вещи, что важнее нашей собственной жизни. Наша война идёт не просто за земли, людей и власть. Это война за право определять само будущее людского рода. И если настал темнейший час для самого людского рода… Неужели именно такую память вы хотите о себе оставить? Остаться в истории дрожащими, слабыми властителями, что согнули спины и опустили руки перед лицом мрака и смерти?
— В бездну это! — сплюнул на пол Аттарок, с силой вонзая секиру в стол и поднимаясь из-за стола. — Я буду сражаться. Буду сражаться, как никогда в жизни! И пусть мы все умрём: история запомнит, что великое солнце пустыни не угасает просто так.
Один за другим, владыки людей поднимались, вонзая своё оружие в стол. И в их глазах горела одна лишь обречённая решимость. Последним поднялся Мелиан, король Лиссеи, с грохотом поставив огромный молот на стол.
— Мы будем сражаться. Сражаться, как в последний раз. — тяжело сузил глаза силач. — Но сохранит ли свет Отца память о нас? Память об этой великой битве?
Верховный иерарх немного помолчал. Боги оставили их…
— Свет создателя, возможно, оставил нас. Но пока жив хоть один человек… Всегда есть надежда.
Кормир Ренегон с силой вынул меч из стола, бросая его в ножны, и обвёл соратников уверенным взглядом:
— Повелитель смерти думает, что загнал нас в угол: так давайте покажем, что такой настоящая слава! За дело, друзья! Легенды не рождаются сами по себе!
Глава 48. Пылающий ум.
Я стоял примерно в километре от городских ворот Кордигарда и задумчивым взглядом изучал городские стены. Торопиться было некуда, однако душу обуревали странные чувства.
Так много было сделано ради этого момента. Это был долгий путь, полный боли, страданий, запретных ритуалов, лжи и обмана, жестоких убийств и сражений: и вот наконец я здесь, в самом сердце мира людей, стою на пороге главной твердыни и оплота рода Ренегонов.
Фамилия первого из королевских родов людей давно прославилась в веках, а земля, на которой я стол, издревле считалась святой: как место перворождения, самого сотворения человеческой расы. За целое тысячелетие человеческой истории этого мира здесь вырос огромный, полумиллионный город, ставший оплотом цивилизации под мудрым руководством несокрушимой династии древних королей. Многие бросали вызов Ренегонам: случались и войны с амбициозными лидерами новых молодых королевств, так и восстания недовольных герцогов, объединяющих решивших изменить правилы игры аристократов: но никто не преуспел. Бывало, врагам удавалось переиграть королевскую армию, заставить её оказаться в ненужном месте, решительным штурмом осадить столицу…