Чтение онлайн

– Натягивай! – Воскликнул тот, указывая глазами на шелковый шнур, однако Вотша не понял:

– Что натягивать?..

– Вот, – теперь уже кузнец кивнул в сторону шнура, – бери шнурок, цепляй одну петлю за один рог, а другую – за другой!..

Вотша взялся за край скользкого шнура и, присмотревшись к одному из концов тонких стержня, понял, как надо зацепить концевую петлю за выемку на стержне. Однако когда он собрался зацепить другую петлю за противоположный конец стержня, шнурок оказался коротковат. Вотша снова вопросительно взглянул на кузнеца.

– Ну, ты же сообразительный парень Бамбарак! – Воскликнул Вагат, словно подначивая Вотшу. – Догадайся, как можно зацепить второй конец!..

Думал тот недолго. Уперев тот конец стержня, на который уже была накинута шелковая петля в пол, он, придерживая верхний конец рукой, нажал коленом на середину стержня, согнул его и легко накинул вторую петлю!

– Отлично! – Воскликнул Вагат. – Теперь ты понял, что это такое?!

Вотша приподнял изогнутый стержень за рукоять и внимательно осмотрел его, затем потрогал натянувшийся шнурок и… застыл на месте. С минуту он рассматривал то, что держал в руках, а потом его взгляд скользнул вбок, к ящику, раскрытому на полу. Он нагнулся и достал из ящика одну из оперенных палочек. За эти последовал еще один осмотр, причем в глазах Вотши начала появляться догадка. Он повернулся к молча сияющему Вагату и проговорил, словно бы спрашивая разрешения:

– Я выйду… попробую?..

– Ага!.. – Протянул кузнец. – Догадался?!

– Кажется да!.. – Кивнул Вотша и направился к выходу.

В дом он вернулся спустя полчаса, лицо у него было усталое и задумчивое. Присев рядом с лавкой Вагата, он разобрал оружие, протер все его части льняной тряпочкой, в которой оно хранилось, завернул его и уложил в ящик. Кузнец, возбуждение которого уже спало, молча наблюдал за его манипуляциями, не приставая с расспросами, словно чувствовал, что его ученику надо собраться с мыслями. Наконец Вотша закрыл ящик и повернулся к своему наставнику.

– Я понял, как эта штука действует… – Начал, было, Вотша, но Вагат негромко перебил его:

– Эту штуку называли лук! Если хочешь, я расскажу тебе о нем то, что слышал от своего учителя.

Вотша внимательно посмотрел на кузнеца, словно предлагая начать рассказ прямо сейчас, и тот принял это приглашение.

Его отец не сам придумал это оружие, ему тоже о нем кто-то рассказал – вроде бы его часто используют далеко на Юге. Ирбисы-то, хоть и называют себя южными, но дальше на юге живут и другие стаи. Так вот, отец моего учителя, сделал лук из дерева, а струну, или тетиву, из вываренных сухожилий. Стрелы он делал из камыша, но у нас в горах такого камыша не найти, он растет у моря, поэтому мне пришлось…

– Подожди!.. – Теперь уже Вотша перебил своего наставника. – Ты говоришь, лук можно сделать из дерева?!

– Конечно! – Воскликнул Вагат, снова приходя в возбуждение. Тис подходит, да и берест, только ветки для пружины надо выбирать ровные, без сучков и трещин! Но мой составной лук лучше!

– Кто с этим спорит!.. – Улыбнулся Вотша. – Но нам надо будет несколько десятков луков, и как можно скорее! И стрелы… Мне кажется, наконечники можно делать меньше, совсем маленькие, нам ведь надо только, чтобы серебро пустило многоликому кровь, а дальше оно само свою работу сделает!.. – Он на секунду запнулся, а потом задумчиво добавил. – И еще, нам нужны будут стрелы с обычными, железными наконечниками!

– Ах, я еще встать не могу!! – С неким даже ожесточением воскликнул Вагат.

– И не надо тебе вставать! – Твердо ответил Вотша. – Месяц-два передышки мы получили, ирбисы сейчас будут думать, кто уничтожил Аргамак и искать своих пропавших сородичей. А мы будем… учиться! Так что, выздоравливай!

Тут он замолчал, пристально глядя на кузнеца и вдруг, с какой-то странной ноткой в голосе, проговорил:

– А когда ты поправишься и примешь под свою команду отряд… я уйду!

– Как уйдешь?!! – Оторопел кузнец. – Куда уйдешь?!

Вотша отвел глаза и негромко ответил:

– На Запад уйду… Там надо тоже показать многоликим, что их владычество не вечно!

– Но ты же не сможешь взять с собой столько серебра, чтобы!.. – Встревоженный голос Вагата пресекся – Вотша улыбался, и улыбка эта была с горчинкой.

– Нет, Вагат, серебро надо искать на месте. Но теперь я знаю, что мне надо будет искать, а… уругумская сталь останется в Уругуме – у вас здесь тоже работы много будет.

Тут Вотша вдруг замолчал, словно в голову ему пришла какая-то неожиданная мысль, или он решил сказать нечто потаенное, а затем вздохнул и продолжил:

– Ты, надеюсь, понимаешь, что мы начали борьбу, которая продлится всю жизнь?! Ты понимаешь, что мы начали освобождать этот Мир от многоликих?!! Конечно, рано или поздно многоликие узнают, чем именно мы их убиваем, и тогда они будут искать средство защиты от нашего серебра! А еще, они начнут нас уничтожать – всех до кого смогут дотянуться. Они перестанут превращать в извергов своих сородичей, и будут принимать в стаи всех полуизвергов! И любая извергиня будет для них ценностью, потому что она может родить… оборотня!.. А еще они тоже будут искать серебро, искать для того, чтобы не дать нам найти его, не дать нам завладеть им! И вот тогда доставать уругумскую сталь нам станет очень сложно!

И снова Вотша не несколько секунд замолчал, на этот раз, давая понять своему наставнику, что за дело взваливают они на свои плечи.

– Если мы не поднимем всех извергов в этом Мире, если мы не захватим все серебро этого Мира, мы упустим шанс стать… людьми, стать хозяевами этого Мира!!

Вагат откинулся на подложенную под голову овчину. Глаза его смотрели в потолок, но видели не закопченные балки и прогоревший настил, а нечто совсем иное. Может быть, он вспоминал свои сомнения, которыми терзался, когда они возвращались в Уругум, нагруженные серебряными самородками, но это было мимолетное воспоминание. Скорее он примеривал к своей жизни поставленную Вотшей задачу и поражался ее величию! А вот сомнений уже не было в его сердце, сомнения эти выбил многоликий рукоятью своей плети, когда кузнец из айла Уругум, искалеченный, беспомощный, привязанный к дереву, был отдан ему на расправу! Тогда он понял, что не желает, чтобы также издевались над его детьми и внуками, чтобы они так же ощущали свою беспомощность, свою обреченность!!

На следующий день весь уругумский отряд под командованием Вотши отправился в проклятую рощу за деревом для луков. В мастерской уругумского плотника Теура, отца Падура, нашлось несколько подходящих для этой цели кусков береста, но отряду требовалось много луков, а значит, надо было запастись материалом! Кроме того, Вотша собирался в тот же день заняться обучением новых ребят, пришедших в Уругум с отрядом.

Постепенно жизнь в Уругуме вернулась в некое подобие прежней колеи. Изверги занимались привычными делами – овец, под присмотром нескольких ребят, отогнали на горные пастбища, и пастухи взяли с собой клинки из уругумской стали. Дома, пострадавшие от набега многоликих постепенно приводили в порядок, женщины занимались домашним хозяйством и огородами… И все-таки во всем ощущалось постоянное напряжение, постоянное ожидание появления многоликих! Молодые ребята – и уругумцы, и пришедшие из других айлов, дважды в день уходили в проклятую рощу, но скорее по привычке к созданному ими ристалищу, а не затем, чтобы скрыть свои занятия фехтованием. А на лугу, отделяющим айл от проклятой рощи было устроено стрельбище, на котором тренировались лучники.

Прошло около месяца, и однажды утром Вотшу на улице деревни остановил плотник Теур:

– Ты, белоголовый, можешь сейчас заглянуть ко мне в мастерскую?

– Конечно, дядюшка Теур! – Улыбнулся ему в ответ Вотша. – А что за дело-то у тебя?

– Там увидишь! – Чуть загадочно посмотрел ему в глаза плотник, и повернул к своей усадьбе. Вотша пошел следом, гадая, зачем это он понадобился немного угрюмому, неразговорчивому мастеру.

Когда они подошли к широченным дверям мастерской, Теур бросил на Вотшу быстрый взгляд и неожиданно спросил: