Чтение онлайн

В желтых глазах сайга зажглись алчные огоньки.

– Да, господин, – согласно кивнул Вотша, и достал из-за пазухи увесистый мешочек, висевший у него на шее. – Вожак Юмыт дал мне образцы камней. А насчет того, что я могу пропасть… Я ведь только посланец, господин. Мне надо донести образцы до вольного города Ласта – там сейчас находится многоликий Агамат, обменщик стаи. Вожак Юсут послал именно меня, потому что я хорошо знаю западные земли, западные стаи, говорю на многих западных наречиях. Ведь сюда, на Юг я пришел с Запада три года назад вместе с многогранным Айрысом и многогранным Кайсуном. Да и не один я иду, до земель восточных рысей меня будут сопровождать…

Вотша замолчал, и указал взглядом вверх. Невысоко над степью кружил одинокий холзан.

С минуту сайг рассматривал парящего в небе холзана, а затем снова опустил посерьезневшее лицо к стоявшему рядом с его лошадью Вотше.

– Значит, ты знаешь обменщика Айрыса?

– Знаю, господин, и он меня знает.

– К сожалению, многогранный Айрыс уже полгода, как снова ушел на Запад. С ним ушел и многогранный Кайсун, так что подтвердить правоту твоих слов некому.

– Жаль!.. – Огорченно покачал головой Вотша. – Многогранный Кайсун, конечно же, заступился бы за меня, ведь я вылечил его после укуса гнилого пильщика…

– Так ты – тот самый лекарь, о котором рассказывал Кайсун!! – Перебивая его, воскликнул сайг. – Ох, как он жалел, что ты ушел в горы, просто, можно сказать, горевал!!

Сайг покачал головой и смилостивился:

– Ладно, шагай в свой Ласт, а если Юмыт тебя обидит, или сам надумаешь уйти от ирбисов, сайги всегда примут тебя в свою стаю!

И уже отъехав довольно далеко, вожак дозорной стаи развернулся в седле и прокричал:

– Дойдете до Купани, помойтесь. Пахнет от вас, как от… дохлой лисицы!

Когда сайги отъехали подальше, Сафат, глядя им вслед, недовольно спросил:

– Старик, чего ты с ним раскланивался? Мы вполне могли порубить их и дальше ехать на лошадях!

«Похоже, мои ребята совсем обнаглели – Сафар не боится встать впятером против шестерых многоликих!» – С внутренней усмешкой подумал Вотша, а вслух жестко спросил:

– Ты знаешь, когда этот дозор должен вернуться в становище?!

– А зачем мне это знать?! – Удивленно переспросил Сафат.

– Значит, ты не знаешь, сколько часов спустя вся степь будет искать шестерых пропавших многоликих?! – Вотша посмотрел в лицо Сафату стальными серыми глазами, в которых мнилась светлая зелень. – Но даже ты должен понимать, что сделают с теми, под которыми найдут лошадей пропавших сайгов!! Или ты собираешься уничтожить впятером всю стаю южных сайгов?!

Сафат густо покраснел, а Вотша продолжил, чуть более мягким тоном:

– Поэтому я и дальше буду принимать решения, основываясь прежде всего на нашей безопасности… Но когда-нибудь, и возможно, очень скоро такие решения придется принимать тебе. Ты будешь отвечать за других людей, за их жизнь и здоровье, и, при этом, посылать их на смерть. Вот тогда ты, может быть, узнаешь цену скоропалительным решениям.

После этой встречи Вотша понял, что им надо придумать серьезный повод для своего путешествия. Он подумал, было, выдать свой отряд за труппу бродячих актеров, но быстро отказался от этой мысли – во-первых, бродячие актеры не заходили так далеко к югу, а во-вторых – что за труппа без актрис, а актрис им взять было неоткуда! И тогда он вспомнил, как попал в караван многоликого Айрыса, и объяснил своим ребятам, кто такие охранники караванов. Из них пятерых только Самур еще не слишком умело владел оружием, но его можно было выдать за ученика. Оставалось только найти подходящий караван!

Спустя десять дней они вышли к Купани и обнаружили небольшое становище. Здесь Вотша решил купить для себя и своих спутников лошадей, благо средства у них были, но оказалось, что из сопровождавшей его четверки только Сафат пару раз сидел в седле, а остальные даже не знали, как обращаться с этими животными. После короткого раздумья Вотша приобрел небольшую повозку, и на ней они двинулись дальше.

Степи южных сайгов были пусты. Правда, караванный путь, наезженный и натоптанный в ковыле, отмеченный старыми кострищами и обглоданными костями павших животных, был хорошо виден, так что заблудиться в этих, казавшихся бескрайними, степях они не могли. Раза четыре их останавливали дозорные стаи сайгов, но слава Вотши, заработанная им в караване многоликого Айрыса, пока что помогала путешествующим извергам избегать серьезных неприятностей.

Наконец одинокая крытая повозка добралась до первых рощ, выброшенных восточными и северными лесами в пределы южных степей. Здесь ее могли встретить уже и дозорные стаи восточных волков или восточных рысей, и именно здесь, на берегу небольшой чистой речки они нагнали караван свободных обменщиков. С ним они без приключений добрались до столицы восточных рысей, а дальше на запад ребята пошли уже в качестве вооруженного сопровождения свободного обменщика из стаи западных оленей, прельстившегося дешевизной этой охраны.

С этим обменщиком Вотша и его компания добрались до столицы западных оленей, небольшого, чистого городка Пошта. Именно здесь, гуляя по городу, Падур в одном из маленьких кабачков услышал случайный разговор о каких-то «ничейных горах». Правда, Падур не слишком хорошо знал западные наречия, но смысл разговора ему уловить удалось. Он пересказал услышанное Вотше, тот очень заинтересовался этими «ничейными горами» и сам навел необходимые справки. Узнав, что «ничейные горы» – это и в самом деле горный массив, причем довольно обширный, он решил попробовать проверить, насколько тот был… «ничейным».

В небольшом предгорном селении, куда вскорости добрался Вотша со своими товарищами, местные изверги рассказали ему о ничейных горах гораздо подробнее, и эти рассказы чрезвычайно разожгли его любопытство. Он договорился с одним из местных извергов, которого звали Бяша, а прозывали Шатун, чтобы тот проводит их в ничейные горы до первого горного селения. Сам Шатун в этом селении ни разу не бывал, но, по его словам хорошо знал, где оно расположено, поскольку несколько раз провожал многоликих, ходивших в ничейные горы грабить тамошних извергов!

Попасть в этот горный массив оказалось довольно сложно – во-первых, надо было хорошо знать единственную тропу, которая вела вглубь массива, а во-вторых, на этой тропе имелось место, называемое местными извергами Ледяной мост. На самом деле это был ползучий ледник, и каждый раз, вступив на него, приходилось заново искать тропу, а угодить в ледяную трещину, припорошенную снегом, или сорваться с подтаявшего ледяного уступа ничего не стоило!

И все-таки они прошли, хотя в конце пути Вотша был абсолютно уверен, что им просто повезло!

Шатун, может быть и бывал когда-нибудь в Ничейных горах, но, как оказалось, дороги к извержачьей деревне не знал, так что поводив Вотшу с ребятами по горам трое суток, не найдя деревни и сообразив, что обещанной платы не получит, он сбежал во время четвертой ночевки. А на следующий день уругумцы сами вышли к деревне, спрятавшейся между скал. Вот только жителей в этой деревне не было. В ней вообще ничего не было – ни скота, ни скарба в домах, хотя сами домики, небольшие, слепленные из дикого камня, числом двенадцать, стояли в неглубоком распадке, на берегу быстрой мелкой речки. Стояли абсолютно пустые!