Чтение онлайн

Приборная панель была неутешительна, а стрелка готовилась к зимней спячке.

— Эх, Дмитрий Алексеевич, лучше бы вы вчера свою тачку заправили, а не незнакомок в Горизонте.

Забугорная жестянка, даже имея такого водителя-раздолбая, бодро докатила меня до парка. Умеют же немцы строить, тачки у них, что надо. Да, жаль, что девки страшные.

Сегодня в парке было многолюдно, от чего киперам приходилось ещё тяжелее. В столь ранний час здесь собрались все: и любители будничных скидок, и несколько школьных экскурсий. Последние доставляли больше всего хлопот. Пятнадцать или двадцать оболтусов на одного более-менее вменяемого взрослого. Неудивительно, что даже черепахи попрятались по всему вольеру под брёвна и навесы. Че Гевара и тут пошёл дальше всех и с успехом притворился мёртвым.

Капуцины, у которых я теперь прочно обосновался, и вовсе не торопились спускаться с ветвей на землю.

— Чё как?! — обратился я к приматам, внося в вольер большой ящик с их любимыми лакомствами и игрушками.

Поступил приказ от начальства: расшевелить питомцев ради развлечения гостей. Я видел, как Надя недовольно покачала головой в ответ на такое самодурство, но перечить великому и ужасному Карабасу-Барабасу не стала. Ну а мне оно и нафиг не надо.

Дружище Чиба по обыкновению самым первым проявил чудеса своей смелости и спрыгнул прямо в ящик. Зелень и орехи тут же взмыли вверх не очень красочным салютом, но пушистая публика осталась довольна и тут же налетела на угощения.

Несмотря на то, что зоопарк был увешан табличками с правилами поведения в нём, как ёлка гирляндой, каждый второй посетитель не считал зазорным бросить чем-нибудь в моих мартышек. Я старался быть терпеливым и всепрощающим, но когда какая-то мелочь пузатая попала в меня конфетой, я вышел из себя, громко хлопнув дверью на прощание трезвому рассудку.

— Ща как дам, — гаркнул я, подскочив к прутьям и заставив школоту обратиться в бегство. Капуцины одобрительно запрыгали на ветках и заулюлюкали на свой манер, а Чиба тут же подскочил к прутьям, мол он тут тоже не пальцем деланный. Кореш мой, так-то.

Чувство мести гнало вперёд и я бы даже ринулся в погоню и отодрал бы какие-нибудь хулиганистые уши, но тут, так не вовремя, появилась Маша.

— Сбор у фонтана, быть всем, — крикнула она на ходу.

Странно, Надя ничего не говорила. Стряслось может что? Моё дело маленькое — подчиниться. Вышел из вольера, послушно побрёл к центральной площади. Я умею быть хорошим мальчиком! Проходя мимо старика-тигра, на всякий случай заглянул внутрь, вдруг это он хвост отбросил и из-за этого такой сыр-бор. Но Шерхан лежал в тени и лениво шевелил лишь одним хвостом. Мужик!

До фонтана я добрался первым, чем был очень недоволен. Развели кипишь, а сами… Хоть бы объяснили по-человечески. Колонки по периметру на мгновение запнулись, прервав усыпляющую лекцию какого-то ботаника, и выплюнули первый аккорд какой-то песни. Интуитивно я тут же почувствовал что-то неладное.

Со всех сторон и уголков необъятного зверинца к центру площади спешили киперы, зоотехники и Бог весть кто ещё тут у них работает. В моей же голове крутилась только одна мысль: “Нет, пожалуйста, нет!”

Выстроившись в несколько рядов на площади, они начали хлопать в ладоши, подозрительно чётко попадая в такт мелодии, чтобы всё это могло казаться случайностью. Я же спиной стратегически отступал в кусты. Мне этот позор нахер не нужен.

— Попался! — на моей шее повисла Машка и втянула меня в эпицентр зашквара.

Нет, нет, нет! Умоляю, только не сраный флешмоб!

Киношные бурундуки фальшиво горланили песню через колонки. Сотрудники скакали как горные козлы на потеху детям. Я сгорал со стыда. Ровно до тех пор, пока не заметил в первом ряду знакомую белокурую макушку.

В коротких джинсовых шортах Надя лихо отплясывала рок-н-рольные па, кружилась как волчок и ослепительно улыбалась собравшимся вокруг нас гостям. А падла Синицын трогал её своими грязными руками, подхватывал за талию и ловко подкидывал вверх, будто она легче пёрышка.

— Лови, — крикнул мне кто-то в ухо, но я был слишком занят тощими коленками Степановой, чтобы на это хоть как-то среагировать. И уже через секунду на меня прыгнула Маша и мы вместе свалились на газон. Что ж, до кустов я всё-таки добрался.

Сегодня я усвоил бесценный урок: держаться от сборища смотрителей подальше. Если они собираются группой больше трёх человек, быть беде. А уж говорить о том, что до конца дня я безвылазно прятался в вольере, по-моему излишне. Это и так очевидно.

С капуцинами надёжнее. Максимум, Чиба стрельнёт сигарету. Да и это не напрягает, если нет в поле зрения маленького начальства.

— Ты сегодня молодец, — неожиданно похвалила меня Надя в конце рабочего дня. — В основном стажёры мало принимают участия в наших общественных движениях. Ты меня удивил.

— Люблю быть в гуще событий, — выдавил из себя подобие улыбки.

Вот вам и урок номер два: будет Машка умирать, пройду мимо! Это же надо так меня подставить?!

— Тебя подвезти? — спросил, едва завидев вдалеке фигуру Синицына. Тот шёл по парковым дорожкам, как и мы направляясь к выходу. А вот хрен тебе, Синицын, а не Надюха.

— Если не трудно, — словно бы смущаясь, ответила Надя.

— Куда-то спешишь? — мне не особо было интересно, и спрашивал я скорее, чтобы узнать, какие ещё препятствия меня ожидают в этом неприступном бастионе.

— В ветаптеку нужно успеть до закрытия.

— А в парке разве нет всего необходимого? — удивился я. — Этим вроде ветеринары должны заниматься, а не ты.

— Это для себя, — уклончиво ответила Надя, а у меня ну никак не получалось сдержать улыбку. Может и мне купить капли от блошек, бывалым виднее.

— Давно ты тут работаешь? — спросил я, решив оставить подколы до лучших времён.

— Четыре года и семь месяцев, — моментально и с маниакальной точностью ответила Надя. — До этого тоже в парке бывала часто, даже в старших классах была там волонтёром. Но это нисколько не облегчило мой первый день.

— Вот как? Неужели у тебя что-то не получалось?

— О, да много чего! Все навыки приходят со временем и опытом. А в первый день тебя будто специально бросают на самую тяжёлую работу и гоняют по всей территории туда, не знаю куда, за тем, не знаю чем. Поверь, тебе еще крупно повезло с черепахами.

Степанова говорила эмоционально, живо улыбалась. Уж про что, а про животных она могла говорить часами.

— У меня даже документы не попросили на собеседовании, лишь осмотрели с головы до пят и вынесли вердикт: руки, ноги есть, значит, сгодится. Грешным делом даже подумала, а не съели ли предыдущего работника?