Чтение онлайн

Ясно, что кровь понадобилась не для ДНК-теста. А зачем тогда? Порчу навести? Не то у меня настроение было, чтобы смеяться... но все равно было смешно.

Нет, порчу на крови сделать можно, кто бы спорил. Но скачать с форума ритуал, добыть "биоматериал" и наблюдать, как мимо тебя несут труп твоего врага — это, извините, из области бреда. Чтобы все получилось как надо, знающий человек нужен. Кто-то вроде моего знакомца Хукка с "Калевалы" две тысячи лохматого года. А знающий сразу определит, что ему подсунули кровь гайду — и что он с этими умниками сделает, даже думать не хочется. Нойды — они хоть и белые и пушистые, и несут добро и причиняют справедливость, но... нет у них запрета на вред человеку.

В отличие от нас, им можно. И болезнь наслать, и смерть. Гайду — нельзя. А нойдам — можно. Такой вот парадокс. Хотя, может, и не парадокс, все логично, кому и держать в руках нити жизни и смерти, как не "белым" шаманам. Не "темным" же гайду доверять такое?

И, если разобраться, не так уж мы были ущемлены в правах. У нойд и волхвов свои запреты. Например, им лгать нельзя. Вообще. Вот как жить в современном мире, когда даже в соцсеть с фейкового аккаунта не зайдешь? Хотя — Хукка как-то справлялся и даже не жаловался.

Я невольно улыбнулась, вспомнив худого как палка белобрысого парня с длинными, сильно ниже плеч волосами, собранными в хвост. Острое лицо, не понять, красивое или все же уродливое и темные колодцы глаз, почти без белка, из которых смотрела Сила. Не скрываясь. А чего прятаться — кто знает, тот и так знает, а кто не в курсе, тот просто не поймет.

Я тогда взглянула на него один раз и жестко придавила трепыхнувшееся сердце. Нойда и гайду это как "Альфа и Омега" из того мультика. Охотится вместе можно. А выть — нельзя.

Это могла быть любовь. Я не позволила ей родиться. Хукка это понял и в благодарность поделился кое-какими знаниями.

Парочку из них я и собиралась сейчас применить.

— Не переживайте, я врач. Больно не будет, — профессионально сухо сказал немолодой мужчина в сером свитере и джинсах. Хорошо, что сказал. Заподозрить в нем врача было трудно, он даже очков не носил... Стереотипы, да, но до чего же живучие.

Это была съемная квартира, из тех совершенно безликих жилищ, которые сдаются на сутки или несколько часов по объявлению в группе: "Подслушано...", деньги перечисляются на карту, а ключи оставляют в почтовом ящике или под ковриком. Никакого риска, воровать там все равно нечего: тахта, комплект постельного белья, чайник на плите, дешевая посуда. Идеально для командировочного на один-два дня, парочки, которой "просто негде" и таких вот интересных дел. С кровью.

Багров меня удивил. Приятно. Мы договорились, что до Яголды я доберусь сама, сяду на поезд, выбрав тот, который прибывает одновременно с парой электричек с разных направлений. А уже на вокзале он меня встретит и проводит.

И, действительно, встретил. Так, что не придраться. Я даже не поняла, что такси, в которое я села, выбрав его рандомно, ведет знакомый паренек из папиной службы безопасности. А, сообразив, долго таращилась на него, пытаясь, как доктор Ватсон, сообразить: "Черт возьми, как?!"

Водитель заметил, улыбнулся мне польщенно и загадочно. Его улыбку я увидела в зеркале заднего вида.

— Все просто, Кира. Мы на этот час арендовали все машины.

...Действительно. Знаменитый фокус с подменой.

На месте Антон удивил меня еще раз, остановив руку "врача".

— Система будет наша. Стерильная, иначе все договоренности снимаются.

Он что, подозревал наших оппонентов в намерении заразить меня ВИЧ? Или отравить? Да зачем же так сложно-то? Пристрелить на выходе — и дело в сторону.

Но протестовать я не стала, Антону виднее. В конце концов, он мог владеть какой-то эксклюзивной информацией, которой решил не делиться. Его право.

Кстати, на счет боли доктор не соврал. Я и в самом деле почти не почувствовала, как игла входит в вену. Чем бы мужик не зарабатывал себе на жизнь сейчас, но медбрат в анамнезе там точно был, и неплохой.

Тонкая пластиковая трубка окрасилась темно-красным и я отвернулась.

...Отдавать кровь нельзя. Это правило. Но покажите мне правило, которое никто и никогда не нарушал. Они ведь так и возникают — кто-то делает что-то, вляпывается по самые уши и рождается очередное правило о том, что так делать нельзя. Существует лишь одна гарантия, что правило не будет нарушено — невозможность это сделать физически. Все остальное не сработает.

— Все, — тот же сухой голос словно разбудил меня, вывел из подобия транса, — вам необходимо выпить крепкого сладкого чая.

— Так и будет, — так же сухо кивнул Багров и протянул мне дымящийся термос. Свой.

Тени от лампы на парковке были резкими, и метались по всему пространству бетонной коробки, как тараканы на горящей кухне. Я села в его черный кроссовер Mitsubishi и пристегнула ремень.

Молча. Разговаривать почему-то не хотелось.

— Кира, — прервал молчание Багров, — Ты... Спасибо за отсрочку. Я их найду.

— Не сомневаюсь. Как ты организовал мое возвращение?

Антон дернул ртом и перешел на деловой тон:

— Сейчас едем до площади Волкова. За нами обязательно будет хвост. Там сворачиваем во двор. В одной из девятиэтажек есть сквозной подъезд. Обычно он закрыт и забит досками, но не сегодня. Твоя задача выйти на другой стороне и пройти сто пятьдесят метров по переулку до выхода на проспект. Там тебя будет ждать синий Ford Kuga. В переулке мы сопровождать тебя не сможем, иначе мгновенно зарисуемся. Но если все сделать быстро, тебя не смогут отследить.

...Смогут и запросто, у них есть моя кровь. Но, может быть, не станут? Они же получили то, что им нужно.

Машина ныряла в потоке как рыбка, ловко перестраиваясь и втыкаясь в любую брешь. Автомобиль Багров водил мастерски, мне до него было далеко. Краем глаза я оглядела папиного безопасника: лицо хмурое и сосредоточенное, но шея и плечи расслаблены. Значит, ничего плохого не ждет и в своем плане уверен.

Мы еще раз перестроились и свернули направо, потом снова направо, проскочив под мигающий зеленый. Антон пытался вычислить хвост? В таком потоке? Если только потом, по записям с регистратора.