Чтение онлайн

– Такой вой! До сих пор в ушах стоит!

– Больше туда ни ногой! Ни-ни!

– Правду люди говорят, дэвовские это места! Человеку там смерть!

Слух о том, что у реки видели дэвов, моментально облетел весь город. Когда эти россказни услышал Фраорт, дэвов было уже не двое, а целая сотня, причем они гнались за пастухами до самого города. Фраорт лишь улыбался, он-то знал, в чем дело. Недавно купец из Ионии привез Хашдайе необычную краску. Тамошние жрецы изготавливали ее то ли из внутренностей морских животных, то ли из человеческой мочи. Ионийцы называли эту краску «холодным огнем», потому что, нанесенная на драгоценные камни, она заставляла их светиться в темноте. Именно этой краской и нарисовал Фраорт две громадные морды на скалах, постаравшись изобразить их как можно страшнее. Теперь никакое золото на свете не заставит людей пойти в дэвовское ущелье.

* * *

В то утро Хаем учил Фраорта, как изготавливать благовония. Потом они немного поэкспериментировали, создавая новую мазь для ращения волос. Хашдайя только покрякивал, глядя, как ловко мальчик выполняет сложнейшие операции, а Хаем улыбался. Он гордился своим учеником. Потом Хашдайя уехал к больному, а Хаем отправился в караван-сарай навестить купца из Индии. Тот привез трактат индийского лекаря о строении человеческого тела.

Но если бы египтянин задержался и увидел, что происходит, ни за что не подпустил Фраорта к своим снадобьям. Воровато оглянувшись на дверь, Фраорт сгреб в корзину все флаконы, горшки и мешочки, затем нацепил парик из конского волоса. Его мальчик тоже позаимствовал у Хаема, который, как истинный египтянин, питал слабость к искусственным волосам. На его родине ни один уважающий себя вельможа не показался бы на улице без пышного парика. Затем Фраорт обмотал голову куском ткани, оставив открытыми лишь глаза и рот, надел расшитый узорами халат, одолженный у одного из знакомых купцов и, погрузив корзину на осла, отправился на рынок.

Недавно в Экбатану прибыло несколько караванов из Вавилона, Суз и Бактрии, поэтому народу на рынке была тьма-тьмущая: горожане, чиновники из канцелярии сатрапа, солдаты местного гарнизона, крестьяне из окрестных селений, пастухи и рабы. Фраорт устроился на свободном месте в ряду травников, заплатил мзду старшине рынка и принялся ждать, когда к нему начнут подходить покупатели. Однако люди проходили мимо, не обращая внимания на маленького торговца с его непонятными банками и горшками. У соседей же торговля шла бойко, видимо их тут хорошо знали. Они посмеивались, глядя на чужеземца.

– Ах, вот вы как! Ну, сейчас я вам покажу! – разозлился Фраорт. Он вскочил на камень, заменявший ему сиденье, и закричал:

– А вот кому мазь для ращения волос! Бальзам, который сделает женщину красивой, как утренняя заря! Попробуйте порошок для похудания! Отдаю дешево, почти даром!

Через полчаса ситуация в корне изменилась: возле Фраорта толпился народ, а лавки других травников опустели. Фраорту даже пришлось нанять раба, чтобы тот помог ему взвешивать благовония. Однако после обеда торговлю пришлось свернуть – мальчик увидел на рынке Хаема. Фраорт велел рабу погрузить оставшийся товар на ослика и, к великому облегчению своих конкурентов, покинул ряд травников. Заработал он совсем неплохо: несколько сиклей 16 серебра, бусы, браслеты, серьги и огромный кувшин ячменя. Все это он чуть позже обменял на рыбу, мясо и, овечий сыр, который так любил Малыш, погрузил на ослов и повез за город. На ближайшие два дня дракон едой обеспечен. Потом Фраорт опять отправится на рынок или придумает еще что-нибудь.

После всех этих трудов мальчик сильно проголодался и зашел в харчевню. Рядом с ним, в углу, отделенном от общего зала ковром, обедали несколько купцов. Они говорили о сегодняшних сделках и хвастались своими приобретениями. Внезапно внимание Фраорта привлекло слово «дракон». Он слегка отодвинул ковер. Нет, он не ослышался, купцы действительно говорили о драконе.

– Чтоб у меня язык отсох, если я вру! – услышал он писклявый голос. – Пусть меня покарают боги, если я скажу, хоть слово неправды! Видел я их, вот как тебя сейчас вижу. Один черный, громадный, другой раза в два меньше, весь зеленый, а брюхо – золотое!

– А почему ты думаешь, что это были драконы? – пробасил второй.

– Мне ли не знать? Каждый раз, когда въезжаю в свой родной Вавилон, меня встречает дракон Мушруш на главных воротах города.

– И что они делали, эти драконы? – по-прежнему недоверчиво спросил бас.

– Дрались, что же еще? Драконы всегда дерутся! Черный напал на зеленого и давай его когтями! Потом хвостом! И опять когтями! Видать, здорово зеленому наподдал. Тот кувыркнулся и начал падать! Прямо на меня! Я дожидаться не стал, в кусты спрятался! Сижу там, трясусь от страха и молю богов защитить меня!

– А драконы?

– Черный еще немного покружил над тем местом и улетел. Видимо, подумал, что зеленый убит.

В этот момент к Фраорту подошел слуга с подносом, мальчик отвлекся, и не слышал продолжения разговора. Но теперь ему стало понятно, откуда у Малыша такая рана и как он здесь очутился. Интересно, а Черный дракон знает, что его противник жив и скрывается на холмах? И разыскивает Малыша? Тогда он может прилететь сюда вновь. А может, он уже здесь!? Прячется где-нибудь, и наблюдает за всем, что творится вокруг. Фраорт похолодел. Малышу грозит опасность! Он-то думал, что в небе Малыша никто не достанет, а на самом деле это не так. Стоит ему подняться в воздух, Черный заметит его, и кто знает, чем закончится их встреча? Фраорт вспомнил, как ласково и нежно касался его руки влажный нос дракона, как мягко обнимал его длинный зеленый хвост и почувствовал, что его переполняет гнев. Ну, нет Черный! Не на того напал! Он не даст Малыша в обиду! Бросив недоеденный обед, мальчик выскочил на улицу.

* * *

…Фраорт поставил корзину с едой на траву и вытер пот со лба. Хорошо бы пригнать ослов с поклажей прямо на поляну. Однако животные ни за что не хотели подниматься на холм – они боялись дракона. Вот и пришлось Фраорту самому таскать продукты наверх. Да еще в такую-то жару! Вокруг стояла тишина – все живое спряталось от невыносимого зноя. Малыш и тот попытался забиться в кусты. Но он был слишком велик для этого и нависал над поляной, словно зеленая гора. Не совсем зеленая – гребень у него был золотистого цвета.

Высоко в небе мелькнул темный птичий силуэт. Да, птицам можно позавидовать! Хотел бы он вот так же парить в вышине, чтобы вокруг – только небо и голубой простор. Драконам наверно очень нравится летать. Драконам… Фраорт замер, вглядываясь в темный силуэт. Маленькая головка на длинной шее, короткие широкие крылья, мощное туловище, длинный гибкий хвост… Корзина выпала из рук Фраорта. Дракон! Тот самый, о котором рассказывал вавилонянин. Зачем он здесь? Конечно же, выслеживает своего противника. Неужели, он узнал, где Малыш? Нет, этого не может быть, иначе бы он давным-давно напал на него! Но у драконов отличное зрение. Он может заметить Малыша! А может, уже заметил и следит за ним? Выжидает, пока Малыш взлетит? Что же делать? Внезапно Черный дракон развернулся и стремительно умчался вдаль. Фраорт сел на поваленное дерево, дрожа, словно в лихорадке.

В этот вечер он не стал, как обычно разводить костер и вернулся домой пораньше. Когда шел по пустынному лугу возле города, ему казалось, что в небе кружит Черный дракон, и все смотрит, смотрит на него своими огромными желтыми глазами. Глаза… Желтые глаза … Фраорт вспомнил странное светящееся пятно над домом, и сердце его ушло в пятки. Это был он! Черный дракон! Сидел на скале у самого их дома! Наверно, он следил за ними. Хорошо, что Фраорт не поделился ни с кем своей тайной! Если бы Черный услышал об этом!.. Фраорт поежился.

Чтобы проверить, не видно ли убежище Малыша сверху, мальчик залез на соседнюю гору. Оттуда был виден лишь склон холма, густо поросший лесом. Кто не знаком с этой местностью, не поймет, что где-то внизу у самой реки скрывается гигантский дракон. Значит, и черному сверху ничего не видно. Можно не волноваться. И все-таки на сердце у Фраорта было неспокойно. Он еще пару раз побывал на базаре, пока Хаем не хватился своих пропавших снадобий. К счастью, египтянин решил, что их украл недавно сбежавший раб-эламит Арбар. Так или иначе, Фраорту удалось запасти продовольствия на несколько дней.