Чтение онлайн

* * *

В тот день Фраорт допоздна просидел в кузне, глядя, как куют мечи для воинов царя. Он так увлекся, что совершенно позабыл про время. Вспомнил, что нужно возвращаться домой, лишь, когда совсем стемнело. Мальчик поспешно распрощался с кузнецами, и, что есть духу, помчался по узким улочкам. К ужину нужно было обязательно успеть домой. Хашдайе не нравилось, когда мальчики бродили где-то по ночам. Старик может рассердиться, и не отпустит его завтра гулять. А Фраорт собирался побывать в караван-сарае, куда накануне пришел караван из Бактрии. В городе было тихо и мрачно. Лишь кое-где за стенами домов слышались голоса, звуки музыки да мелькали огоньки светильников. Однако большинство горожан уже спало. День завтра предстоял трудный. В Экбатану приехали сборщики налога, нужно было собрать все, что они требовали.

Уже завернув в переулок, Фраорт заметил оранжеватый огонек над их домом. Кто-то разжег костер? Нет, не похоже, пламя костра красноватое, а тут свет желтый, мягкий, как от огромного светильника. Только почему он, то вспыхивает, то вновь гаснет? Может, это Хашдайя что-нибудь испытывает? Вот бы посмотреть! Фраорт уже не раз тайком забирался в сад, где Хашдайя и Хаем проводили свои опыты. На прошлой неделе они долго возились с бронзовыми трубками, пытаясь приладить к ним обыкновенный лук. Из кустов, где прятался Фраорт было не очень хорошо видно, в чем там дело, он пробрался ближе, и тут рядом с его головой в стену вонзилась стрела. Фраорт закричал. Однако Хашдайя не стал ругать его, а, наоборот, разрешил помочь им. Оказывается, они испытывали китайский самострел «цзи». Это такой лук, который может запустить, одну за другой, сразу несколько стрел. Соорудили его по чертежу из старинной рукописи на шелке, которую Хашдайе привезли из Китая. «Цзи» на рисунке был деревянным с бамбуковыми стрелами. Самострел же Хашдайи был отлит из бронзы. Бронзовая стрела летела дальше, чем обычная и пробивала любую броню. Тетиву натягивали специальным крючком. Потом Хашдайя смастерил приспособление для круговой стрельбы, чтобы самострел можно было поворачивать в любую сторону, и даже вверх.

Хашдайя многое рассказал Фраорту об оружии, например, о гастрафете, созданном ионянами. Его называли «брюшной лук». Тетива у такого самострела была очень тугой, и чтобы натянуть ее, на рычаг надо было навалиться животом. Рассказал о манубаллистах и аркубаллистах, которые использовали в бою племена, обитающие по берегам реки Тибр. Эти метательные машины устанавливали позади лучников и с безопасного расстояния засыпали противника тучей стрел. Фраорту даже разрешили несколько раз выстрелить из «цзи» по кожаному полотнищу, укрепленному на стволе дерева. У мальчика был меткий глаз: его стрелы попали точно в центр.

Вот и теперь, Хашдайя, наверняка смастерил что-нибудь интересное. Фраорт со всех ног, припустил к дому. Однако тут было тихо и безлюдно. Лишь светильник висел на верхушке скалы, к которой примыкал их дом. Откуда он там взялся? Надо посмотреть! Фраорт полез на скалу. В темноте это было трудно. Тропинка, которая вела наверх, почти не видна. Фраорт все ноги расцарапал о колючки, пока вскарабкался на вершину. Но где же огонь? Странно, исчез куда-то. На мальчика подуло ветром, потом наверху что-то зашелестело. Звук был такой, словно тысячи стрекоз одновременно захлопали крылышками. Ни пения птиц, ни шороха мышей, ни писка комаров, ничего – только этот шелест. Внезапно Фраорту стало страшно. Он попятился и, не разбирая дороги, понесся вниз. Он просто чудом не свернул себе шею. Едва живой от страха, он нырнул в дыру в стене и помчался к дому через задний двор. И надо же такому случиться, туда, как раз вышел Хаем.

Все свободное время, египтянин проводил в небольшом уголке, который домочадцы называли «сад Хаема». Там он выращивал розы. Это были единственные цветы, которые любил египтянин. О розах Хаем знал больше, чем садовники-индийцы из царского дворца, на родине которых розы выращивают испокон веков. Те не раз приходили к египтянину, чтобы узнать о новых способах прививок, об удобрениях, о том, как приготовить чудесную розовую воду и как сберечь кусты в суровые зимы. И Фраорт, и Гаумата любили бывать в этом саду. Каких только роз там не было! И все разные: дамасская, у которой зеленые листочки покрыты желтыми узорами; китайская, у которой каждый лепесток был своей особой формы, не похожий соседний, шелковая с желтыми цветками и крупными рубиновыми шипами. А недавно Хаему привезли побег новой розы. Ее называли «колючейшей», потому что мелкие иголочки буквально облепили весь ее ствол. Египтянин так трясся над ней, как будто роза была из чистого золота. Хаем как раз проверял, все ли в порядке с розой, когда услышал чьи-то шаги. Он решил, что в сад забрались воры, поднял крик и переполошил всю улицу. Полураздетые, сонные люди сбежались к дому лекаря, кто с топором, кто с дубиной. Каково же было их изумление, когда вместо грабителя они обнаружили в кустах Фраорта.

Хашдайя был вне себя от гнева. Ему было стыдно, что причиной ночного переполоха стал его собственный сын. Он отругал Фраорта и запретил выходить за пределы двора в течение месяца. Для мальчика это было настоящим ударом. Мало того, что перед всеми соседями его выставили несмышленышем, так еще и лишили свободы. Фраорт вырос в селении пастухов, где дети с малых лет приучаются к самостоятельности. Он с раннего возраста помогал родителям готовить запасы на зиму: ставил силки на зверя, рыбачил, собирал грибы, ягоды и дикий мед. В последние годы, предоставленный сам себе, он и вовсе разучился подчиняться чьим-либо приказам.

* * *

На следующее утро Набу повел их к писцу Дабару. Фраорт всю дорогу хмурился и сопел, что было признаком того, что он рассержен. Дабар был маленький высохший старик с узким личиком, изборожденным морщинами, и скудной растительностью на голове. Смолоду он мечтал о карьере при дворе, но у него не было, ни особых талантов, ни знатной родни, поэтому он прозябал в должности младшего писца в то время, как его сверстники давным-давно имели титулы и должности. Свою злость и разочарование Дабар вымещал на учениках, нещадно избивая их за малейшую провинность.

К нему ходили пятеро мальчиков из семей ремесленников и торговцев. Занимались они в маленькой комнатушке, где стояли стол и пара скамеек. Дабар сегодня был не в настроении и накричал даже на Гаумату, который числился у него в любимчиках. Урок начался с того, что раб, помощник писца раздал им листы папируса, правда бывшие в употреблении. Они были склеены из кусков каких-то документов, теперь уже смытых. На столах лежали заранее приготовленные таблички с текстами. Их и нужно было переписать на папирус черной и красной красками.

Такой работой мальчики занимались целыми днями. Иногда тексты попадались интересные, например, о полете Этаны на орле, о стране «черноголовых» 7 или о подвигах ассирийцев. Но таких было мало. В основном мальчики переписывали какие-то отчеты, ведомости, доклады, судебные решения, в которых они совершенно не разбирались.

Фраорт выводил на папирусе знаки, мрачно размышляя о случившемся ночью. Он был расстроен, и не замечал, что буквы ложатся вкривь и вкось, то проваливаясь на предыдущую строку, то забегая вверх. Но Дабар это заметил. Фраорта старик терпеть не мог. Подвижный и шаловливый мальчик доставлял писцу немало неприятностей, а кроме того, еще и осмеливался спорить с ним! С самим Дабаром!

– Ну, погоди, вредный щенок! Сейчас я тебе покажу! – злорадно думал писец, изредка поглядывая в сторону Фраорта.

Он дождался, пока Фраорт окончательно испортит лист, подскочил к нему, вцепился в волосы своими крючковатыми пальцами и стал колотить головой об стол. Все это старик сопровождал ругательствами и обзывками, из которых «ослиные уши», «хвост коровы» и «задница верблюда» были еще не самыми сильными. Дабар и раньше бил мальчика, но Фраорт терпел, потому что за время своей кочевой жизни усвоил одну простую истину – взрослые вправе сделать с ребенком все, что угодно, и им за это ничего не будет. Поэтому, когда писец сел на место, Фраорт вытер слезы и вновь принялся за работу. Он переписал первый текст и принялся за второй. И тут ему повезло: текст неожиданно оказался интересным. В нем рассказывалось о Тиштрии, боге-предводителе всех созвездий ночного неба, который спустился в море в образе белого коня, победил всех демонов и спас Землю от страшной засухи.

– Странно, – Фраорт и сам не заметил, как произнес это вслух. – А Хашдайя говорил, что никакого Тиштрии не существует.

– Как это не существует? – все мальчики уставились на Фраорта. Тому польстило их внимание, и он принялся рассказывать:

– Тиштрия – это никакой не бог, а просто звезда. Пылающий шар в небе, наподобие горящего факела. И звезд таких видимо-невидимо! А само небо вовсе не твердое! Это всего лишь воздух!

– Но маги говорят, что Злой дух расколол его, когда обрушился сверху на Землю, – возразил кто-то из старших учеников, уже знакомый с учением Заратуштры 8 .