Чтение онлайн

Кореец отирался возле дверей в кабинет Анатолия Борисовича с таким видом, словно мучился в центре людной площади от неожиданного приступа поноса. Увидев выходящего Безрукова, Кореец с надеждой бросился к нему:

– Ну как он там?

– Стареет. Толстеет. Умнеет...

– Кончай прикалываться, Стае! Я же серьезно спрашиваю. Как шеф? Сильно не в духе? Говорят, он с утра как с цепи сорвался...

– Нагло врут! Добр, приятен и удивительно вежлив. А что у тебя такое случилось?

– Рафинад исчез, - мрачно сообщил Кореец.

– Никогда не думал, что ты пьешь чай вприкуску... Погоди, погоди! Безруков мгновенно стал серьезным, поняв, о ком идет речь.
– Как это - исчез? Его же должны были отправить в Бутырку!

– Ха! Отправили... Да он купил всю московскую милицию, этот гад! Почти неделю он там действительно ночевал. В отдельной камере, правда. Но в тюрьме... А потом набежала целая кодла адвокатов - что ни фамилия, то знаменитость. "Ах, вы держите больного! Ах, у него цирроз! Ах, у него сердце!.." И все! Полный аллее...

– Перекричали?!
– ахнул Безруков.

– В два счета. Оставили залог и забрали под белы рученьки. Ищи-свищи его теперь!

– А как же подписка о невыезде?
– машинально спросил Безруков, но тут же понял, как глупо прозвучал его вопрос. Что богатому человеку какие-то там подписки? Бумажка под ногами, не больше. Плевал он на них. Дал небось еще одну взятку и уже смылся из России...

– Хорошо, я успел своих ребят в Шереметьево-2 предупредить, - вяло похвастался Кореец.
– По крайней мере, за границу он теперь так быстро не улетит. Но я думаю, он и не станет рисковать. Зачем куда-то лететь, если у нас можно так спрятаться - никакой Интерпол не разыщет...

Безруков согласно кивнул. Что верно, то верно. Медвежьих углов у нас еще хватает. Можно сказать, вся страна и есть один такой огромный медвежий угол. Заповедная зона. Край непуганых идиотов.

– Ты не переживай...
– Капитан одобряюще похлопал Корейца по плечу. Найдется!

– Я что? Вот если шеф начнет "переживать" - тогда да! Тогда перья полетят. А я что?
– повторил Кореец, как бы успокаивая себя.
– Я разве виноват, что менты совсем оборзели?! Мы с Анькой, можно сказать, жизнью рисковали, когда этого волчищу хомутали. А они? Они что сделали? Один чердак и тот толком не обыскали. Да ну их... Сволочи!

Вот это упоминание об Ане Зверевой и подтолкнуло капитана Безрукова к принятию необычного решения...

Он поднялся в шифровальный отдел и велел соединить его с Плаховом по закрытой телефонной связи "Шнур-2". Эта система подчинялась непосредственно Министерству обороны и цепкой паутиной опутала весь бывший Советский Союз. Спецслужбы пользовались "Шнуром", когда нужно было оперативно связаться с коллегами. Соединили, как всегда, оперативно. Вежливо поздоровавшись, Безруков попросил у представителей военной разведки всего две минуты разговора с Аней. Те, чувствуя, что за просьбой стоит полное владение ситуацией, снисходительно разрешили. Однако за короткое время этого разговора Безруков не дал сказать Ане ни одного слова. Говорил только он. Вернее, не говорил, а ругал девушку самыми черными словами, которые смог только вспомнить. Он обвинил ее во всем, но больше всего в полном и окончательном провале операции. Именно на провал все время и упирал хитрый Безруков. В самом конце, почувствовав, что уже здорово "накрутил" девушку. Стае резко оборвал свою речь:

– Все, пока хватит с тебя, Зверева! Остальное услышишь от полковника Головача. Уж он-то, в отличие от меня, цацкаться с сопливой девчонкой не станет!

В телефонной трубке раздались короткие гудки. Поняв, что Безруков отключился, Аня осторожно положила трубку. Ее щеки пылали, она боялась столкнуться взглядом с кем-нибудь из охранявших ее людей. Какой позор! Еще никто ее так не оскорблял... Надо же было услышать все эти гадости именно от Стаса... А она-то ему верила, считала его своим покровителем! Что же произошло? Неужели в отделе на ней поставили крест?!

Аня резко вскочила с удобного кресла, которое уступил ей оператор связи. Два охранника тотчас поднялись со своих мест, подошли к ней, встали по бокам. Своей уверенной поступью, своими степенными движениями они почему-то напоминали ей римских легионеров. Тяжело вздохнув, девушка мысленно досчитала до десяти. Немного успокоилась. Ничего, она еще сумеет реабилитироваться...

Ее вернули в комнату. В отличие от того помещения, где она находилась в обществе странной зомбированной женщины, это было обычное жилое помещение, которое вполне могло бы сойти за стандартную однокомнатную квартиру в новостройке. Раскладной диван, пара новых кресел, мини-бар, телевизор на низком журнальном столике, кухня... Если бы не отсутствие окон и не охранник, постоянно дежуривший рядом с ней. Совсем еще молодой парень в очках. Девушку он почему-то побаивался, и между ними быстро установились отношения аналогично армейским:

Аня была "дедом", а парень - "духом", салагой.

От нечего делать охранник давил на кнопки пульта, перескакивая с программы на программу...

Аня присела на диван и, откинувшись на его спинку, замерла, бездумно уставясь в телевизор. Она вновь и вновь вспоминала этот странный разговор с Безруковым. Только сейчас, когда эмоции постепенно начали уступать место разуму, девушка всерьез задумалась над словами капитана. А что, если он хотел сказать ей нечто совсем другое? Что, если весь этот разговор был лишь для отвода глаз?..

Внезапно что-то заинтересовало Аню в мелькнувшей телевизионной программе.

– -Ну-ка, верни-на пятый!
– вдруг попросила она.

– Там же неинтересно, тетя Аня!
– заныл парень.
– Сейчас здесь "Дорожный патруль" будет!..

– Я кому сказала...

– Блин!
– И охранник, не скрывая огорчения, вернулся на нужную ей программу.

Показывали какой-то документальный фильм. Известный на всю Россию режиссер, который последним в стране понял, что так жить нельзя, беседовал с пацанами в детском приемнике:

"...
– Ребята, вам какие профессии нравятся? Кто кем хочет быть?

– Кооператором!

– Кооператором!

– А ты, мальчик?

– Не, я кооператором не буду.

– А кем ты хочешь стать?

– Коммерсантом.

– Почему?

– Ну... денег много...

– А ты думаешь, коммерсанты - это те, которые в ларьках работают?

– Нет, почему, можно магазин открыть... Одежду всякую продавать...

– А я уже работал в ларьке. У брата. Два "лимона" стырил и убежал..." Не выдержав, Аня засмеялась. "...
– И что ты с ними сделал?

– Пропил, проел...

– Как тебя зовут?

– Антон.

– Разве может человек с таким именем быть бандитом?

– Может!

– Знаешь, был писатель с таким, как у тебя, именем. Антон... Кто подскажет?

– Пушкин!

– Нет, не Пушкин. Антон Павлович Чехов. Кто из вас хочет стать писателем?

– Писателем неинтересно.

– А космонавтом?

– Чего?!

– Шофером?

– Я! Я хочу быть шофером.

– Почему?

– Там "шару" всегда можно сделать!..