Услада пирата
Шрифт:
– Я пришел узнать, не нужно ли вам чего. Лорду Камерону, наверное, не слишком понравится, что я тут болтаю с вами.
– Лорд Камерон не может указывать мне, с кем разговаривать, Дэви, – сухо отрезала Скай. Внезапно по спине у нее пробежал странный холодок: она поняла, что лорд пришел следом за Дэви и стоит в дверях за спиной у юноши.
Дэви повернулся и весь побелел.
– Ты закончил, парень? – осведомился лорд Камерон.
– Да, сэр!
– Тогда марш отсюда, сынок. – Лорд Камерон смотрел прямо в глаза Скай.
Она невольно вздрогнула. Как она ненавидела этот серебряный взгляд, как у Ястреба!
И при этом лорд совершенно не похож на своего кузена, «паршивую овцу».
– Мы миновали мели и рифы, Скай. Я пришел, чтобы повести вас ужинать.
Она крепко сжала руки.
– Вы очень любезны, лорд Камерон. Однако я чувствую себя очень усталой. Не могла бы я…
– Леди Скай! Обещаю, я не задержу вас надолго. Я и подумать не могу о том, чтобы оставить вас голодной. Понимаю, вы расстроены, но, пожалуйста, вы должны выйти к ужину.
В его голосе зазвенела сталь. Как и его дальний родственник, он привык командовать. Что творится с мужчинами?
– Сэр…
– Миледи, – сказал он твердо и предложил ей руку.
Она все же приняла ее: ведь он рисковал ради нее жизнью и здоровьем.
Он повел Скай по коридору к своей двери.
– Вот моя каюта, миледи. А если вам что-нибудь понадобится – мистер Морли и мистер Нивен занимают вдвоем каюту напротив. Другие офицеры располагаются дальше по коридору, а матросы – на нижней палубе.
Она кивнула и попыталась улыбнуться. Когда он толкнул дверь, она робко вошла и огляделась. Помещение выглядело скорее удобным, чем элегантным, хотя на всем лежал отпечаток прекрасного вкуса. Массивное, отполированное до блеска бюро было завалено грудами карт. Плотным бархатным шторам темно-синего цвета соответствовало простое покрывало на койке у дальней стены. На столе сияла белоснежная скатерть с полным набором столового серебра, изысканно-тонкими тарелками.
Лорд Камерон закрыл за собой дверь и придвинул Скай кресло с высокой спинкой.
– Благодарю, – пробормотала она, садясь.
Он не сел вместе с ней, а прошел к бюро, на котором стоял графин.
– Выпьете, дорогая? – Он вдруг повернулся к ней со странной улыбкой. – Или вы уже позволили себе?
– Что? – выдохнула она, ошеломленно глядя на него. Этот стальной взгляд…
– Простите мне мои дурные манеры, миледи, – произнес он извиняющимся тоном.
– Прощаю.
– Вы прошли через ужасное испытание. Разумеется, вы имеете право на… утешение.
Как ему удалось добиться, чтобы простое слово прозвучало так осуждающе?
Он подошел к столу, поставил перед ней бокал темно-красного вина. Хорошо бы схватить бокал и разом осушить! Нельзя так злиться, уговаривала она себя. Он же не пират, он лорд и поклялся соблюдать определенные правила. Она подняла свой бокал, отпила вина и заставила себя посмотреть ему в глаза.
– Да, это было настоящим испытанием.
Он сел напротив нее.
– Я слышал удивительные рассказы о вашей доблести, Скай.
– В самом деле?
– Члены команды с судна вашего отца, которым удалось спастись, поведали нам, как вы сражались с пиратами, защищая ирландских девушек. Они говорят, вы дрались просто бесподобно.
– Я немного умею владеть шпагой.
– Да, ваш отец рассказывал мне. Вы владеете шпагой отлично.
– Да.
– Значит, вы одолели первых пиратов.
– Да.
– Но не Серебряного Ястреба.
– Нет. – Она опустила голову.
Он надолго замолчал. Ей вдруг захотелось выложить ему всю правду.
– Но он не обидел вас?
– Нет, лорд Камерон.
– Скай! Мы скоро будем жить вместе как муж и жена. Мне дали при крещении имя Петрок – таков был каприз моей матери, и мои близкие называют меня Рок. Я хотел, чтобы вы называли меня так.
Она натянуто улыбнулась, чувствуя, как ее пробирает озноб.
– Рок, – пробормотала она послушно.
– Из ваших нежных уст это звучит красиво, миледи.
– Скажите мне, сэр, – сказала она, подавшись вперед, – как мой отец?
– В добром здравии, – заверил Рок. – Он встретит нас в Камерон-Холле.
– В Камерон-Холле? – в замешательстве повторила она.
– Что вас смущает, миледи?
– Ничего. Я просто думала, что мы направимся в Уильямсберг.
Он встал и отошел от стола, потягивая вино и рассеянно отодвигая край шторы. За окном почти стемнело. Он задернул штору.
– Уильямсберг сильно изменился, увидите сами. Губернатор Спотсвуд въехал в новую резиденцию, но она еще не совсем отстроена. Зато оружейный погреб завершен и доверху забит мушкетами и шпагами для ополченцев. Церковь Брутонского прихода восстановили. С каждым днем в город стекается все больше и больше торговцев. Приезжают даже из Лондона. Дорогая, я полагаю; рост нашей столицы произведет на вас впечатление.
– Уверена, что так и будет.
– Нельзя сказать, что мы так уж близко от Уильямсберга.
– Простите?
– Я говорю о Камерон-Холле, миледи. До него ведь добрых три часа вниз по реке Джеймс. До Джеймстауна ближе, но надо ехать сушей. Конечно, мы постоянно бываем в столице. Вы не будете чувствовать себя совсем отрезанной от светской жизни.
Ей почудилось, будто засовы новой тюрьмы уже лязгнули, запирая ее.
– Меня удивляет, милорд…
– О, вы не должны так осторожничать, миледи. Я слышал, вы возражали против этого брака.
– Милорд, как я слышала, вы тоже возражали!
Улыбаясь, он наклонил голову.
– Это было до того, как я вышел в море за вами, миледи!
Она вспыхнула и выпила залпом вино. Лорд Камерон тотчас встал и вновь наполнил ее бокал. Она смотрела ему вслед, пока он шел через каюту: высокий с широкими плечами. Наверняка под пышным нарядом у него крепкие мускулы и смуглая кожа. Она неожиданно вздрогнула: он безупречно вежлив, но она предчувствовала, что, если вывести его из себя, гнев его будет велик.
– Милорд…
– Рок, Скай. Прошу вас.