Чтение онлайн

Нора откинулась на спинку стула. Судя по картине позади нее, на которой была изображена панорама Нью-Йорка, она находилась в своем домашнем кабинете.

– Тогда в чем она?

– Год назад Колтер развелся. Наверное, расставание было весьма болезненным, раз он хочет, чтобы его оставили в покое.

Нора криво улыбнулась:

– Он хотел, чтобы его оставили в покое, пока он не поцеловал тебя.

– Это был ненастоящий поцелуй, – напомнила ей Аделин. – Мне необходимо взять у него эксклюзивное интервью. Я сделаю все, чтобы получить повышение. Мне нужна эта должность.

В тот день, когда узнала о предательстве Брока, она дала себе слово, что без него ее жизнь не изменится. Что она сможет сама оплачивать все расходы, которые они до сих пор оплачивали вдвоем.

Что она больше никогда не будет ни от кого зависеть финансово.

Нора отрывисто кивнула:

– Бери интервью и возвращайся.

– Я вернусь раньше, чем ты думаешь.

– Хорошо, – ответила Нора. – Держи меня в курсе.

– Конечно. Когда у меня появятся новости, я обязательно тебе позвоню.

Попрощавшись с подругой, Аделин убрала телефон в сумочку и расправила плечи, готовясь пойти дальше. Отель «Даун-Хилл», в котором она забронировала номер на две недели, находился всего в двух кварталах отсюда. Ей хотелось поскорее снять туфли и принять ванну.

Сделав всего пару шагов, она застыла на месте как вкопанная. Кровь застучала у нее в висках, когда она увидела пожилого мужчину с обветренным лицом, выходящего из хозяйственного магазина. На нем были вылинявшая клетчатая рубашка и джинсы в масляных пятнах. Его волосы были скрыты под выгоревшим коричневым стетсоном. Он шел, ссутулившись и засунув руки в карманы. Для человека, чей рост превышал шесть футов, он выглядел маленьким.

Это был Эрик Лау. Человек, которого она никогда не простит. Ее отец.

Она узнала его имя от своей матери, только когда Аделин исполнилось шестнадцать лет. Нора помогла ей найти в Интернете его фото. Оно было с сайта его автомастерской в Девилс-Блафф.

Аделин бросило в дрожь, и она обхватила себя руками. Она говорила себе миллион раз, что сделает, если когда-нибудь его встретит.

Но вместо того чтобы подойти к нему и спросить у него прямо, почему он отказался ее признать, она бросилась за ближайший куст, споткнулась и растянулась на земле. Эрик Лау тем временем сел в свой грузовик.

– Копаешь червей?

Услышав знакомый бархатный голос, она повернулась и встретилась взглядом с Колтером. Его голубые глаза озорно блестели, и она почувствовала, как внизу ее живота вспыхнул огонь.

– Я упала.

Его губы дернулись.

– А-а… – Он окинул ее взглядом: – Ты не ушиблась?

– Нет. Я в полном порядке. – Поднявшись, она принялась отряхивать грязь с коленей.

Он протянул ей визитку:

– В прошлый раз забыл дать тебе номер своего телефона. Я предположил, что ты остановилась в отеле, и отправился туда.

– Ты правильно предположил. Я действительно там остановилась. – Она взяла у него карточку: – Спасибо. Завтра я тебе позвоню.

Колтер улыбнулся и подмигнул ей:

– Буду ждать с нетерпением твоего звонка, Аделин. – Затем развернулся и пошел в противоположном направлении.

Ветер колыхал травы на лугу, когда Колтер въехал по двухполосной проселочной дороге на территорию ранчо Уордов, которое занимало площадь в пятьсот шестьдесят тысяч акров. Двадцать пять тысяч акров использовались в качестве пастбищ для десяти тысяч коров абердин-ангусской и герефордской пород, а также нескольких сотен американских квортерхорсов. Помимо этого здесь выращивались сельскохозяйственные культуры для внутреннего потребления.

Великолепные лошади с ранчо Уордов пользовались популярностью у покупателей на всей территории Северной Америки. Чтобы увеличить стоимость и без того дорогих жеребят, Бо обуздывал их сам или поручал это другому объездчику.

Ранчо Уордов, основанное в 1854 году, работало как четко налаженный механизм, и Колтер очень гордился своим наследием.

Через десять минут Колтер свернул на дорогу, ведущую к его дому, построенному из известняка и дерева. Он располагался на холме, и из его окон было видно самое большое из шести озер, находящихся на территории ранчо.

Вместо того чтобы остановиться рядом со своим домом, Колтер продолжил свой путь и вскоре заехал в кованые ворота, за которыми находился двухэтажный дом из песчаника с парадной дверью из вишневого дерева. Слева от дома располагалась конюшня с черной крышей.

Припарковывая свой белый «форд» рядом с синим «додж-рэмом» Бо, Колтер заметил своего брата, который работал с лошадью в круглом загоне. Остин, пятилетний сын Бо, стоял в ковбойских сапогах на нижней перекладине забора и наблюдал за происходящим. Его стетсон был ему велик, но он отказывался носить детскую шляпу. Остин был упрям, так же как и его отец.

Услышав шорох гравия под ногами Колтера, Остин обернулся. Он был нисколько не похож на свою мать, которая внезапно скончалась из-за разрыва аневризмы, когда мальчику было всего несколько месяцев. Остин, с его слегка вьющимися каштановыми волосами, голубыми глазами и озорной улыбкой, был точной копией Бо.

– Дядя Колтер! – воскликнул его племянник и, спрыгнув с перекладины, побежал к нему.

Колтер поймал мальчика и поднял.

– Как дела, дружище?

Обхватив руками шею Колтера, Остин ослепительно улыбнулся ему:

– Папа разрешил мне покататься на Большом Джо.

– Ничего себе. Он же огромный, – произнес Колтер с притворным восхищением.

Большой Джо был самой старой, толстой и ленивой лошадью, но Остина интересовал лишь его размер.

– Я ехал на нем как чемпион, – заявил Остин, вырываясь из рук своего дяди.

Колтер поставил его на землю, и он побежал назад к загону.

Наблюдая за гнедой кобылой, которую его брат пустил рысью по кругу, Колтер рассмеялся про себя. Самоуверенность Остин тоже унаследовал от Бо.

Когда Колтер вернулся в Девилс-Блафф после развода, он взял на себя ту часть бизнеса, которая касалась крупного рогатого скота и которой его отец больше не мог заниматься из-за болезни. Бо с ранних лет занимался лошадьми и продолжал делать это сейчас.

Бо встал перед кобылой и поднял руку. Кобыла повернулась и побежала в обратном направлении. Колтер всегда гордился своим младшим братом. Особенно после того, как Бо, потеряв жену, оставил мечты о карьере профессионального объездчика, чтобы заниматься воспитанием своего сына.