Чтение онлайн

Все, однако, было чисто, бедно, обветшало, но прибрано. Рэй махнула рукой вперед, в сторону дома, который был в лучшем случае двенадцать на двенадцать футов, с высушенными водорослями, укрывающими крышу.

Главная и единственная комната была освещена свечами, которые открывали вид на огромную женщину в постели посередине комнаты. Она была настолько громадной, что я не видела под ней кровати, разве что под ногами, где ее на удивление крошечные пальцы с накрашенными ногтями упирались в спинку выловленной из моря коряги. Укрытая бледно-голубым покрывалом с кучей заплаток, она была без одежды, и ее, казалось, не заботило, что выше пояса она была абсолютно голой. У нее была такая же светлая кремовая кожа, как у Финли, а темно-зеленые волосы были посеребрены на концах и спадали по плечам, едва прикрывая ее соски. Темно-фиолетовые глаза скользнули по нам. Еще один оборотень. Казалось, Ундины изобиловали ими.

— Кого сегодня вы привели поглазеть на меня? Я надеялась, хотя бы в этот раз вы принесете маме еды. Я вам говорила не возвращаться без съестного.

Эш скривился. Я знала, что это не от ее вида — это было не наше дело. Это было из-за ее сущности, которая источала черный свет, она и заставила его морщиться от отвращения. То, как она разговаривала с детьми, было мерзко.

Стинг схватился за мешок на своем поясе, открыв его и протянув его содержимое своей матери. Одна устрица. Его мать потянулась, забрав ее. Невероятно, она вскрыла ее голыми руками и разом проглотила.

— Этого недостаточно, Стинг. Мама умрет, если ты не принесешь ей больше еды. И где ты тогда окажешься? Один, один на белом свете, маленькое грязное отродье.

Рэй начала хныкать.

— Мама, пожалуйста, не говори так. Мы не хотим, чтобы ты умерла.

«Мама» громко фыркнула, от чего завибрировало все ее дряблое тело. Стинг протянул ей мое ожерелье.

— Вот, что я тебе принес. Это поможет. Ты больше не будешь голодная все время.

Она взглянула на ожерелье, свисавшее с его рук, и попыталась отодвинуться от него.

— Убери это! Убери!

Стинг дернулся назад и споткнулся, и я поймала его у своих ног. Айю шагнула вперед, чтобы успокоить Маму.

— Блю, перестань. Ты пугаешь детей.

Я мельком взглянула на Эша, чтобы увидеть, обратил ли он на это внимание. Не «твоих детей», а «детей»2. Блю встрепенулась и покачала головой.

— Им нужно бояться. — Она обвела взглядом комнату и, прищурившись, остановила его на мне. — Ты станешь концом света для нас. И это начнется здесь. Цепная реакция, порожденная твоими действиями, со временем наберет обороты, пока тут никого не останется.

Маленькие ручки впились в мои ноги.

— Заставьте ее замолчать, — прошептал мне Стинг. Я погладила его по голове и забрала у него свое ожерелье, подняв его высоко.

— Почему ты так боишься этого?

Она снова попыталась отодвинуться, но из-за этого лишь плюхнулась с кровати.

— Нет, я не хочу снова в воду. Держись подальше от меня!

Айю присела рядом с ней.

— Блю, что ты такое говоришь? Ты не можешь превратиться уже многие годы.

Блю вцепилась в нее, притягивая так близко, и я побоялась, что может съесть ее.

— Ожерелье, я видела его во снах. Тот, кто носит его, уничтожит Реквиема.

Эш подошел к Айю и помог ей перевернуть Блю. Массивная женщина легла на спину, хватая ртом воздух.

— Нам нужно поместить ее в воду, — сказала Айю, и Блю застонала. — Это единственный способ для тебя обернуться. Животное в тебе требует выхода.

Блю тихонько всхлипывала:

— Он убьет меня, он сказал, если я вернусь, он живьем сдерет с меня шкуру и порежет на куски.

— Достаточно, — рявкнула я. — Кто-нибудь может мне сказать, что к чертям собачьим здесь происходит. — Я взглянула на Айю, но она покачала головой. Удивительно, никто из взрослых не объяснил мне.

Это сделала Рэй. Она подошла ко мне, взяв за руку.

— Она наша мать, но она не всегда выглядела так. Она была принцессой и была замужем за Реквиемом.

Блю громко всхлипнула.

— Это он сделал со мной. Он наложил на меня заклятие, чтобы я стала такой, и он смог вышвырнуть меня.

Я уставилась на двойняшек.

— Реквием — ваш отец?

Они кивнули вместе. Стинг поднял на меня глаза.

— Он сказал, что мы бесполезные шавки, потому что можем использовать силу воды, а не воздуха.

Кусочки головоломки ускользали от меня, словно капли воды в океане. Я сильнее прижала двойняшек.

— А если ты вернешься, Блю? Реквием сказал, что ты умерла?

Она кивнула.

— Он сказал, что живьем сдерет с меня шкуру и скормит своим питомцам.

Я не стала спрашивать, верит ли она, что он сможет это сделать. Я узнала его совсем недавно, но понимала, что он способен сделать именно то, что обещал.

— То же самое и с нами, — прошептала Рэй.

Блю фыркнула:

— Тебя можно заменить.

Я вся напряглась от ее слов.

— Это неправда. — Я не знала, что произойдет, но мне было все равно. Я бросила ожерелье Эшу. — Надень это на нее. — В любом случае, я надеялась, что ей будет чертовски больно.

Эш надел кулон на шею Блю, и она завопила, ее крик превратился в высокочастотный визг морской птицы. Дети ухватились за меня, и я прижала их к себе обеими руками. Они спрятали лица у меня на шее, крича наравне со своей матерью.

Айю что-то крикнула, но я ее не расслышала из-за визга Блю. Большая женщина тряслась, и плоть ходила ходуном, словно все ее тело начало вопить. Вдруг, в какой-то момент — всего лишь на секунду — все стихло, и мы уставились на Блю, а она в ответ уставилась на нас.

А в следующее мгновение струя воды вырвалась из ее живота, словно из трубы, прорванной из-за давления. Она прижала руку к животу, но еще одна струя хлынула рядом. Все больше и больше воды выливалось из нее, затопляя комнату и все в ней. Я, спотыкаясь, отступила, крепко держа детей. Наверное, вся эта затея с ожерельем была плохой идеей.

Блю яростно заревела, и вместе с этом ее тело разорвало, и вода хлынула на нас, словно приливная волна.

Нас с детьми сбило с ног, смыло за дверь и протащило вдоль улицы, как крокодила на брюхе, и выбросило к противоположному зданию. После наших истошным криков я ожидала, что Ундины повыбегают на улицу. Но этого не случилось, кругом была лишь тишина.

— Мама… Умерла? — Сглотнул Стинг, в его глазах читалась смесь надежды и страха.

— Я не знаю.

Я встала и помогла им подняться на ноги. Дверь их дома резко распахнулась, открывая взору высокую, стройную женщину, стоящую на пороге. Ее фиолетовые глаза вспыхнули, когда она увидела меня. Ожерелье между ее огромными грудями подпрыгивало, пока она величаво шествовала к нам.

— Ты, ты сделала это со мной.

Я спрятала детей за свою спину.

— Я. И сделаю это снова.

Возможно, не стоило этого говорить, но это была правда. А как я уже знала: с правдой шутки плохи.