Чтение онлайн

— Почему ты так решил? — уточнила я у котоборотня.

— А он воровал просто удовольствия ради. В норе целый склад всяких мелких безделушек нашли. А вот чего по-крупному — так такого и не было.

— А заодно несколько беличьих шкурок. Из тех самых, — добавил Шайнтлайн.

Ух ты, как интересно! Подняв бровь, я взглянула искоса на своего плута, тот слегка потупил взгляд. Умен, молодец, понимает, что сейчас немного облажался.

— Я их честно купил! — захныкал воришка.

— Ну, то, что ты врешь, я вижу даже без Амулета Истины. А он у меня есть, — хищно улыбнувшись, ответила я на этот бред. Амулет и в самом деле был, но я его не активировала, приберегая на ожидающийся вскоре разговор с селки.

Бедолага заревел в полный голос. Нет, так не то, чтобы ничего не вышло, но будет сложнее. Придется успокаивать магией. Под «Контролем Эмоций» воришка как-то сразу подобрался, а от рева остались лишь всхлипывания.

— Ты не клептоман, я знаю. Зачем тогда воровал? — спросила я как можно более приветливым голосом. Этот парень мог знать кое-что чрезвычайно полезное. И надо было склонить его к сотрудничеству.

Воришка заметно успокоился. Даже сел ровно, а не продолжал пытаться растечься по стенке.

— По приколу. Често-често. Просто когда-то в детстве поспорили, и я выиграл. Прикольно было. А потом стало забавно было взять что-то по мелочи, но только так, чтобы никто ничего не заметил. Из чего-то не нужного никому. И не ценного.

— То есть, ты и что-то ценное крал.

— Ну, бывало и такое. Когда очень-очень нужно было.

— То есть, ты не скрываешь, что воровал в деревне и в замке. И знаешь, какое тебя ждет наказание? — уточнила я. Вор уныло кивнул. А я посмотрела на собравшихся.

— Как подобает его наказать за совершенный проступок? — спросила я.

— Изгнание! — решительно потребовала Азалайтен.

— Согласен! — подтвердил Бринден. — Это будет справедливо.

— Даже с учетом того, что он давно уже ворует у всех вас?

— Я предлагаю изгнать его за Завесу только с тем, что он сможет унести на себе, — пояснил Бринден. — На наших землях ему нет места. А заодно мы распустим слух о том, за что именно его изгнали.

— Al zhah llaar sansiss, — негромко проговорил Шайнтлайн, бес шумно поаплодировав. Похоже, он уже оценил действенность халфлингской сети распространения слухов. А уж сама фраза про жестокость в устах дроу есть безусловный комплимент, но очень уж сомнительный в адрес светлых. Эльфийка с халфлингом достаточно знали иллитиири, чтобы понять сказанное — и смутиться. Сейчас Шайнтлайн играл против Бриндена и Азалайтен, упрекая их. Пытается исправить свой недочет? Вероятно, так.

— Это справедливо! — попыталась было оправдаться Азалайтен. — Клептоману не место среди нас.

— Клептоману-то как раз место, — возразила я. — Что с больного взять? Да и вылечить вполне возможно. Но судьбу того, кто сознательно столько времени воровал у соседей решать надо тем самым соседям. Оправданий нет.

Воришка, конечно, снова заплакал, стал слезно просить не наказывать его так сурово, но в данном случае я была непреклонна. Были причины. Однако, за дверью, где он уже ничего не слышал, состоялся совсем другой разговор.

— Вы понимаете, что он может помочь нам с селки? — прямо спросила я.

— Это не означает, что мы готовы терпеть его в Замке, — тут же возразил Бринден. — Теперь я знаю, кто у меня все это время домашнее вино воровал! Нет уж, такого я не больше не потерплю.

Ого, а чего это Туссенхоп вдруг едва заметно напрягся?

— Леди, что вы хотите сделать? — задала правильный вопрос Азалайтен.

— Завербовать его на работу. Туда, где его таланты будут востребованы и принесут пользу нам, — ответила я. — Изгнание — справедливо. Но слух мы пустим несколько иной. Про то, что он с тобою, Бринден, поругался, и потому ушел из замка искать себе новое место. Держу пари, что осядет он сперва в Галадинене, а потом у торговцев. Что, собственно, мне и нужно.

— Шпиона делаете? — правильно понял меня Бринден.

— Никакой он не клептоман, — пояснила я. — Маньяк, но иного сорта. Ему риск разоблачения нужен, причем постоянный, вот тогда он себя хорошо чувствует. При этом и наблюдателен, и ловок. Как раз то, что нужно для такой работы. Вот мы и дадим ему то, что он на самом деле хочет.

— Вы действительно сможете доверять тому, кто так беззастенчиво грабил своих друзей и знакомых? — с сожалением спросила Азалайтен. Похоже, тут намечался минус в отношениях.

— Доверять — нет. Использовать на нужном месте с пользой — да.

— Получается, что наказан он за свои действия не будет, — прозвучало утверждение, а не вопрос.

— Для халфлингов потеря привычного окружения и компании — достаточно серьезное наказание. Это так? — спросила я Бриндена.

— В общем-то, да, — халфлинг выглядел задумчиво. — Но мне тоже не нравится тот факт, что, по сути дела, наказание он понесет чисто символическое. Среди нас хватает любителей странствовать в поисках новых мест и новых компаний. Поэтому простой переезд на новое место жительства это так, мелкое неудобство.

— В таком случае я еще раз спрашиваю ваши предложения в том случае, если его информация поможет нам помириться с селки?

— Я не хотела бы использовать помощь подобной личности, — категорически заявила Азалайтен.

— Помощь, это всегда помощь, — возразил в этот раз Бринден. — А если он окажется полезен и в будущем, то изгнания будет вполне достаточно. Слух пустим, что он был несправедливо обвинен в воровстве, потом оправдан, но поссорился со мною, и потому переехал вместе с семьей. С собою возьмет только то, что сможет увезти на тележке. Остальное заберем, как компенсацию его художеств.

— Что, и помощь демонов тоже? — уточнила я.

— Он не демон, — возразил Бринден. — Я же тоже отлично понимаю, чью помощь стоит принимать, а чью ни под каким видом.

— Мне не нравится эта идея, — честно сказала Азалайтен. — И я не довольна таким смягчением наказания. Но также нахожу, что почтенный Бринден гораздо лучше меня знает свой народ, и его слово весомее моего. Если он согласен с вашим предложением, и находит такое наказание достаточным, то я тоже соглашусь.

Угу, согласишься, но -3 к отношениям со мною все равно запишешь.

— Надеюсь, больше претензий к подсудимому не будет? — уточнила я. — Не хотелось бы устраивать публичный суд.

— Потому мы и здесь, — согласился Бринден. — Крайне неприятно обнаруживать такое среди своих. Изгнание устроит всех без исключения.

Когда Азалайтен и Бринден ушли, а Туссенхоп по моей просьбе задержался, как непосредственный участник задержания, я занялась уже более секретными делами.

— Доклад о своем расследовании, — обратилась я к «заму», которому система так и не выдала имени. В ситуации тоже был намек, который прекрасно понял Шайнтлайн: я обратилась к его подчиненному мимо него самого, но при нем. Намек неудовольствия. Микронаказание за микропромах.