Чтение онлайн

– Боже… - бормочу я, присаживаясь рядом с мужчиной и касаясь пальцами острой ограды.

Раны на спине Джерома расположены как раз так же, как и смоляные копья. Одинаковое расстояние, диаметр и глубина…

– Если зацепиться, вспарывают не хуже ножа, - тяжелым, полным сдерживаемых эмоций голосом сообщает Эдвард.

Для наглядности подносит к ограде край своего пальто, резко дергая в сторону.

С громким треском материя разрывается на части.

Внутри меня все холодеет.

Представляю на месте ткани нежную кожу моего ангела, и становится дурно. А ещё больно. Грудь сжимают в железных тисках.

Одежда… одежда!

– Эдвард, его куртка целая… - бормочу, вселяя в себя уверенность, что Каллен ошибается. Весомый аргумент.

– В куртке сюда не пролезть, - стиснув зубы, шипит мужчина.

Боже…

Неужели снял?.. Снял и…

– Как он сюда добрался? – слезы просятся наружу, отчего голос ощутимо дрожит.

– Леон трахался с Алекс, - сквозь плотно сжатые зубы, шипит мой похититель.

Объяснение под стать случившемуся.

– С кем?.. Кто?..

– Охрана с горничной.

Уже понятнее.

– А камеры? – точно, видеонаблюдение! Неужели тот, кто наблюдает за комнатами, не заметил сбегающего малыша?

– Секс не должен быть достоянием всего дома, – негромко объясняет мужчина, - если знать пароль на пульте и номер камеры, её можно отключить.

На секунду он отводит глаза от забора, всматриваясь в мое лицо.

Дальнейшие слова сопровождаются четырьмя бороздками на его бледном лбу.

– К сожалению, по одной они не выключаются. Только блоком.

– Они отключили блок у спальни и коридора, - состыковывая факты, подвожу итог я. Холод сковывает все внутренности.

– Именно, - Эдвард изо всех сил пытается дышать ровно. С большим трудом ему удается контролировать это.

Закрываю глаза, упираясь лбом в камни забора. Осознать услышанное сложно. Безалаберность охранника привела к ужасным последствия. Если бы мы не нашли Джерома в то утро, он мог бы насмерть замерзнуть. Его раны сильно поспособствовали бы этому, несомненно.

Потеря малыша кажется непосильным, невозможным гнетом. Если когда-нибудь этот камень, именуемый его кончиной, упадет на меня, противиться и уж тем более бороться за дальнейшую собственную жизнь я не вижу смысла.

Джером – все. Все, что у меня есть. Все, что мне дорого. Все, что я люблю.

Никогда, никому, ни за что я не позволю отобрать маленького ангела у меня.

У Эдварда…

– Они свое получили, - стальным, мстительным голосом докладывает мужчина.

– Где они? – стараюсь спросить более спокойным, безразличным тоном, но выходит совсем не так.

Я знаю, что услышу, и от этого кровь стынет в венах.

– В сырой земле, - монотонным голосом из фильма ужасов отвечает мой похититель.

Секунды тишины, которую разбавляют шумящие сосны и мое неровное, сбитое дыхание, длятся достаточно долго.

Удается понять все. Расставить ситуацию с пропажей Джерома по полочкам.

Тайн не осталось.

Правда вышла жестокой и болезненной, но главное, настоящей.

Теперь мой мальчик получит в два раза больше любви и заботы, чем раньше. Я успокою его и выясню, что послужило причиной побега.

Хотя, мне кажется, я уже догадываюсь…

– Белла?
– внезапный голос Каллена, вторгшийся в сознание, отвлекает от размышлений.

Поворачиваю голову к мужчине, открывая глаза.

Малахиты смотрят на меня двояким взглядом.

Внутри них затаилась уверенность в моем предательстве, а снаружи – вопрос. Громкий, почти кричащий, но притом – беззвучный. Как слова, произнесенные сегодня Джерри после кошмара.

– Белла, ты же мне обещала… - негромко напоминает мой похититель, упираясь ладонями о снег.

– Что обещала? – напрягаюсь.

– «Он не станет относиться к тебе хуже. Ты его папа…» - мужчина повторяет сказанные мной слова, и на лице его не отражается ничего, кроме тоски и непонимания.

– Это было уже после… - говорю первую пришедшую в голову мысль, но осекаюсь, не закончив, наблюдая блеск в малахитах. Не тот дьявольский, что раньше, не от боли, как ночью. Влажный блеск. От слез…

– Эдвард, - смотрю прямо в его глаза, стараясь показать, что говорю искренне, – ты по-прежнему самый главный человек в жизни Джерома. Он знает это и прекрасно понимает. Он любит тебя больше всех.

– От любви не совершают побегов, - шепчет мой похититель, глядя куда угодно, кроме моего лица. Каллен поворачивает голову из стороны в сторону, стремясь обогнать мои глаза.

– Джером просто немного запутался. Ему не у кого было спросить совета, вот и все - кого я убеждаю? Себя или этого мужчину?

– Ты его надоумила, - вердикт вынесен.

– Нет… - вздыхаю, набираясь сил для дальнейшего разговора из воздуха, попавшего в легкие. – Я хотела только лишь помочь ему, утешить!..

– Помочь?! – Эдвард отрывает правую ладонь от земли, ударяя ей по камню забора. – Когда не просят, помогать не следует! Нельзя! Вот к чему это приводит!

Его горящий взгляд, откуда влага быстро испаряется, упирается в ограждение.

– Ты же запугал его! – не выдерживаю я, вскакивая с земли. Теперь гляжу на Эдварда сверху вниз, - ему ничего нельзя! Ни шоколада, ни сказок, ни игр! Где его игрушки?!

Сдвинув на переносице брови и тяжело дыша, мой похититель поднимается следом.

– Нет и не будет игрушек! И шоколада не будет! – рявкает он.

Лес усиливает громкость нашего спора в десять раз. Сосны шумят в такт словам Каллена.

– Ты отнял у него детство, - сглатывая горечь, появившуюся внутри при этих словах, произношу я. Негромко, но достаточно.

– У него не было детства! – нещадно разрывая лесную тишь, ревет Эдвард. Его лицо краснеет так же, как замерзшие в снегу руки. Знакомые мне вены уже пульсируют под кожей. – Не забывай, твою мать, у кого он родился!

– Это не имеет значения…

– Не имеет?! – взгляд, коим пронзают меня малахиты, можно назвать лишь безумным. – Не имеет, Белла?!

Короткий вдох дает мужчине возможность продолжить, не сбавляя громкости голоса.